Города гнева - Влад Бах

Аристей довольно щурится, наблюдая за мной, словно за зверем, загнанным в угол.

– Каэл Морас – мертв, – его обволакивающий голос наполнен фальшивой задумчивостью. – А мне нужен человек, который сможет его заменить.

Я сжимаю челюсти, ощущая, как Иллана за моей спиной напрягается и задерживает дыхание.

– Ты предлагаешь мне занять его место?

– Я предлагаю тебе право решать, – усмешка Аристея становится шире. – Если ты откажешься – это твой выбор. Но тогда я просто убью ее, а всех остальных оставлю умирать, лишив их единственного спасения от мутантов.

– Ты предлагаешь сделку? – хрипло спрашиваю я.

– Я предлагаю тебе власть. – Он делает шаг ближе, и воздух сразу становится тяжелее. – Главы города больше нет, а власть, как мы знаем, не терпит пустоты. – В прищуренных глазах монстра горят безумное возбуждение и азарт. – Я даю тебе шанс заполнить ее. Она, – он кивает на Иллану, – станет платой за твою преданность. И… – его губы растягиваются в ядовитой улыбке, – единственной возможностью спасти вашего нерожденного сына. Что скажешь, Дерби? Готов взять на себя такую ответственность?

Удар ниже пояса. Ублюдок понимает, что поставил меня перед единственным выбором, отрезав все пути к сопротивлению. Он наглядно продемонстрировал, что любые доступные методы уничтожить его, не сработают. Его нельзя расстрелять, сжечь заживо, порубить на куски. Эта тварь каким-то немыслимым образом связана с полчищем мутантов. Его сознание способно перемещаться в любого из них, а это равносильно абсолютному бессмертию.

Еще вчера я бы сказал, что подобное невозможно, абсурдно, нелепо, а сегодня своими глазами лицезрел… не божественное чудо, нет, скорее, триумфальное явление демона из преисподней.

Какие у меня варианты? Да никаких, мать вашу. Я вынужден подчиниться. Ради Илланы и нашего ребенка. Ради жителей Астерлиона. Ради будущей войны. Но клянусь, придет время, и я уничтожу эту белобрысую гадину вместе со всей его паствой.

– Это не выбор, – стиснув челюсти, сипло цежу сквозь зубы.

– В этой игре никаких правил нет, – гортанно рассмеявшись, произносит Аристей. – Неизменный девиз твоего отца, – добавляет он, обнажив зубы в хищном оскале.

Я проглатываю горький комок, продолжая удерживать пронизывающий взгляд желтых глаз. Ублюдок второй раз намекает, что знаком с президентом. Намеренно бьет по самым болевым точкам, словно видит меня насквозь. Это непередаваемое и откровенно жуткое ощущение – чувствовать его в своей голове, слышать отголоски каждого слова, эхом отражающегося в сознании.

– Если я соглашусь… – горло сжимает болезненный спазм, но я заставляю себя говорить ровно и твердо. – Если приму твои условия… астерлионцы получат вакцину?

Аристей вновь раскатисто смеется, словно я сказал какую-то нелепость, знатно его развеселившую.

– Я не убиваю тех, кто мне нужен, Дерби. Ты будешь защищен, как и твои люди. В обмен на абсолютную покорность.

– Я согласен, – чуть склонив голову, я бросаю под ноги автомат в знак своей полной капитуляции.

Возможно, ублюдок хотел бы увидеть более яркое проявление покорности с моей стороны, однако взглянув в его глаза, я понимаю, что он вполне удовлетворен тем, что есть.

– Прекрасно, это будет весьма увлекательно, – Аристей в нетерпении потирает руки, в узких зрачках светятся триумф и холодный расчет. – Белый вождь согласился взять на себя ответственность за будущее города, – громко объявляет он.

Вибрирующий голос оглушающим эхом гремит над площадью, проникая в каждый дом, за каждую запертую дверь.

– Но это только начало его пути. Совсем скоро он станет единственным наместником всех анклавов на этих холодных землях. Моими глазами и руками в войне против Корпорации. Спустя несколько лет, когда мы мобилизуем все свои силы и будем готовы нанести удар в самое сердце «Улья», именно Белый вождь принесет нам победу, уничтожив империю Дэрила Дерби.

Ошеломлённый услышанным, я резко поворачиваю голову, встречаясь взглядом с побелевшим как мел Фостером.

– Какого хера… – с глухой яростью хрипит он.

Микаэль в таком же шоке, как и я, но его выдержка трещит по швам. Я жестом приказываю ему не обострять и без того накаленную обстановку. Еще одна смерть только ухудшит наше положение.

«Ты мне нужен, Мика», – беззвучно шепчу я.

Девушки в красных и белых одеждах, столпившиеся возле каменного алтаря, беспокойно жмутся друг к другу. Периметр ритуально постамента освещают факелы, но внезапно пламя их резко гаснет, словно его настигло ледяное дыхание ветра.

В воздухе стынет гнетущая тишина. Аристей лениво взмахивает рукой, и площадь содрогается от женских всхлипов. Взгляды девушек, наполненные паникой, мольбой, отчаянием, устремляются на меня. Но я бессилен им помочь.

Аристей медленно обводит взглядом перепуганных девиц, упиваясь охватившим их ужасом. Затем с легкой небрежностью указывает ладонью в сторону ворот, за которыми притаилось дьявольское войско.

– Пора идти, – обманчиво-ласково произносит он. – Не бойтесь, мои красавицы. Вас никто не тронет… Кроме меня самого.

Девушки вздрагивают, сплетая руки, держась друг за друга перед лицом неизбежной участи. Ни одна не решается сдвинуться с места.

– Ну же, смелее, – нетерпеливо тянет Аристей, его губы растягиваются в обольстительной улыбке. – Или мне заставить вас силой?

Он неспешно прикрывает веки, и секунду спустя девушки начинают синхронно двигаться в указанном направлении. Глаза стекленеют, а на лицах появляется отсутствующее выражение. Ублюдок управляет ими, подчиняет своей воле. Это… это немыслимо.

– Ты не можешь забрать всех! – Иллана внезапно выступает вперед, но прежде чем она импульсивно рванет дальше, я успеваю перехватить ее за запястье и крепко прижать к себе.

Аристей резко поворачивает голову в нашу сторону, и холод его взгляда пронзает меня до костей. Вытянутые зрачки пульсируют мраком.

– Иллана, ты же знаешь правила… – лениво проговаривает он, словно укоряя ее за наивность. – За оплошность Каэла город заплатит двойную цену.

– Новые девушки еще не готовы! – Ила отчаянно трясет головой, цепляясь за прошлые устои, за шаткие договорённости с этим демоном…

– Тем хуже для них. – Его тон по-прежнему мягок. – А через месяц я вернусь и выберу следующих. Такова цена.

Дыхание Илланы сбивается. Я чувствую, как ее ногти вонзаются в мою ладонь, как она борется с желанием закричать, броситься на надменное чудовище, хоть как-то предотвратить происходящее. Бессильная злость разрывает меня изнутри, но я ничего не могу сделать. Сейчас – не могу. Ведь на кону – ее жизнь.

Девушки, следуя друг за другом, покидают город. Площадь погружается в скорбное молчание. Что их ждет за воротами? Куда и зачем забирает их Аристей? Что он делает с ними? К чему их готовят на самом деле? На эти вопросы по-прежнему нет ответа. Только тошнотворные предположения, которые ранее озвучивал Микаэль.

– Фостер, – голос Аристея, будто стальное лезвие, пронзает тишину. – Ты проводишь Иллану в госпиталь. Она слишком ценна для Белого Вождя, чтобы рисковать ее здоровьем.

Микаэль застывает, затем расправляет плечи, воинственно вскидывает подбородок, словно внутренне готовясь дать отпор, но в последний момент здравый смысл берёт верх над эмоциями. Он молча приближается к Иллане и бережно берет ее за локоть. Она дергается, пытаясь высвободить руку.

– Не сопротивляйся, Ила. Прошу тебя. Подумай о нашем ребенке, – наклонившись к ее лицу, тихо шепчу я.

– Я думаю, Эрик, – с болью в голосе отвечает она. – Я думаю о том, что он увидит, когда родится…

– Это зависит только от нас, – взяв ее лицо в ладони, твердо отвечаю я.

Аристей с насмешливым любопытством наблюдает за разыгравшейся сценой.

– А ты, Дерби, пойдёшь со мной, – небрежно бросает он. – Нам многое нужно обсудить.

Несколько секунд я просто стою, всматриваясь в лицо Аристея, пытаясь увидеть хоть намёк на эмоции под маской высокомерия. Что именно он хочет обсудить? И зачем я ему? Вряд ли его впечатлили мои успехи в укреплении обороны города. Я не сомневаюсь в своих навыках, но их явно недостаточно, чтобы поставить меня во главе всех анклавов. Какова его цель на самом деле? Что за изощренную игру ведет этот неубиваемый ублюдок?

– Куда ты его забираешь? –