Ночь Пса - Борис Иванов

- Ты знаешь о нем что-нибудь?

- Ноль. Только то, что было в новостях.

Пер хрустнул пальцами.

- Тебя могут спросить - не заходил ли я к вам. Не делай из этого секрета. Только… потом сразу дай знать мне. Ну, скажем - отгони Нимфу на Остров. Я пойму.

- Договорились.

Мэри снова зажгла зажигалку и снова погасила.

- Дом… - Пер кашлянул. - Кон что-то такое говорил про какой-то дом… Старый дом… Похоже, что ему не особенно хочется в этот дом отправляться…

Снова Мери пожала плечами. Сгорбилась.

- Есть здесь такой дом… Там… плохо… - по голосу Пер почувствовал косую улыбку на ее лице. - Лучше не соваться туда.

Там водятся привидения…

- Проводи меня туда, - сказал Пер. - Прямо сейчас.

Табличка с надписью «Кафедра практической истории Периферии. проф. Покровский» украшала дверь, находившуюся почти напротив кабинета приват-доцента в отставке. Увидев в том перст Господень, комиссар нажал сенсор входного сигнала. Как ни странно и этот его сегодняшний клиент коротал поздний вечер за своим рабочим столом.

Не спалось в эту ночь профессорам и доцентам Университета Прерии.

- Рад вас видеть в этих стенах, комиссар, - Покровский легко поднялся из-за стола навстречу приземистой фигуре Роше.

Тот явно нуждался в помощи - не так легко было найти в упомянутых стенах место, куда можно было бы пристроить заблаговременно снятую шляпу без опаски за ее дальнейшую судьбу.

- Чем обязан честью видеть вас уже менее чем э-э… через сутки после того достославного эпизода, когда я э-э?… - профессор перехватил неприкаянный головной убор из рук комиссара и украсил им чело какого-то мраморного мыслителя прошлого, бюст которого был единственным, пожалуй, украшением аскетичного кабинета почтенного историка. - Я распоряжусь касательно чаю…

- Не беспокойтесь, - Роше добродушно шевельнул усами в знак полного отсутствия каких-либо претензий к собеседнику. - Меня занесло в ваш храм науки по несколько другому м-м… поводу.

Но я решил не упускать случая и с вашей помощью, гм… составить себе хоть какое-то представление об объекте нашего розыска…

Комиссар опустился в фантастически неудобное кресло, на которое наивежливейшим жестом указал ему хозяин кабинета.

- Благодарю вас… Мне, знаете, до сих пор и в страшном сне не представлялось, что придется столкнуться с э-э… человеком о-т-т-у-д-а - с Чура. И вот оказалось, что мне как никогда важно ясно представлять себе как он себя поведет дальше. И как поведет себя его пес, черт возьми! Простите, что отнимаю у вас время, но, мне сдается, что вы сами понимаете, что это - далеко не пустой интерес. Когда обстоятельства вот так прижимают, лучше потерять пару часов на разговор с живым человеком, который смыслит в сути дела, чем разбираться с базами данных и справочниками…

- Не теряйте времени на объяснения… - замахал на Роше пухлыми ладонями Покровский. - Прекрасно вас понимаю, и нет человека на Прерии, который хотел бы помочь делу больше, чем я, комиссар… Давайте ваши вопросы, и мы попробуем сладить с ними…

Профессор достал из ящика стола трубку и энергично продул ее.

Комиссар выпрямился в кресле, воодушевился и извлек на свет Божий и свою носогрейку. Взглядом испросил разрешения у хозяина и с огромным облегчением принялся ее раскуривать.

- П-прежде всего, - попыхивая ароматным дымом, спросил он из глубины быстро заполняющего кабинет сизого облака. - Прежде всего, я м-м… не могу ухватиться… почувствовать - кто мы для человека оттуда? Почему там побывало так мало людей - уже в наше-то время?… И почему чуть ли не все, кто побывал там - так замкнулись, отгородились и от Чура этого, и от здешней жизни?…

- Вопросы у вас - не из простых… - профессор крякнул и принялся расхаживать взад-вперед по тесноватому кабинету, дымя как паровоз и входя в привычную для себя роль университетского лектора. - Типичные вопросы начинающего знакомиться с Чуром вплотную… Отношение колонистов Чура к Матери-Земле с самого начала было отнюдь не простым. То-есть, конечно: с кафедр и амвонов постоянно звучали благие слова о возвращении в лоно Материнской Цивилизации, культивировалась вселенская скорбь по утерянной Родине Предков… Все это было. Но кроме скорби был и другой мотив: гордая вера в то, что именно они, пришельцы с далеких звезд, есть покорители и создатели всего сущего. Творцы нового мира - сурового и не знающего жалости. Но скроенного по их мерке и их волей, и потому - прекрасного!

Профессор сделал выразительный жест в сторону голографического окна, в котором открывался вид на взятое в кольцо заснеженных гор бездонное озеро.

Высокое небо с редкими, нездешними звездами отражалось в нем. Вдоль крутых берегов взбирались вверх - по склонам гор - диким камнем выложенные террасы, а над ними высились неприступные стены то ли замка, то ли невероятной архитектуры форта…

- Это - голограмма того времени… - пояснил Покровский, - одна из немногих, что дошли до нас… Странный мир, правда?

Уже тогда совсем чужой. А сама возможность возвращения в лоно напрочь перечеркивала в глазах обитателей Чура их великую роль создателей нового мироздания. Эпос о сотворении прекрасного нового мира делался просто рассказом о случайно приключившихся и, в общем-то, ненужных неприятностях горстки людей где-то у черта на куличках. Это вызывало уже не гордость. Скорее - сострадание. Но дело даже не в этом…

Приглушенный свет мини-софита вырывал из мрака только клавиатуру терминала, да пюпитр, укрепленный перед дежурным по блоку интенсивной терапии, а на пюпитре листок отчета по смене.

Лицо самого дежурного было представлено только фосфорическими, огромными белками глаз. Остальные детали его темнокожего лица просматривались лишь неясными бликами в темноте. Шум поднимающегося лифта заставил его отвлечься от созерцания дисплея и всмотреться в глубину холла. В открывшемся просвете двери прибывшей кабины обозначился стройный женский силуэт.

Над пюпитром, из мрака возникло еще одно фосфорически-белое пятно - дежурный улыбнулся неожиданной встрече.

Девушка, симпатичная, с резкими чертами очень молодого, на вид - цыганского лица, приветливо помахала ему рукой.

- Привет, Элли, - радостно приветствовал он коллегу. - Сегодня я тебя сменяю. Махнулась с Даном, - Элли одарила его жемчужной улыбкой. - Мне завтра днем вот так нужно в город.

Она энергично бросила сумочку рядом с распечаткой отчета и принялась извлекать из нее потребные для высиживания следующих четырех часов ночного дежурства предметы: патрончик губной помады, зеркальце, набор микрокосметики и другую чушь.

Сдающий смену с явным облегчением освободил место за столом со множеством кнопок и экранов.

За его плечами послышались шаги. Белоснежный халат человека, вышедшего на звук их разговора из глубины блока, был накинут поверх темно-синего мундира офицера уголовной полиции.