Волчья степь - Михаил Сухоросов

Отметим еще и то, что Лига с Орденом до сих пор находятся не столько в союзе, сколько в состоянии до зубов вооруженного нейтралитета, а тот факт, что с задания вернулись только я и Малыш, а Дикс с Форгетом, люди Верховного, погибли, будет истолкован не в нашу пользу. И мой великий поход уж никак мне любви и уважения в Ордене не прибавит... Ладно, у нас не конкурс популярности, и мое дело - не рейтинг повышать, а драться. Собственно, ничего другого я ведь и не умею. Ну да, поживем - увидим... Но вот спокойной жизни мне не видать - это единственное, за что можно ручаться. Я вяло усмехнулся, снова хлебнул глоточек, опустил веки...

... и встретился глазами с Дэном. Странно, что не сразу обратил внимание - тяжелый автомат направлен мне в грудь. Вообще-то видок у него вполне развратный: весь в засохшей грязюке, морда расцарапана... Хотя и я вряд ли лучше выгляжу...

- Э, ты что это?

- Заткнись и слушай.

- Ты бы эту штуку не направлял на меня... Она, знаешь ли, иногда стреляет...

Автомат в его руках чуть переместился вслед за мной. Башню, что ли, у него сорвало?.. Слышал, что бывает такое... Но моя-то пушка на ремне за спиной, она еще здорово мешала, когда я со взрывателем ковырялся...

- Я тебе сказал, заткнись. Канал пока не блокирован. Можешь уйти через него. Вернее, не можешь, а уйдешь.

- С какой это радости?

- Мне очень жаль, Ордынцев.

- Даже так... Стоп, а Раковски где?

- Мертв, - Дэн старательно избегает моего взгляда

- Ты убил его?

Молчание. Чувствую сползающую по спине струйку ледяного пота. И тут до меня доходит:

- Значит, с этого задания никто живым вернуться не должен?

Медленный кивок, потом:

- Повторяю, мне очень жаль... Но у тебя есть шанс.

- Благодетель... А ведь ты, сука, все это с самого начала знал. Шел с нами бок о бок...

- Нет, этого я не планировал... Германа я вытащу, - поспешно добавляет он.

Неожиданно становлюсь предельно спокоен:

- А ведь это предательство.

- Может быть, - сухо роняет он. - У тебя есть еще минута. Потом ты либо уходишь по этому каналу, либо умираешь.

- И сколько тебе за это платят? Гляди, ведь и твое молчание постараются обеспечить.

- Мои проблемы.

- Конечно. Выслуживайся дальше.

- Если кто-то узнает, что я дал тебе шанс, меня могут расстрелять.

- Не оправдывайся, стиль теряешь. Куда хоть ты меня вышибить собрался?

- Этого я не знаю. Осталось тридцать секунд.

Нарочито неторопливо достаю сигарету, закуриваю:

- Ладно. Но если жив останусь - мы с тобой встретимся и поговорим. Обещаю.

- Может быть. Время истекло, Ордынцев.

- Хорошо,- поправляю ремень автомата, залихватски вставляю в угол рта сигарету:

- До встречи...

- Меченосец, не спишь?

- Смотря кто спрашивает... - луч моего фонарика выхватил из темноты очки в роговой оправе, аккуратно подстриженную бородку. - Миллер?

- Угадал, - он тяжело опустился на диванчик. - Все тоскуешь?

- Да как сказать. Просто больше обычного хочу одного человека отыскать.

- И кого же?

- Найду - скажу.

- Твое дело. В работе моя информация пригодилась?

- Да почти что и нет... Я ж в основном с северянами дело имел. И ладно бы просто так, а то ведь северяне с автоматами.

Миллер нашарил бутылку, отпил немного. Наверно, истинная причина того, что все сюда сползаются - всем охота втихаря выпить...

- Ладно, у нас тоже автоматы есть, - почти про себя пробурчал Миллер. - Ты ведь говорил что-то Эрику, что Волк связан с Институтом?

- Угу. Информация из первых рук. Да, проект «Изумруд» - не приходилось про такой слышать?

Из темноты донеслось протяжное удивленное хмыканье, потом:

- Приходилось... Говоришь, Волк к нему доступ имел?

- Если ему верить, чуть не гвоздем программы был... Я, как выяснилось, тоже поучаствовать успел.

Миллер помолчал с минуту, потом пробормотал:

- Забавно получается... То, что название этого проекта именно сейчас выплыло.

- Уж не знаю, что тут такого забавного...

- Тебе что - Эрик не говорил ничего?

- Он мне много чего говорил... - мрачно буркнул я. - Только связи пока маловато.

- Ну, как обычно, он в своем амплуа. Секретов поразведет, не хуже эсбешника... Впрочем, все мы таковы.

- Так, а ты считаешь, что-то мне еще узнать стоит?

- Все, что я наговорю - это, опять же, мои догадки, и не на основе полной информации, сам понимаешь. Но вот тебе пища для размышлений: сектор, включающий в себя и нашу Преисподнюю, жестко заблокирован по Институтским каналам. Фактически, закрыт переброс в оба конца. Официальные объяснения никакой критики не выдерживают, а из неофициальных - страшилочные слухи насчет карантина...

- Так, а дальше?

- В пользу этого - то, что наших ребят на реабилитации подольше придержать стараются. Не спорю, это вещь необходимая, мы в Преисподней привыкли сначала стрелять, потом уж думать... Но Ульвар по своим каналам еще кое-что любопытное узнал.

- Например?

- Например, то, что те из наших, из Преисподней, кому удалось вырваться с реабилитации, гибнут при странных обстоятельствах: тонут на мелких местах, хватаются за оголенные провода... Хотя тут преобладают автокатастрофы. После шестого случая те, кто на реабилитации, решили не рыпаться. Реабилитация - это ведь, по сути, курорт... Да совмести это с гибелью группы «Плутон»... И причины гибели не установлены.

- Крысы, - пояснил я. - Много крыс.

Миллер снова издал протяжное хмыканье, потом задал совсем не тот вопрос, которого я ожидал:

- Так... А правда, что вы, паранормальные, можете животными управлять?

- Кто-то может... Погоди, а ведь действительно, забавно получается... Считаешь, есть связь с «Изумрудом»?

- Я считаю, в Институте есть некая группа, которой очень мешают наши исследовательские команды в Преисподней.

- А кто это?

- У меня только гипотезы. А их я тебе навязывать не хочу. Лучше будет, если ты свои выстроишь. Да у тебя и шансов во всем разобраться больше, чем у меня...