Волчья степь - Михаил Сухоросов

Никогда не любил летать на ветролете. Ощущение такое, словно сидишь в железной бочке, по которой изо всех сил стучит полсотни молотков. На Торана это произвело впечатление просто неизглдадимое: на момент я даже испугался, что у него глаза выпадут. Сквозь прозрачный плексиглас я увидел, как встретивший нас парень отбегает, пригибаясь в поднятом винтом буране, а в следующий миг земля резко ушла вниз. В наушниках затрещало, потом прозвучал голос Янека:

- План действий? Атакуем виллу?

- Не торопись. Надо шерифовскую зондеркоманду перехватить, пока они дотуда не добрались.

- Сделаем.

- Я тоже так думаю... Вертолет перед ней посадить сможешь?

- Да хоть на крышу.

- Да, Герман, - ввязался в разговор я, - под горячую руку там наших не постреляйте - они могут в лесу засаду устроить.

- Усек. А вон там не наши ли друзья?

Сверху я разглядел только небольшой треугольник света на дороге. Так, еще один... Две машины. Ну, только бы ребята не оплошали!

Словно в ответ на мои мысли, в передовом треугольничке вдруг вырос огненный шар, налился дымно-багровым пламенем, высветив на дороге фигурки людей под прикрытием грузовика, замелькали оранжевые вспышечки очередей...

- Сбрасывай высоту, - коротко скомандовал Герман.

- Психическая атака?

- Само собой.

Земля приблизилась. Вертолет явно произвел впечатление, но те, внизу, не собирались бросать начатое - судя по огонькам, они активно отстреливались от Малыша и компании.

Герман завозился с чем-то на панели управления, перегнувшись через Янека, внезапно вспыхнули прожектора, высветив залегших на дороге стрелков, а потом, чуть не оглушив меня, загремел германовский голос:

- Люди шерифа! Говорит командир институтского подразделения, он же Кентавр! Приказываю немедленно прекратить огонь и убираться, откуда пришли, если вообще хотите убраться! Шесть секунд на размышление! Вы меня знаете, - грозно закончил он. Краем глаза я поймал одобрительную усмешку Эрика, но тут же что-то звонко и тяжело простучало по обшивке, заглушив шум моторов.

- Даже так... - чуть удивленно пробормотал Герман. - Ладно, сами напросились...- и надавил на гашетку. От кузова грузовика - я даже с высоты разглядел! - веером полетели щепки, а потом голос снова взорвал динамики:

- Время истекло! Последнее предупреждение!

Далее удалось только разглядеть короткий дымный след, и передний грузовик разнесло в клочья.

Герман снова щелкнул тумблером, сообщил спокойно:

- Наверно, хватит с них. Вон, вижу, они уже уходят. Пошлю пока весточку вашим.

- А лучше дай-ка мне микрофончик.

- Ладно, переключаю на тебя внешние динамики. Валяй.

Попробую предельно кратко. А с другой стороны, когда это я многоречивостью отличался?..

- Эхой, внизу! Меченосец говорит! Миллер, Лин, Малыш - короче, кто из Западной степи - отходите к вилле! Сейчас спустимся. Не подстрелите ненароком.

- По крайней мере, на подлете не сшибут, - одобрил Янек.

Минуты через две мы уже снижались около виллы, взметая тучи снега. В свете прожекторов я разглядел пятерых, бегущих к нам от леса. Разглядел их и Герман, шустро нагнулся, извлек из-под сидения автомат.

- Свои, - успокоил я. - Рыжего видишь? Это Малыш, мой наставник по Преисподней.

- И тоже в бегах?

- А о ком сейчас этого не скажешь?

- Ладно, поверим на слово... Янек, глуши свою керосинку.

Когда мотор замолк, Герман, сдернув с головы шлем, обратился к нам:

- Вот что, судари мои: со временем по-прежнему не густо, так что давайте выгрузим барахло, потом коротко обменяемся новостями и прочим - и мне надо валить. И вам тут, чувствую, скучать не дадут.

- Годится, - ответил за всех Эрик. - Торан, ты как?

- Отлично, - слабовастенький голос у него, но сарказма не убавилось. Вот кому на отсутствие впечатлений жаловаться не приходится - и тебе прогулка на джипе, и знакомство с бюро- и плутократией, а под завязку - полет на стрекозе с элементами воздушного боя...

Я потащил было ящик из кабины, но кто-то тут же перехватил у меня груз.

- Малыш? Ну как у вас, все в порядке?

- В порядке?! - возмутился он. - Да я простудился, это как с добрым утром! Босиком по зимним лесам носиться - романтично, понимаю, но ведь и холодно к тому же!

- Мик!

Непонятно откуда взявшаяся Гельда повисла у меня на шее.

- Вам что сказали?! - напустился на нее Малыш. - Вам сказали в подвале сидеть, пока все не кончится!

- Так ведь все уже кончилось, - миролюбиво заметил подошедший Миллер. - А что это вы нам привезли?

- Гитара, - Эрик потряс гранатометом, - к ней - осколочные яблоки и кумулятивные апельсины...

- Гроздь реактивных бананов, - продолжил Герман, - и по пять тортиков: шоколадно-противотанковые и фруктово-пехотные.

- Пошли греться, - заторопил Малыш, - а то я тут без нижних конечностей останусь.

Мы потянулись в дом, Малыш тут же ринулся к бару:

- Э, бездельники! Где тут стаканы?

Я по-прежнему обнимал за талию Гельду, Герман вопросительно глянул на нее, потом на меня:

- Ты бы представил даме...

- Гельда, это Герман. Друг по школе и мечу. И с Серыми мы как-то вместе дрались...

- Вот теперь я понимаю, почему этот деятель из Ордена удрал, - галантно поклонился Герман. Гельда не потерялась: она чуть наклонила голову и с достоинством английской королевы протянула Герману руку для поцелуя. С другого конца холла за этой сценой наблюдал Малыш, забыв даже про бутылку, которую держал в руке.

Наконец я обрел дар речи:

- С-слушай... Кто тебя этому научил?

- Миллер.

Я адресовал Миллеру взгляд, который был бы испепеляющим, если б не распирающий меня изнутри смех.

- А это что - плохое что-то?

Недоумение Гельды привело всех в более веселое расположение духа, и я поспешил внести ясность:

- Нет, конечно... Только для нашего бандитского общества... гм... излишне.

- Ладно, - пробурчал Малыш, - мы тоже не лыком шиты, знаем, с какого ножа что едят, - с этими словами он сунул нам с Германом по бокалу. - Ты тоже ведь паранормальщик? Рад познакомиться.

- Взаимно,- улыбнулся Герман.- Да, Ордынцев, а где тебе так фейс разукрасили?

- В Западной степи. Долгая история.

- Тогда потом. Извини, но я в цейтноте.

- Янек, выпьешь?

- Я, вроде, за рулем и при исполнении, - смущенно улыбнулся тот. - Как-нибудь в другой раз.