Цитоник - Брендон Сандерсон

Хешо впереди лавировал между падающими глыбами. Он замедлил полет, провоцируя меня лететь следом. Они хотели заманить меня в опасное место. Они готовы были отнять жизнь у Хешо ради шанса навредить мне. Мне нужно прекратить эту погоню. Немедленно.

Я сжала сферу управления и открыла огонь, вынуждая Хешо включить форсаж и умчаться прочь. Его корабль быстрее, но среди обломков это не имеет значения. К сожалению, эти же обломки блокировали мои выстрелы. В конце концов я запустила в него куском подъемного камня, отколовшегося, кажется, от витрины.

Уворачиваясь, Хешо снова столкнулся с падающей каменной глыбой. Его щит отключился. Скад! Стрельба по нему сделала его более безрассудным. Я летела за ним, не зная, что предпринять. Мое беспокойство усиливалось. Но Чет с М-Ботом помалкивали, давая мне время подумать. И во время этого полета из тумана прошлого выплыли мои воспоминания. Полеты с Хешо и его киценами, а еще с Брейд, Дымкой и Моррьюмаром. Дни, проведенные в тренировках. Я даже не осознавала, что потеряла их.

– М-Бот, – приказала я, – установи связь с этим кораблем.

– Готово, – сказал М-Бот.

– Звено пятнадцатое! – рявкнула я, стараясь подражать Коббу, как делала, обучая Хешо и остальных. – Построились, живо!

Я дала задний ход, заставив свой корабль остановиться.

Впереди корабль Хешо сбросил скорость. Что зависит от контроля делверов, а что – от него? Им нужны были его летные навыки. Значит, можно надеяться, что они не контролируют его всецело.

Он отреагировал на мой голос. Голос своего инструктора. Я порылась в своих смутных воспоминаниях о том дне. Кажется, у Хешо было другое название для нашего звена…

– Последний Поцелуй Цветов Ночи! – крикнула я. – На перекличку! Хешо, встать в строй!

Корабль Хешо остановился и развернулся. Я не стала ждать – плюнула в него огнем деструктора. И лишь на капельку почувствовала себя виноватой. Но мой выстрел нашел цель. Его корабль вспыхнул синим и заблокировался.

Чет у меня за спиной испустил громкий вздох облегчения.

– Хорошая работа, – негромко сказал он.

– Умиротворяющее спокойствие, – сказал М-Бот. – Как будто мне только что заменили всю смазку на свежую. Я назову это гармонией.

– Мы еще не закончили, – сказала я.

Используя маневренные двигатели, я подошла к кораблю Хешо – достаточно близко, но так, чтобы мы не столкнулись среди падающих фрагментов. Его купол вспыхнул и стал прозрачным, тонировка поблекла. Хешо сидел внутри в своем маленьком кресле, лицом ко мне. Его глаза светились белым. Зубы были оскалены. Я мысленно нажала, игнорируя крики стоящего за Хешо делвера. Я заглянула глубоко внутрь делвера.

И нашла там страх.

– Чет, примите управление, – сказала я. – Следите, чтобы корабли не разошлись.

– Как скажете, – отозвался он. – Но почему?

В ответ я высунулась из кабины, надеясь, что моя догадка верна.

– Спенса! – окликнул меня М-Бот. – Это… очень странное поведение.

– Я вернусь, – сказала я. – Чет, если я поскользнусь и упаду, попытайтесь меня как-нибудь подхватить.

– Э-э-э…

Я выбралась из кабины и шагнула на крыло своего корабля. Там на меня снизошло странное ощущение дезориентации – здания парили над головой и кувыркались в небе. Два смятых фрагмента сцепились в результате столкновения и медленно вращались. Справа шел белый свет: сквозь заполненное обломками пространство проглядывала световспышка.

Я стояла на перекрестках бесконечности без страховочного троса. Чет при помощи маневровых двигателей держал крыло ровно, а я по дюйму продвигалась к кораблю Хешо. А потом, прежде чем успела одуматься, прыгнула.

И приземлилась прямиком на меньший истребитель Хешо. Он был достаточно большим, чтобы выдержать меня, пусть его кабина и не превосходила размером мой шлем. Я наклонилась, уставилась на Хешо через ставший прозрачным купол и зажгла звезду внутри себя. Мою сущность. Я позволила ей сиять цитонически, невидимо для обычного зрения.

Хешо-делвер съежился. Ярко-белые глаза были распахнуты и сияли так ярко, что я не различала его лица.

– Почему вы так боитесь меня? – спросила я. – Что мне пока неизвестное заставляет вас так действовать?

«Ты должна вернуть нам Нас, которых ты отделила, шум». Это явно была попытка заставить меня думать о чем-то другом, судя по тому, что подсказывало мне «слушание». «Верни их обратно».

– Послушайте, – сказала я, – давайте поговорим об этом. Что вы делаете со мной? С моими товарищами?

«Это развращает», – послали они мне мысль. Я поняла посыл: они имели в виду, что, говоря со мной и взаимодействуя, они рисковали измениться. Делвер попытался отступить, но я… ухватилась за него. Вцепилась в него своими растущими цитоническими чувствами. Это было похоже на то, что сделала со мной Брейд.

Только вот я была намного слабее. Я едва держалась. Либо у меня не было к этому таланта, либо мне нужно было еще долго тренироваться. И все же даже эта слабая попытка заставила делвера запаниковать. Это обрушило на меня всю тяжесть их внимания, страха и ненависти. В этот миг остальные делверы собрались и попытались уничтожить меня единственным известным им способом.

Попытавшись сделать меня одной из них.

Меня целиком выдернуло в «нигде». Я стала бесформенной. У меня не было тела – лишь разум, плавающий не во тьме, как это было обычно, а в бесконечной белизне. Все вокруг было белым, потому что было заполнено делверами, – так океан заполнен водой.

Теперь они видели во мне извращенную версию себя. Цитоники были подобны делверам. В некотором смысле я была их двоюродной родственницей. Еще они видели во мне искусительницу, заманивающую их к гибели такими глупыми вещами, как линейность и индивидуальность.

Их разумы атаковали меня и заставили видеть, как видят они. Видеть мир и гармонию совместного существования. Я цеплялась за свою индивидуальность, но она была истрепана, как дырявое боевое знамя. В считаные секунды остававшиеся крохи воспоминаний о моих друзьях и семье истрепались еще сильнее, и моя жизнь в «где-то» начала истаивать.

Они хотели стереть ее. Из-за… боли? Да, они знали боль – из прошлого, – но избежали ее. Я вцепилась в нее. Это была подсказка или намек на нее. Однако же… мой отклик на их предложение пугал. Покой, слияние, вечность без боли – не бывает боли там, где нет хода времени. Нет гнева там, где все согласны во всем.

Я не могу объяснить, почему это было так притягательно. Я даже не могу объяснить, как это ощущалось, – вы бы сами как такое объяснили? Я была всего лишь пилотом. Без правильных слов.

Я не хотела поддаваться им. Но и сражаться не было сил. Запаниковав, я потянулась наружу в поисках помощи. Быть может, к