Око василиска - Маркус Кас

С такой логикой поспорить я не смог. Как и спросить, куда смотрел его помощник Игнат. Я парня пару раз только видел, днем кухарных дел мастер был на учебе, а вечерами из кухни не выходил.

Не по характеру работы тощий и при этом высоченный, Игнат напоминал оглоблю с вечно голодными глазами. При этом образование имел отменное, происходил из рода дворян, что безтитульные. Род, как я понял, бедствовал где-то в глубинке.

— А помощник твой где? — всё таки спросил я, боясь что Прохор успел извести парня.

— Игнатушка? — расплылся в улыбке слуга. — Так выходной у него сегодня. С зазнобой в театр идут. Культурная программа, во!

Ну раз «Игнатушка», то поладили. Да и выходной это святое, значит переживем яблочного поросенка. Но надо будет его как-нибудь незаметно попросить перед выходными готовить с запасом.

Хотя это вряд ли остановит проснувшуюся в Прохоре страсть к кулинарии.

Каким-то волшебным образом, новое блюдо слуге удалось. Кисловатые зеленые яблоки изумительно подошли к мясу, запеченному в меду с горчицей. Так что мы с дедом абсолютно искренне хвалили Прохора за прекрасный ужин. Тот прослезился и даже согласился вместе с нами выпить вечернего чаю.

Так, в приглушенном свете лампы, у распахнутых окон столовой, и завершился этот день. В темноте сада стрекотали кузнечики или какая-то другая живность, и веяло прохладой приближающейся ночи.

Хороший день закончился хорошим сном, в котором мне явился предок в старинном камзоле, расшитым золотом и изумрудами. Но разговора не случилось — дух лишь пристально посмотрел на меня и испарился.

Утро началось с чашки ароматного кофе и встречи с бригадиром Емельяновым. Мы прогулялись до поляны и наметили план новых работ.

Пора было закладывать оранжерею, июнь обещал принести затяжные дожди, так что растения нужно было защитить хотя бы крышей. Да и сам флигель чуть обновить.

Петр к делу подошел с удивительным мастерством и фантазией.

Обозначив колышками размеры будущей оранжереи, он предложил вынести её фасад прямо к пруду, продолжив крытой террасой и мостками. Посоветовал запустить в пруд карпов, причем тот вид, что привлекает особенную мошкару — для магических растений полезную.

В общем, мастер снова показал себя с самой положительной стороны и я был очень доволен нашим разговором.

Перед расставанием Емельянов уже без смущения протянул мне руку для пожатия и широко улыбнулся:

— И спасибо вам, ваше сиятельство, за рекомендацию. Нас с ребятами уже наняли в особняк графа Ермолина, летний гостевой домик возводить. Но вы знайте — ваши заказы у нас всегда в приоритете будут. Не зазнаюсь, не подумайте, добра я не забываю.

— Очень рад это слышать, — ответил я ему искренней улыбкой.

На душе стало тепло — хорошо, когда людей оценивают по достоинству. У Петра талант и с таким стартом его ждет блестящее будущее. Может и до градостроительного дела дойдет, кто знает.

Ну а меня после завтрака ждали дела. Я выбрал одну из ограбленных лавок и отправился туда, изучить место преступления.

Купец Козьма Терентьев лишь недавно получил баронство за вклад в промышленность. Он владел несколькими текстильными мануфактурами, поставляющими продукцию для лейб-гвардии и сотни слуг императорского двора.

Отдельной страстью барона были предметы искусства. Терентьев организовывал аукционы, а для более простых вещиц открыл заведение, где и продавал что угодно, от картин до скульптур.

Лавка находилась на пологом берегу Васильевского острова, вблизи от залива. Тут царили неугомонный морской ветер и шум волн, белыми барашками атакующие низкую набережную.

Меня встретил управляющий и любезно показал самые интересные, по его мнению, образцы современных мастеров.

Быстро заметив, что новомодные вещи меня не вдохновляют, управляющий переключился на классику и тут я на самом деле заинтересовался. Особенно когда мы вышли во двор, защищенный от непогоды прозрачной крышей.

Там, на аккуратно подстриженном газоне, в творческом беспорядке, были расставлены крупные статуи, предназначенные для улицы.

Это была любовь с первого взгляда.

Неказистая и потемневшая, уже с сетью трещин и сколов. Горгулья! Ладно, не совсем горгулья, скульптор вложил своё видение в эту статую. Получилась помесь горгульи, крокодила и дракона. Прелестное создание, короче говоря.

Статую поставили в самый дальний угол, за низкое вишневое дерево, которое густо цвело. Но я её заметил.

Как заметил и управляющий мой интерес. Профессионал сообразил, что меня это творение зацепило и принялся рассказывать про автора небылицы. Гений своего времени, человек глубоко несчастной судьбы и прочие слова, каждое из которых повышало стоимость покупки.

Я же, обращая мало внимания на его речь, положил руку на щербатый гребень чудовища и прислушался к камню. Статуе было всего пару лет. Добротная работа, сила равномерно распределена по всей поверхности. И то, что камень пришел в неподобающий вид, тоже заслуга мастера. Он так видел, вероятно.

— Какой, вы говорите, возраст этого экземпляра? — прищурился я на управляющего.

— Не менее полувека! — не моргнув соврал он. — Жизнь мастера была недолгой и он не успел одарить мир многими работами. Боюсь, эта последняя…

— Сколько? — перебил его я, мрачнея.

Сказать, что я кристально честный человек, было нельзя. Но так нагло врать за мои же деньги… Я бы купил статую в любом случае, но теперь я решил сначала проучить этого подлеца.

Названная им цифра меня ввергла в легкий шок. Тем не менее я выдавил из себя улыбку и протянул руку, подтверждая согласие.

И, как только управляющий ответил рукопожатием, я чуть усилил хватку.

— Два года, — ледяным тоном сказал я. — Статуе два года, что и подтвердит экспертиза, которую я обязательно закажу. Как и выявит настоящего мастера, который её создал. После лично вас посадят за обман аристократа, а лавка вашего хозяина будет разорена судебными издержками.

Цвет его лица сравнялся с белоснежными цветками вишни. Глаза пройдохи забегали, он пытался найти решение этой безвыходной ситуации.

Я убрал руку и брезгливо вытер её о полу пиджака.

— П-п-произошло недоразумение, — пролепетал он.

— Недоразумение это то, что произошло по ошибке. Вы же меня обманули сознательно и этот факт докажет любой менталист.

— Не губите, господин! — управляющий неожиданно бросился на колени и вцепился в брюки.

— Поднимитесь, не позорьтесь ещё больше, — я отошел от него на шаг. — И позовите хозяина, далее я буду разговаривать только с ним.

Мужчина больше не стал разыгрывать раскаяние, поднялся и с обреченным видом ушел в здание.

Барон появился через несколько минут. Красный и со сбитыми костяшками на обеих руках.