Надежда гардемарина - Дэвид Файнток

Вывеска гласила: «Постоянное веселье! Напитки всегда за полцены!» Я пожал плечами. Интересно, что это значит? От какой цены считать половину?

Внутри было душно от запаха алкоголя и жареного мяса. Играла светомузыка, по стенам бегали яркие пятна, и разглядеть что-либо было невозможно. По гулу голосов я определил, что посетители где-то в глубине зала.

Постепенно глаза привыкли к темноте. В барах такого сорта обычно пьют, уткнувшись в стакан. Самое подходящее место для прибывших из космического полета.

— Что желаете?

— «Астероид» со льдом.

Опытный бармен не поинтересовался, сколько мне лет, для него было достаточно моей формы. А вообще-то с продажей спиртного несовершеннолетним здесь было строго, за нарушение правил наказание несли оба — и бармен, и клиент.

Со стаканом в руке я нырнул в полутемную кабинку и бросил китель на соседний стул. Потом сделал глоток, и глаза полезли на лоб. Нет, с этим не справиться. Жжет как огонь. Да еще целый стакан. Не зря Дарла предупредила насчет двойных напитков.

«Астероид» со льдом. Виски, смешанное с фруктовыми соками, с добавлением растительных масел, привезенных из далекого Хобарта, или их синтетических заменителей, как наперника в данном случае. Вряд ли в этом захудалом заведении подавали импортные напитки.

Вообще-то не так уж плохо, только градусов многовато. Я молча поднял стакан, глянув на пустое место рядом. Вот было бы здорово, Харв, сидеть здесь вместе с тобой, слушать твои остроты и вспоминать шахматные баталии. От «астероида» защипало глаза. Я сделан глоток побольше. Потом еще и еще. Через некоторое время стакан опустел, и я постукивал по нему пальцем, тоскливо глядя на место рядом с собой. А по стенам плясали разноцветные пятна.

— Еще один?

— Нет. — Я взглянул на часы. До обеда еще далеко. — Принесите полпорции.

— Разумеется. — Он улыбнулся едва заметно и поставил на стол принесенный стакан. Комедиант. Его бы показывать в головидных фильмах.

Я выпил еще полстакана, закрыл глаза, уронил голову на стол и стал клевать носом. Тем временем бар заполнился посетителями, становилось шумно.

— Окраинная колония! Семь недель до Окраинной колонии, потом несколько недель в пути, — женский голос. Это мисс Эдвардс — помощник нашего артиллерийского наводчика.

— Вам, ребята, лучше бы работать в системе «Надежды». Летаете себе потихоньку, не больше пяти недель, не перенапрягаясь. — Я открыл глаза, но головы не поднимал. Передо мной все плыло.

— Кому нужны эти детские рейсы? Надо забираться поглубже, чтобы получить удовольствие. — Раздался дружный хохот.

— Само собой, подружка. — В голосе говорившего сквозила издевка. — Я считал бы себя просто счастливчиком, если бы оказался в межзвездном полете с тираном в качестве командира, и всего-то на четырнадцать месяцев.

— Ну ты, потише насчет нашего командира, мальчик!

— Ха, говорят, он скоро вылезет из пеленок!

— Слушай, придурок, уж лучше уйти в плаванье с командиром Кидом, чем с вашими системными сосунками. Проснутся утром, а солнышка нет. Они и наложат в штаны с перепугу.

— С командиром Кидом? Тем, которого вы шлепаете по попке, если он проштрафится, да?

Я чувствовал, как запылали у меня уши. Стакан плыл, и я постарался сфокусировать на нем взгляд.

— Слушай, Сифорт — нормальный мужик! Конечно, у командира Кида, бывает, мурашки по заднице бегают, но с кем не случается? С каким офицером? Зато этот парень знает, что делает. Собственными руками разобрал на части компьютер, чтобы нас не угробил, «клопа» в машине нашел. Если бы не этот проклятый «клоп», мы были бы уже на полпути к Андромеде.

К ним присоединился еще один голос.

— Он ни в чем не уступает остальным командирам флота. Было у нас двое парней. Затеяли драку на корабле. Они и до этого чего только не творили! Травкой баловались, дерьмо вонючее, и все сходило им с рук. А командир взял да и повесил их. Глазом не моргнул. Ну, про Шахтер вы, я думаю, слышали. Или нет? Там на наш корабль напали.

Не хватало еще, чтобы он рассказал о моем идиотизме на Шахтере. Меня тошнило, и я снова закрыл глаза.

— Вооруженные подонки прорвались на корабль, и командир один удерживал их с лазерами в обеих руках, пока не подоспела помощь. А когда все закончилось, спустил одного из них прямо в воздушный шлюз, чтобы тот подышал в космосе, а потом чуть не свалился от смеха с капитанского мостика. Он парень крутой, наш командир Кид. Не то что вы. И уж, конечно, я не променяю его на какого-нибудь старого пердуна, который до сортира сам не дотащится!

Мне стало полегче, и я решил смотаться. А то обнаружат меня и подумают, что я шпионю за ними. Я осторожно поднял голову. Тошнота совсем не прошла, но чувствовал я себя сносно. Подобрал китель, оставил на столе несколько юнибаксов и постарался уйти незамеченным. К счастью, это удалось. Выскользнув наружу, я жадно вдохнул свежий воздух.

— Господи Боже, командир! — Два матроса с «Гибернии» отсалютовали мне. Я ответил на приветствие неверной рукой и удалился, пытаясь изо всех сил не шататься. Я шел в сторону аэропорта, волоча по земле сумку и чувствуя, как возвращаются силы. И, когда подошел к терминалу, был уже почти в порядке. Прокат машин находился в дальнем конце здания. Я направился было туда, но в это время меня кто-то окликнул:

— Эй, командир, подождите!

Я обернулся. Дерек Кэрр, в штатском, махал мне с противоположного конца здания. Он, запыхавшись, подбежал ко мне. На лице его играл здоровый румянец.

— Сэр, я… — Он замялся.

— В чем дело, Дерек? — спросил я нетерпеливо.

— Ваше приглашение… Оно еще в силе? Я в замешательстве смотрел на него. Он опустил глаза:

— Простите за то, что разговаривал с вами вчера непозволительным тоном. Все еще теряю контроль над собой. Я принимаю ваше приглашение. Если, конечно, вы не раздумали. — Он сделал над собой усилие и посмотрел мне в глаза.

Я не сдержал улыбки:

— Что же побудило вас изменить свои планы, Дерек?

— Просто я вспомнил две вещи: свое обещание все терпеливо сносить и ваше доброе отношение ко мне, когда я в нем особенно нуждался. — Лицо его озарила улыбка. — А это я очень ценю. Никто не сделал мне столько хорошего, сколько вы. И глупо дуться на вас только за то, что вы отправили меня тогда к шефу. Ведь я сам напросился. Простите меня, сэр.

Я снова улыбнулся ему, теперь уже искренне:

— А как же плантации?

— Может быть, сэр, вы согласились бы поехать со мной? — Улыбка с его лица исчезла. — Не знаю только, будем ли мы там желанными гостями. Отец говорил мне, что управляющий… — Он передернул плечами. — Как бы то ни было, потом мы сможем поехать в горы.

Я задумался над его предложением. Он поможет мне избавиться от депрессии. Вдвоем все же будет веселее.