Zero Hour - slip

так. Он никого не отправлял. Он просто принял закон, по которому каждый человек, не важно, гражданин или нет, свободный или раб, должен был убить внесенного в списки, или донести о нем людям Суллы. Невыполнение каралось смертью, а за выполнение давали деньги. Гражданство, если исполнитель не был римским гражданином. Свободу – если он был рабом. Мне невероятно повезло, что я продержался достаточно времени для того, чтобы мамины друзья смогли уговорить его сменить гнев на милость.

Картина в голове, и без того не очень понятная, разлетелась на нераспознаваемые фрагменты.

- По-моему, я окончательно запуталась, - Виттория потрясла головой, пытаясь привести мысли в порядок. Не помогло, - Мне показалось, что вы были его врагами?

Цезарь хмыкнул:

- Все немного сложнее.

- Расскажи.

Она быстро пожалела о своем любопытстве. Незнакомые имена и связи, позабытые конфликты и войны, приправленные живыми эмоциями человека, для которого они были более реальны, чем все вокруг. Такое количество новой, давно позабытой со школьных лет информации, с трудом умещалось в голове, провоцировало глухую боль в висках и вызывало жуткое чувство щемящей тоски.

Но винить, кроме самой себя, ей было некого.

Древняя дорога, заросшая высокими деревьями по бокам сама по себе была машиной времени, и для ее работы даже не требовались мощности, сопоставимые с потребляемыми половиной Мюнхена в вечерний час пик. Достаточно было выйти на старую брусчатку под палящим солнцем – и ничего, кроме редких машин, больше не напоминало о том, какой сейчас год на дворе.

Зависший возле какого-то непонятного столба на обочине, Цезарь ожил и махнул рукой в сторону перекрестка с тенистой, уходящей вверх и более новой дорогой:

- Сюда.

- Ты на что там смотрел? – Виттория попыталась догнать его, но, найдя какую-то цель, теперь он шел к ней слишком быстро.

- На мильный камень, - как обычно, понятнее от его пояснений не становилось, но сейчас он даже не обернулся посмотреть, достигли ли они цели.

Асфальт дороги быстро сменился подсохшей грязью. Огромный парк пустовал. Собачники и бегуны уже закончили свои утренние дела и сейчас толпились в метро или пробках в центре, пытаясь попасть на работу – и на всем зеленеющем просторе не было ни единой души.

Как среди всех усеивающих парк руин, Цезарь смог найти нужные ему, так и осталось загадкой.

Всего лишь несколько порушенных стен поверх куда более древней кладки.

Он остановился, провел рукой по видавшему виды камню, и констатировал:

- Здесь.

Виттория аккуратно заглянула за остатки стен. Ничего, только зеленеющая газонная трава и редкие древние камни поверх нее. Таких руин по всему городу было навалом, но в остальных она почему-то не чувствовала… Того, что чувствовала здесь.

Возможно, это было просто воображение.

Ладонь легла ей на плечо.

- Виттория, если ты не против, мне нужно побыть одному, - голос Цезаря прозвучал глухо.

- Да, конечно, - она кивнула и вышла, оставляя его наедине со старыми камнями.

Залитый солнцем пустынный парк производил двоякое впечатление. Глоток свежего воздуха посреди бесконечного ожидания неизвестно чего – безусловно, но отсутствие людей и бескрайние просторы наталкивали на неприятные мысли, от которых тяжело было избавиться.

Цезарь не торопился. В абсолютной тишине не было слышно ничего, кроме шелеста листьев, его отдаленного тихого голоса и… Шагов?

Быстрых, глухих и немного чавкающих.

Виттория встрепенулась и оглянулась. Вдалеке, по протоптанной, еще мокрой от вчерашнего дождя, тропинке бежала девушка. Сперва она приняла ее за припозднившегося утреннего бегуна, но чем ближе она приближались, тем очевиднее становилось, что…

- Помогите! – закричал девушка, поравнявшись с ней, - Помогите, там… Там…

Ее дыхание сбилось. Она остановилась и уперлась руками в колени, пытаясь отдышаться.

В предчувствии худшего, сердце заколотилось как бешеное, и Виттория выпалила:

- Что случилось?!

- Там… Там мужчина лежит… Кажется, мертвый…

Виттория резко оглянулась. Решение было принято мгновенно.

- Сейчас, секунду, - она махнула девушке и, быстрее, чем та очухается, рванула обратно к руинам.

Внутри, на импровизированном алтаре стояла тарелка с захваченной ими из дому едой и откупоренная бутылка вина. Подтянув ноги под себя, Цезарь сидел прямо на земле, а взгляд его намокших глаз смотрел куда-то вдаль, словно сквозь кирпичную стену напротив.

Побеспокоить его было бы кощунством, но никакого выбора у нее не было.

- Гай… - позвала она.

Никакой реакции.

- Гай…! – повторила она громче.

Он вздрогнул, словно перезагружаясь:

- Виттория?..

- Гай, пойдем. Там снаружи какая-то девушка. Говорит, что нашла труп, - не придумав ничего лучше, она вывалила на него все, как есть, - Я… Я подумала, что нам лучше не разделяться.

Осознанность окончательно вернулась в его взгляд и, спустя мгновение, они вдвоем вышли обратно на тропу. К счастью, девушка еще не успела уйти и, стояла там, недоуменно оглядываясь.

- Где он? – первой спросила Виттория.

В мире не было лучше защиты от неловких вопросов, чем нападение.

- Здесь, совсем рядом, - лихорадочно выпалила девушка, - Лежит, весь избитый, в крови… Наверное, его ограбили…

Сложно было представить себе карманника или грабителя, который выберет своим местом работы полупустынный парк, вместо забитого метро, переполненных зеваками-туристами площадей или ночных кварталов вблизи баров и отелей, и это несоответствие только вынудило Витторию прибавить скорость.

По узкой, уходящей вверх тропинке, девушка вывела их на небольшой, укрытый зеленью, холм.

И Виттория сразу увидела его.

На примятой, окрасившейся в багряный, траве на животе лежал мужчина со связанными за спиной руками. Кроссовки, короткие беговые шорты, футболка, из-под которой выглядывали рукава термо-рубашки и…

Знакомая короткая прическа.

- Какого… - выдохнула Виттория, ускоряясь.

Оказавшись рядом с мужчиной, она опустилась на одно колено. Сердце отбивало бешенный ритм в ушах. Время замедлилось. Реальность сузилась до этой скрытой под широкими кронами деревьев поляны.

Рука коснулась теплого плеча.

Мужчина содрогнулся и захрипел.

- Твою мать… - от неожиданности Виттория одернула руку и подскочила, прижимая ее к себе.

- Edepol… - Цезарь ругнулся и подбежал к ним.

Девушка, которая привела их сюда, замерла и в ужасе прикрыла рот ладонью.

Мужчина хрипел, кашлял, и пытался освободиться от пут.

- Эй-эй, спокойно, - Цезарь присел рядом с ним, - Давай я тебе помогу.

Впавший в панику бедняга явно его не слышал и продолжал пытаться освободиться. Безуспешно

- Виттория, - Цезарь посмотрел на нее, - Помоги, один я его с места не сдвину.

Пусть с трудом и пропустив по паре ударов грязными кроссовками, вдвоем они все-таки смогли перевернуть