Псионикум - So..The End

— Может, они узнали, что мы контактировали с семьёй Стюарт?

— Кстати, точно, — ответила Кэс, с аппетитом жуя сэндвич с беконом. — Но, мы сделали это за день до подписания о разглашении. Да и семейку же предупреждали, что официально дело их сына останется неизменным.

— Да уж, вряд ли они стали бы бегать по всем инстанциям и орать, какие в Псионикуме лжецы.

— Мать, забей. Скоро узнаем. Лучше скажи, планы на выходных в силе?

— Ещё бы.

— А нас вообще допустят к прыжкам сразу?

— Конечно, после некоторого обучения.

— Я уже представляю себе свободное падение. Поскорее бы выходные.

— Ага, если у нас будут эти выходные.

— Верно. Сомнительно, что начальство зовёт нас, чтобы погладить по голове. Так, ты закончила есть? — я уже допивала последние капли чая. — Поехали сдаваться.

Псионикум встретил нас буднично. Всё те же сотрудники безопасности, всё те же сканеры и лифт. Зал Наблюдателя располагался на тринадцатом этаже и, соответственно, в нем ничего знакомого. Ведь мы никогда не поднимались выше седьмого-восьмого этажа. Допуска нет. Но не в этот раз.

Как обычно, пройдя через пустой коридор, мы попали в просторный круглый зал с мониторами, обвешанными по всей стене. В центре на небольшой кафедре за столом с пультом управления сидел темноволосый мужчина в сером костюме.

Это и есть Наблюдатель? Гм, какой-то он… Обычный, что ли. А мы слышали о нем много странных слухов. Мужчина поднял голову и, заметив нас возле двери, подозвал к столу жестом.

Гм… Пригляделась к нему более внимательно при приближении. Образ у него был едва заметный и как будто дымчатый. Честно, такое я вижу впервые. И ощущения от него как… Как от пустоты?! Не знаю. Такое не могло не насторожить. В последней практике у Крауссе мы пару раз видели видеозаписи с тех мест, где грань между материальным миром и «другой стороной» настолько тонка, что можно взглянуть за эту ширму, прочувствовать, что на «той стороне». Но её влияние на материальный мир трудно предсказать. Астральный мир каждый видит и чувствует по-разному, так же у него множество названий.

— Анна Рейн, Кэссиди Кэролайн Уильям, прошу, — пригласил сесть он холодным вежливым тоном.

Я попыталась рассмотреть его обычным взглядом и сравнивать со своим другим зрением. И там и там возникли неопределённости. На обычный взгляд Наблюдатель представлялся как молодой мужчина чуть старше нас. Лицо приятное, типично западно-европейской внешности и без каких-либо примечательных запоминающихся черт. Русые короткие волосы аккуратно уложены и ухожены. Такое ощущение, будто он специально не привлекает к себе внимания. Если бы я увидела его в другом месте, то не обратила бы на него внимание. Это если брать обычный взор. А вот псионически — совсем наоборот. Было в нем что-то чуждое, неестественное, но одновременно невероятно могущественное и опасное. Я чувствовала на себе взор тысячи глаз, направленных с изнанки мира. Похоже, неспроста его называют Наблюдателем. И похоже он постоянно контактирует с астральным миром.

— Чаю?

— Мы только недавно поели, спасибо, — вежливо ответила Кэс.

— Как вам угодно, — ответил он, будто поняв, что мы особо не торопились. Хотя, это, похоже, моя паранойя разыгралась. — Как вам здесь?

Мы с Кэс обменялись взглядами и тупо уставились на него, сидя на шикарных стульях и гадая о причинах вызова.

— Нормально.

— Ништяк, — поочерёдно ответили мы.

— Дайте-ка угадаю, вы спрашиваете себя, зачем вы здесь?

— Ага. Это насчёт расследования?

— Не совсем, мисс Уильям. Но мы обязательно к этому вернёмся. Для начала позвольте поинтересоваться, как поживает ваш отец? Надеюсь, всё хорошо?

— Жив и здоров, насколько я знаю. Мы не слишком уж и близки.

Гм. Наблюдатель хорош. Я тоже это хотела бы знать. Знаю лишь то, что Кэс очень не любит говорить про свою семью и про ту трагедию.

— Ох, жаль слышать, но понимаю… — проявил соучастие Наблюдатель. — После того, что случилось с вашей матерью. Извините, если задел старые раны.

— Ничего страшного, — ответили губы Кэс, но я увидела, как она прищурила глаза, видимо, вспомнила не самые приятные деньки. — Это было давно.

— Время — относительно. Особенно для памяти. Но не будем о грустном. Что скажете о Псионикуме?

— Да… Ничего. Всё ништяк, — неуверенно протянула Кэс.

— Рад слышать.

Что за фигня тут происходит?! — хотелось мне воскликнуть. Мы что, у любимого дядюшки собрались за семейным ужином?

— Сэр, эм… Наблюдатель, — начала я. — Мы тут по делу или как?

Его образ изменился. Дымчатая масса застыла. И он повернулся ко мне с той же застывшей вежливой улыбкой. Однако его тёмные глаза излучали холодное спокойствие, не более того, и будто смотрели сквозь, что аж холодок берёт. Да уж, я, кажется, понимаю, почему люди так на меня реагируют. Я тоже смотрю на них, как он.

— Анна. Рейн, — многозначительно протянул он. — Я знаю, многое доступно вашим глазам, но общей картины вы не видите. Точнее, не желаете видеть. В вас слишком много скепсиса.

Эм…

— Не поняла.

— Но профессор Краусс высоко о вас отзываеся. И искренне недоумевал, почему вы в каком-то отделе. И я с ним согласен. У меня к вам такое предложение: вы ведь помните свой контракт?

— Ну, да.

— А что, если я предложу вам нечто другое. Более значительное, масштабное, но опасное. Вряд ли в отделе мистера Каллигана найдётся вашим глазам достойное применение.

— Достойное применение?

— Да. Проект «Астрал», слышали об этом? — при его упоминании образ Кэс вспыхнул.

— Слухи, разве что. И что это за проект? — осторожно поинтересовалась я.

— Узнаете, если согласитесь, — хитро улыбнулся Наблюдатель.

Чего?

— Я согласна! — но тут резко вызвалась Кэссиди.

— Кэс… — протянула я со скепсисом.

— Анна. Это мой шанс. Прошу тебя.

— Ну, я не против, но что за проект?

— Значит, жду вас в следующем году, — взмахом руки он отправил нас в коридор, будто мы не сидели с ним за одном столом только что.

— Какого…

— Что он сделал? — я осторожно коснулась закрытой двери и она уже не поддавалась. — Ау, мистер Наблюдатель? Может, я передумала.

— Анна…

— Видимо он ушел. Ладно. Ты об этом что-нибудь знаешь, Кэс?

— По дневникам матери.

— И хочешь выяснить, что с ней тогда случилось?

— Да.

— Наблюдатель это явно знал. Знал, что ты не откажешься.

— Ты могла отказаться, Анна.

— Да брось, я не оставлю тебя одну.

— Обещаешь? — предельно серьезным тоном спросила Кэс, что мне стало не по себе.

— Обещаю. Гм. Этот этаж и впрямь необычный. Или меня глаза обманывают?

— Пошли. Завтра новый учебный год.

— Да… А мы толком не отдохнули.

Что могу сказать в конце? Это только начало. Я с полной уверенностью готова