Оникромос - Павел Матушек

по лестнице на десять этажей вниз и вернулся в свою квартиру. Он принял горячую ванну, переоделся в свежую одежду и устало уселся в кабинете. Была глубокая ночь или очень раннее утро. Друсс вздохнул и спрятал лицо в ладонях. Из раздумий его вырвал тихий стук в дверь. Он поднял голову. На пороге кабинета стоял Тенан. Его эктоплазматический вырост оторвался от дверного проема и, расширившись на конце, принял форму короткой трубки.

– Все в порядке? – спросил он.

– Прости, я не заметил, что вы здесь.

– Только я. Хемель был вчера. Мы караулили по очереди. Не знали, когда тебя выпустят. Чего они хотят от нас?

– Того же, что и всегда. Только больше.

Тенан стал нервно раскачиваться.

– Я не понимаю. Они пытаются свалить вину на нас?

– Типа того. Они сформировали три независимые группы искателей, которым предстоит исследовать природу необычного Импульса, но, как обычно, это всего лишь политические игры. В первую группу вошли одни замины, во вторую – перусы, а третья группа смешанная. Это позволит создать видимость объективности всего мероприятия. Хотя с самого начала было понятно, как это будет выглядеть.

– Будут вставлять палки в колеса конкурентам и красть друг у друга информацию, – заметил Тенан.

– Верно, – мрачно пробормотал Друсс и добавил: – Обе стороны воспользуются ситуацией, чтобы перетасовать должности в Совете, и, даже если что-то обнаружат, сохранят это для себя. Или, что еще хуже, кто-нибудь опубликует какую-нибудь скупую и отцензурированную информацию, чтобы приписать себе раскрытие дела, а затем монополизировать рынок искателей ксуло.

– Это возможно?

– К сожалению. И к тому же весьма вероятно.

– Что ты собираешься делать?

– Я изучу это дело самостоятельно. Своими методами.

– Тебе разрешили? Так просто?

– Не совсем. У меня на это десять дней. Если за это время я не представлю Совету объяснение, мне придется покинуть город.

Тенан присел на корточки. Его вырост сократился вдвое.

– О Таботт! Они не имеют права! – простонал он.

Друсс был спокоен. Он улыбнулся Тенану.

– Какое это имеет значение, если их все равно нельзя переиграть? К тому же это было мое предложение.

– Твое?! Зачем ты это сделал? Они годами ждали такой возможности, а теперь наверняка воспользуются ею. Совет изгонит тебя из Линвеногра в любом случае, независимо от того, сможешь ли ты что-нибудь обнаружить.

– Я знаю, но это дает мне полную свободу действий. Я мог бы спокойно переждать всю эту суету, смиренно следуя рекомендациям Совета, но не собираюсь сидеть сложа руки. Ты поможешь мне?

– Как всегда.

– Ты не обязан. Правда.

– Даже не шути так.

– А Хемель?

– Ты же его знаешь. Он всегда был тебе верен, к тому же он любит вызовы.

– Это хорошо. Вы будете мне нужны. Еще какое-то время. А потом… Потом каждый пойдет своим путем.

– С чего начнем? Есть зацепка?

– Возможно. Постарайся как можно скорее привести Хемеля сюда. Или нет, не будем терять время. Скажи ему, чтобы ждал на площади Бебера. Встретимся там.

– Площадь Бебера? Это же в Салосе?

– Верно.

– То есть мы идем к…

– …Менуру. Да. Я хочу кое-что проверить. Ага, и скажи Хемелю, чтобы он взял многоколесник. Нам нужен быстрый транспорт.

– Тогда, может, лучше ему заехать за нами?

– Нет. Мне нужно пройтись, проветрить голову.

– А если его арестуют гвардейцы?

– Не арестуют, если скажет, что он от меня. Мы имеем право передвигаться по городу даже при чрезвычайном положении.

– Понимаю, – деловито заключил Тенан, открыл свой таблотесор и вызвал Хемеля в окно связи.

* * *

Хемель ждал в условленном месте. Он сидел в открытом шестиколесном авто, окруженный четырьмя заминами из патруля. Когда Друсс и Тенан приблизились к ним, один из гвардейцев обернулся, оскалил широкую пасть, полную маленьких треугольных зубов, и воскликнул:

– Господин Друсс, это вы? Этот лживый замин утверждает, будто ждет вас.

– Вы отдаете себе отчет, что сейчас, после наступления темноты, нельзя предпринимать каких-либо шагов?

У Друсса не было бы шансов победить в стычке с замином, будь он даже низким и худощавым типом, но теперь решение Совета давало ему огромное и полезное преимущество. Просто неоценимое.

– Как вас зовут, гвардеец? – спросил Друсс.

– Хезз.

– Вы командир этого патруля?

– Верно, – гордо ответил замин. – Но вы, кажется, забываетесь. Здесь вопросы задаю я.

– Нет, господин Хезз, – жестко отрезал Друсс. – Мы с моими помощниками, то есть с этим перусом Тенаном и тем замином Хемелем, выполняем важную миссию по приказу Совета. Вы бы знали об этом, если бы чаще обновляли список приказов, получаемых из штаб-квартиры. Я вижу, что в последнее время вы стали немного пренебрегать своими обязанностями. Мало того, что бродите по улицам, не зная последних приказов, так еще и мешаете нам работать. Вы понимаете, как это будет выглядеть в докладе, который я представлю Совету?

Замин оцепенел и не знал, что сказать.

– Я… – начал он, но закончить мысль оказалось выше его сил.

Друсс решил его добить.

– Для начала советую открыть таблотесор и просмотреть приказы, а после предлагаю вашему патрулю поскорее убраться с нашего пути.

– Хорошо, простите.

Хезз рыкнул на своих гвардейцев, которые тут же отошли от многоколесника и сбились в тесную кучку. В воздухе задребезжали таблотесоры. Мгновение спустя Хезз взглянул на Друсса и сказал:

– Всего десять дней. А потом я найду тебя.

– Возможно, господин Хезз, – ответил Друсс, успевший расположиться в многоколеснике рядом с Тенаном. – Но за это время многое может случиться. Давай, Хемель.

Тот открыл свой таблотесор, подключил его к механике авто, ментально проник вглубь двигателя и запустил процесс внутреннего сгорания. Мотор дернулся, разогнал обороты. Многоколесник взревел и под гневные взгляды гвардейцев рванул вперед.

– Куда? – спросил Хемель.

– Через канал и к дому Менура.

– А что за десять дней?

Друсс пожал плечами.

– Тенан тебе потом объяснит.

– Ну, как скажешь…

– А Басал… – Друсс сглотнул слюну. – Ну, вы знаете. У меня не хватило смелости заглянуть в комнату.

– Спокойно. Все в порядке. Мы отвезли его на Компостную станцию.

Друсс почувствовал облегчение, показавшееся ему неприличным. Как будто где-то там, в глубине себя, он радовался смерти брата. Однако быстро понял, что это всего лишь возбужденные эмоции, блуждающие по периферии сознания и затянутые в мелкие вихри навязчивых мыслей. Он очистил разум. Многоколесник мчался по пустынным улицам Линвеногра, над которыми занимался серый рассвет.

* * *

Тенан и Хемель остались в многоколеснике. Друсс воспользовался ментальным ключом, который был записан в его таблотесоре, чтобы открыть психомеханический замок, установленный в дверях мастерской Менура. Он уверенно миновал паутинный лабиринт – его расположение навсегда врезалось ему в память – и спустился