Тень - Евгения Полянина

– Я уже пыталась его убить. Это бесполезно.

– Бесполезно в реальном мире, – согласилась Оракул, – его тело уже давно гниет в земле. Но его суть здесь. Здесь ты можешь справиться.

Катя заставила себя открыть глаза. Лицо Оракула расплывалось.

– Как? – спросила Катя. Сознание медленно, но возвращалось. – Пожалуйста, – протянула она. Холод забирался под кожу, и Кате было трудно говорить. – Скажи, что мне делать.

– Это нельзя описать словами, – пояснила Оракул, – это надо почувствовать. Неважно, кто ты. Неважно, есть ли у тебя наставник, как много ты знаешь и умеешь. Важно, что ты охотник. У тебя за спиной – тысячи твоих предков. Голос древнейшего рода. Только ты сама можешь понять и почувствовать это, – Оракул коснулась ее щеки и исчезла. На месте Оракула сидел Гоша, и его глаза были черными.

Катя заставила себя стряхнуть сон.

– Понять, ощутить, поверить, – пробормотала она, – я надеялась, что хоть в работе охотника не будет психоанализа.

– Куда ты? – потянул ее за руку Гоша. – Останься. Разве тебе здесь не нравится?

Но она теперь помнила. Вспомнила ведьм, которые приходили к ней в сновидениях, вспомнила лес, в котором Спящая ведьма ловила детей. Скольких она убила? Скольких убьет Мормара?

Катя терпеть не могла брать на себя ответственность. Но от этого было не деться. Приходилось либо принять ее и сражаться, либо сбежать – и исчезнуть. Катя стряхнула Гошину руку, ухватилась за ветку и выбралась наружу. Миг, и ее снова окружало заснеженное пространство. Холод начал пробирать насквозь. Ветер поднимал мелкие осколки льда, они били и царапали лицо и руки. Катя продолжала зажимать рукоять кинжала – единственную вещь, благодаря которой еще держалась.

Перед ней стоял Мар.

– Странно, – пробормотал он, – должно было сработать.

Катя откашляла черную дрянь и, шатаясь, поднялась на ноги. В уголках ее губ затаилась усмешка. Вот он – наводящий ужас демон. Мормара, о котором с таким трепетом писали родители Евы, от которого советовали бежать подальше.

Отродье ведьмы и черной силы. Демон-паук и охотник на охотников. Тварь, которая только и делает, что обманывает и изворачивается.

– Ты хотел, чтобы Мало забрал меня, – Катя чувствовала во рту металлический привкус крови, но знала: это скоро пройдет, так или иначе. – Думал, что сможешь меня затравить, – она мысленно прикоснулась к черной силе и удобнее перехватила рукоять кинжала. Как там говорила Оракул: они могут забрать тело, но у порядочного оружия есть еще душа и имя. Надо только сосредоточиться и представить.

– Не повезло, – продолжала Катя, шагая вперед и заставляя Мара отступать, – в школе я получила хорошую прививку от травли. Мне жаль, Мормара, – его имя она выплюнула, как недавно выплевывала черную дрянь, – но в умении травить слабых ты отстал даже от десятиклассниц.

– Все еще храбришься? – ухмыльнулся он.

Катя почувствовала, как к рукояти прирастает лезвие.

– Нет, – сказала она просто. Она чувствовала силу и подчиняла ее себе, – на этот раз храбришься ты.

Катя бросилась вперед. Ощутила исходящий от Мара жар и запах гнили. Увидела черную бездну глаз, заметила даже, что его галстук сбит на бок. Именно туда она и направила удар.

Хлопок. И все закончилось.

Катю бросило на пол торгового центра. Она ударилась коленями и стала глотать воздух. Победа? Уже?.. Правая ладонь лежала на рукояти поломанного кинжала. Здесь, в этом мире он был все так же поломан. Катя перевернулась на спину, отпустила рукоять и вдруг почувствовала, что задыхается.