Пустошь - Андрей Тепляков

На первый звонок в дверь никто не отозвался, и Анна нажала кнопку еще раз. Ее охватило волнение: конец пути, то, за что заплатил своей жизнью Майкл, то, к чему она так стремилась в начале и о чем почти позабыла в конце, – вот оно. Где-то в глубине дома послышались шаги. Анна отступила и нервно провела рукой по волосам, пытаясь убедиться, что они не торчат во все стороны. Внутренняя дверь приоткрылась, и сквозь противомоскитную сетку Анна увидела лицо сестры. Улыбка, уже готовая появиться на ее губах, только ждущая для этого повода, застыла.

«Она что, покрасила волосы?»

– Анна! Боже мой!

Дверь захлопнулась и снова распахнулась. София оттолкнула сетку и бросилась к Анне. Не успела та опомниться, как оказалась в ее теплых, пахнущих лавандой объятиях.

– Господи, я так рада! Я просто не верю своим глазам – ты здесь! Давно? Как ты сюда попала?

Она отстранилась, держа Анну за руки, глядя на нее большими восторженными глазами. Полы ее халата распахнулись, и стало видно розовую комбинацию, сквозь которую проступала грудь.

– Ты чудесно выглядишь!

– Спасибо! Ты тоже.

Анна выразительно посмотрела на сестру, и та, наконец, заметила, в каком виде выбежала на улицу.

– Ох!

София запахнула халат и схватила Анну за руку.

– Пойдем!

Она буквально втащила ее в дом и закрыла дверь. Анна оказалась в небольшой уютной гостиной, залитой утренним солнцем, отражающимся от покрытых лаком деревянных стен. Посередине стоял длинный зеленый диван, из-за которого выглядывала белобрысая мальчишечья голова. «Мой племянник, – подумала Анна, делая шаг вперед. – Даже не помню, как его зовут».

– Привет, – сказала она мальчику.

Тот улыбнулся, но не ответил, продолжая прятаться за диваном. Пол в гостиной был завален игрушками.

София подошла к мальчику и потрепала его по волосам.

– Брайан, это твоя тетя. Помнишь, я рассказывала тебе о ней? Ее зовут Анна. Поздоровайся.

– Хэлло, – послушно сказал мальчик.

Анна хотела ответить, но, прежде чем она успела открыть рот, он сорвался с места и с громким индейским улюлюканьем скрылся в кухне.

– Не обращай внимания, – сказала София. – Он немного стеснительный.

Она мотнула головой, и ее длинные светлые волосы рассыпались по плечам.

– Если бы я знала, что ты приедешь, никуда бы Тревиса не отпустила! Ты голодная?

– Не очень.

– Я организую чай.

Она повернулась к кухне.

– Брайан!

– Что, мам?

– Милый, поставь чайник!

Она повернулась к Анне.

– Душ?

– Да, было бы неплохо.

– Пойдем, я тебе покажу.

София вышла в небольшой коридорчик, и Анна последовала за ней, внимательно глядя под ноги, чтобы не наступить на одну из игрушек Брайана. В коридорчике не было окон: он освещался одинокой лампочкой без абажура. Как будто поняв, о чем думает сестра, София сказала:

– Брайан разбил плафон год назад, когда играл в индейцев. Все никак не соберемся повесить новый.

Она остановилась у одной из дверей.

– Вот. Можешь взять любое полотенце. Там, в шкафчике, несколько чистых. У тебя есть во что переодеться?

Анна развела руками.

– Мой багаж сюда не добрался. Даже зубной щетки нет.

София кивнула.

– Ерунда! Мы тебе все дадим!

– Спасибо!

– Пойду, посмотрю что-нибудь из одежды. А ты не торопись.

В этот момент на кухне что-то зазвенело.

– Брайан!

– Я не специально!

– Что ты там расколотил?

София побежала на кухню, оставив Анну одну.

«Достанется мальчишке», – подумала она и вошла в ванну.

Душ освежил ее. Усталость и настороженность, ставшие такими привычными спутниками в последнее время, стекли водой, оставив ее обновленной и довольной. «Я дома, – подумала она. – Наконец-то я дома».

София оставила для нее одежду у двери. Вещи пахли чистотой и приятно скользили по коже, когда она одевалась. Джинсы оказались слегка тесноватыми, а на белой футболке красовалась аппликация с улыбающимся детским лицом и надписью: «Я люблю абрикосы!» Анна усмехнулась и, положив грязную одежду в корзину под раковиной, вышла в коридор.