Кементарийская орбита - Дмитрий Леоненко

По рядам колонистов прошел тихий ропот, едва не переходящий в недовольное ворчание. Всем уже поднадоел тусклый свет барачных лампочек, а работающие на разгрузке команды – как и большинство колонистов, впрочем – давно ели и чуть ли не спали на рабочих местах.

– На этом закончу и перейду к более приятной части, – видимо, уловил перепад настроения Тро. – Мы проделали большую работу, и у вас есть право немного расслабиться, а не слушать скучные цифры о засеянных площадях и графике высадки, которые все желающие могут найти в сети. Перейдем к заслуженному отдыху!

Сбоку вспыхнули фары. Неторопливо сминая невытоптанные стебли тапетума, в свет костров вкатился трактор, буксирующий от складов грузовую платформу. Задняя дверь платформы отворилась, вызвав у колонов дружный восторженный вопль.

Мигом нашлись добровольцы, принявшиеся выгружать на площадь тяжелые запотевшие бочки. Толпа качнулась в сторону трактора, но ее потеснила редкая цепочка мужчин в форме Астробеза, еще со старыми орбитальскими логотипами. Зашипело разливаемое пиво.

– За Высадку.

– За Высадку, – мы с Крапивником поднесли стаканы к губам. Пивом это можно было назвать лишь с большой натяжкой, но, по крайней мере, оно было ледяным. Из динамиков на крыльце грянула бравурная музыка, что-то из орбитальских гимнов.

– Не боитесь сглазить? – поинтересовалась Ланцея. Впрочем, пиву и она отдала должное.

– Оставь, – отмахнулся я. – Людям надо отдохнуть.

– На мой взгляд, к отдыху мы приступили рановато, – поддержала Ланцею Рыжая.

Толпа распадалась на ряд кучек поменьше, по группам и соседям. Гимн сменился орбитальским «заатмосферным» фольклором, и у костров уже закружились в танцах пары. Геккон подхватил Филис, увлекая ее в центр круга.

– Смотри-ка, – Олег поднялся на ноги, замахал рукой. – Корчмарь! Анастасия!

Высокорослый без и светловолосая женщина у соседнего костра обернулись. Корчмарь приветственно помахал рукой, быстрым шагом они с Шагановой приблизились к нам.

– Привет, ребята, – экс-«лисовин» по очереди пожал нам руки. – С выходом вас. Высматривал вас в АС, но забот после посадки навалилось через край.

– Ты давно на грунте? – спросил я.

– С последним модулем. А Настю спустили пару недель назад.

– Хорошо смотришься для выходца из консервации, – прищелкнул языком Крапивник.

– «Лисовинов» тяжело выбить из седла даже орбитальскими отравами.

– Вечная проблема боемодифицированных, – вздохнула Анастасия. – Когда же вы усвоите, что преармейские генные модули – это не панацея от всех болезней?

Корчмарь не обратил на ее слова внимания.

– Раз уж вы здесь дольше моего – рассказывайте, что по факту творится у нас на грунте, – велел он.

– В целом Тро ты слышал, – я пожал плечами. – Много бардака, но потихоньку все входит в колею и жизнь налаживается. Мы закончили с посевами, отстроили кое-что из зданий.

– Сильно выбились из графика?

– Из скорректированного – недели на две, – произнес Крапивник, быстро подсчитав сроки в уме. – Ну а про изначальный все давно забыли. Ты же в курсе, что за беда у нас со сроками.

– Наслышан, – бросил Корчмарь. – Корабль вышел на орбиту на честном слове и на одном крыле.

– Крыльев у «Семени» нет, если не считать радиаторы с батареями, однако в целом все именно так. Но Владимир и Артур думают, что мы справимся, – постарался я обнадежить масбеза.

– Я не удивлена, – Ланцея смяла стакан. – Меня больше удивляет, что мы вообще долетели до Мю Жертвенника.

– На твоем месте, – Корчмарь строго на нее посмотрел, – я был бы осторожнее со словами. «Тэта» с Астробезом сюда, может, и не дотянутся, но это не помешает Совету пресечь панические слухи в зародыше.

– О да, – язвительно пробормотала Ланцея. – Пресечем в зародыше наглые попытки замечать очевидное.

Я вздохнул.

– Может, мы не будем портить праздник другим?

– Было бы что портить, – буркнула Энн. Отошла к костру, вглядываясь в пляску огненных языков.

Корчмарь проводил ее взглядом.

– Ей стоит поучиться держать язык за зубами, – вздохнул он. – Иначе она создаст большие проблемы и себе, и тебе, приятель.

– Корчмарь, – я посмотрел собеседнику в глаза. – Спасибо, конечно, за беспокойство, но я сам как-нибудь решу этот вопрос.

– Без блока, земляк, – Корчмарь примиряюще поднял руку. – Мой совет добрый, но в твои семейные дела я не лезу. Давай лучше по кружке за старую сибирскую кровь.

– За сибирских комаров и я выпью, – присоединился к нам Крапивник.

– Кстати, как здесь с этой нечистью? – с любопытством спросил Корчмарь, принимая из рук Олега холодный стакан.

– В наличии, – сообщил я. – Но кровососущих нет или почти нет, наши научники еще до конца не разобрались. Ты не загружаешь новости с «Семени»?

– Мне не понять их жаргон, – ответил Корчмарь. – Это приятно.

– Кстати, – Олег отхлебнул пива. – Корчмарь, давно хотелось спросить. Как ты угодил в лагерь? Неужели в Красноярске кому-то в голову пришло списать вармода в неактуалку?

Кормарь осушил свой стакан, крякнув. Утер губы.

– Что ж, в «лисовинах» пили и не такое… Когда ОбьВодОхран распустили, мне предложили перевод в уланскую самозащиту – с прицелом на таблигитский кризис. Но в Улане мне не слишком понравилось. Я попросился в Хабар, ближе к настоящему делу. Пара старых друзей по неофициальным каналам ответила, что мест в хабарской клиентеле сейчас нет, но могут освободиться в ближайшее время, если я согласен пока потолкаться в перемещенцах. Но ближайшее время затянулось сверх границ разумного, тем временем закрылась и уланская должность. Я начал нервничать – начинать карьеру в мобильной банде не хотелось. И тут появился Тро со своим предложением.

Оставив Корчмаря, Крапивника и Ленку, я подошел к Ланцее. Примиряюще обнял ее за плечи.

– Довольно дуться. Корчмарь не хотел тебя обидеть.

– Я не обижаюсь, – тихо ответила Ланцея. – Меня лишь пугает этот… пир во время чумы.

У меня помимо воли вырвался тяжелый вздох. Я напомнил себе, что после пережитого Ланцеей вряд ли стоит ставить ей в укор лишнюю мрачность.

– Мы прорвемся, – пообещал я ей. – Высадка идет, посадки сделаны, дома строятся. Надо просто постараться. Не бойся, мы справимся.

– Просто, – Ланцея тряхнула головой. – Ладно, оставь. Пойдем к ребятам. Я постараюсь не портить вам праздник.

– Отлично, – я подал ей руку. – Потанцуем?

Под древний ченна-аутсайд двадцать шестого столетия, льющийся из динамиков, мы с Ланцеей закружились по утоптанной земле. Тщательно стараясь не оттоптать друг другу ноги. Ланцея откинулась на мою руку, в черных глазах отражались языки пламени. Прижалась на секунду и тут же отстранилась. Музыка прервалась ненадолго. Я повел раскрасневшуюся Ланцею обратно к костру. Наши друзья перебралась на бревно недалеко от него. Корчмарь с Шагановой сами вступили на импровизированную танцплощадку.