Разведчики - Вячеслав Шалыгин

– Филин, дверь! – скомандовал Зимин.

Никита и сам догадался, что ситуация вот-вот осложнится до предела. Он взял дверь под прицел и кивком приказал Покровскому занять позицию слева от входа. К Стасенко двинулись Зимин и Варвара-Алевтина.

Из приемной донеслись звуки потасовки, выстрелы и невнятные возгласы. «Холодные», призванные на помощь Гуровым-Стасенко, сосредоточили все силы на одном направлении. «Гренадеры» Репина явно не справлялись с натиском, и прорыв новых берсерков в кабинет их босса теперь стал вопросом считаных секунд.

Варвара вдруг перемахнула через стол и ударом ноги свалила Стасенко на пол вместе с креслом. В следующий миг она уселась на него верхом, зубами сорвала с иголки колпачок и попыталась воткнуть ее поверженному Гурову-Стасенко в шею. Председатель заблокировал ее руку и неожиданно сильно толкнул Варвару в грудь. Девушка, если можно так назвать столетнюю дамочку, отлетела назад и рухнула спиной на стол.

Зимин бросился к Стасенко, но его опередил вездесущий Филин. Он подскочил к председателю и коротко ударил его в подбородок прикладом автомата. Удар получился точным и потому нокаутирующим. Гуров-Стасенко вырубился, как обесточенная лампочка Ильича, мгновенно.

В тот же миг дверь кабинета сорвалась с петель, оглушительно хлопнула о пол, и по ней забарабанила тяжелая дробь. Десятки военных ботинок превратили дверь в щепки. Покровский попытался атаковать ворвавшихся «холодных», но ничуть не замедлил их продвижение. Три или четыре бойца отвлеклись на схватку с бывшим ефрейтором, а все остальные ринулись к столу председателя.

Филин вскинул автомат и открыл огонь практически в упор. Зимин выхватил из кармана пистолет, тоже заряженный патронами с «антибом», но замешкался.

– Отзывай! – Варвара-Алевтина сползла со стола, ухватила бесчувственного Гурова-Стасенко за лацканы пиджака и встряхнула. – Я знаю, ты слышишь! Прикажи им остановиться!

Она подняла взгляд на Зимина.

– Гуров, приказываю дать команду отбой! – рявкнул Леонид, чувствуя себя полным идиотом. Сейчас логичнее было развернуться и поддержать огнем Филина, а не разговаривать с бесчувственным телом. Но менять решение было поздно.

На стол с грохотом свалился сбитый с ног Филин, автомат выпал у него из рук и крепко треснул Зимина по спине. В следующую секунду несколько «холодных» схватили инспектора и…

По идее, Зимина должны были разорвать на части. Дури у «холодных» на это вполне хватало. Но Леонид остался целым и невредимым. Хватка дюжины рук в один миг ослабла, а затем в кабинете прекратилось всякое движение. Новые берсерки приняли строевую стойку и замерли, глядя строго перед собой. Разве что в шеренгу не построились.

– Сработало? – хрипло спросил Зимин у Варвары. – Ты его уколола?

– Нет. – Варвара с опаской оглянулась и пожала плечами. – Может, он твою команду подсознательно передал? Ты ведь для него… авторитет, представитель Верховного… вот он и подчинился невольно. Но я сейчас добавлю!

Варвара все-таки ввела Гурову-Стасенко заготовленный препарат.

– Надолго ли собаке блин? – Зимин покосился на Стасенко.

Казалось, что он просто спит. Глубоко, безмятежно и сладко, как спит человек после нескольких суток без сна.

«Не спал три года, – припомнил Зимин слова председателя. – Почему? Боялся своих вещих снов, подобных тому, что приснился в госпитале? Ох, много еще неясного в истории, очень много».

– Доза лошадиная, поэтому два часа гарантирую, – сказала Варвара. – Будет как шелковый, даже если проснется. Но я не знаю, как нам быть с этими истуканами. Выносить их, что ли, и складывать штабелями?

Леонид вновь присел рядом со Стасенко.

– Кругом! – приказал Леонид, как бы обращаясь к спящему председателю.

«Холодные» почти без задержки четко развернулись кругом.

– Построение на вертолетной площадке в две шеренги. Справа по одному, на выход шагом марш!

Через полминуты в кабинете остался только первоначальный состав. Еще чуть позже в пустующий дверной проем заглянул Репин.

– Живы? – Майор окинул взглядом обстановку, на миг остановил его на лежащем Гурове-Стасенко и кивнул. – Я все слышал, теперь еще и вижу.

– Это как ты все слышал? – удивился Филин. – Жучка кому-то подкинул?

– Да всем. – Репин пожал плечами. – Работа такая. Ну вы тут… без меня. Надо наверху порядок навести. Товарищ инспектор, не возражаете?

– Действуй. – Зимин махнул рукой. – Два часа на все про все. Потом наш кукловод очнется и за последствия не ручаемся. Не успеете кого-то из «холодных» изолировать, пеняйте на себя.

– Успеем, – уверенно ответил Репин и скрылся.

– Ну что, товарищи… – Зимин уселся на край стола. – Переворот сорван. Всем спасибо.

– Все свободны? – подхватил Филин.

– По идее, вас надо бы… задержать. – Леонид почесал затылок стволом пистолета. – До выяснения.

– Но… – Филин вопросительно уставился на Зимина.

– С выяснением можно и подождать. – Леонид спрятал оружие в карман. – Куда вы денетесь? Я прав? Вы ведь не собираетесь бежать и снова прятаться в тайге или, не дай бог, за границей?

– Раньше нам и в Москве неплохо жилось, – сказал Покровский из угла, в который его загнали «холодные». Он так и сидел там, прислонившись затылком к стене. – Но теперь, как понимаю, прохладная жизнь закончилась. Нас будут изучать в интересах советской науки.

– Будут деньги – будет пища, разберемся. – Филин закинул автомат на плечо и кивком указал на дверь запасного хода. – Алевтина Дмитриевна, дамы вперед. Покровский, чего расселся? За мной.

– А вас, Стасенко, я попрошу остаться. – Зимин перевел взгляд на бывшего председателя. – Для долгих и увлекательных… допросов…

Человек предполагает, а начальство располагает. Так звучит известная поговорка в советском варианте. Не прошло и получаса, как по восстановленным каналам связи Зимину пришел однозначный приказ выдвинуться на новую базу и уже там представить тому самому начальству арестованного гражданина Гурова, а также необходимые для следствия документы и свидетелей. Поскольку документы остались в сейфе на базе номер один, то есть в тренировочном центре, пришлось ограничиться Гуровым-Стасенко и свидетелем в лице майора Репина.

Через час, как раз по прибытии на базу ВБС, арестованный Гуров пришел в себя, но «представить» его начальству получилось не сразу. Руководство задерживалось на неопределенное время. То есть на самом деле в спешке надобности не было, Зимин мог бы легко заскочить в тренировочный центр и прихватить свои писчебумажные труды.

«Но теперь-то что рассуждать? – Леонид прошел в комнату для допросов, где до прибытия начальства надлежало содержать арестованного. – Воспользуюсь паузой для расширения кругозора. Думаю, Стасенко не будет возражать».