Надежда гардемарина - Дэвид Файнток

— Сэр?

Он холодно ответил:

— На Надежде… гостеприимство — традиция, а не закон. Поэтому я принял вас в своем доме. Усадил за один стол с моими детьми.

— И что же, сэр?

Он выпалил:

— Кто вы такой?

— Меня зовут Ник, Ник Рог… — Я запнулся.

— Сифорт, так он, кажется, вас назвал. Не знаю, зачем вам понадобилось это вранье, просто противно. Вы были нашим гостем! А теперь выметайтесь отсюда и чтобы я вас больше не видел!

Лицо мое пылало.

— Прос…

— Вон!

— Да, сэр. — Я направился к двери, стараясь удалиться с достоинством. Откуда-то из туманной дымки на меня неодобрительно поглядывал отец.

Взявшись за дверную ручку, я остановился:

— Мистер Брэнстед, пожалуйста… — Но взгляд его оставался холодным. — Я был не прав. Прошу прошения. Меня зовут Ник Сифорт. Я…

— Вы действительно с «Гибернии»?

— Да.

Он явно сомневался в этом.

— Вы совсем не похожи на моряков, которых мне приходилось видеть.

— Мы офицеры.

— С какой стати я должен вам верить?

Я вынул из бумажника удостоверение и показал ему.

Он посмотрел и перевел взгляд на меня:

— Гардемарин.

— Я больше не гардемарин. Удостоверение старое.

— Вас уволили?

— У них не было выбора. Теперь я, хм, командир.

— Так это вы! — Он изучающе посмотрел на меня. — Все слышали об этом, но имени не называли… Зачем же вы лгали, скажите, ради Бога? — Теперь в его голосе сквозило любопытство.

Пришлось все объяснить.

— Моего друга зовут Дерек.

— Да?

— Дерек Кэрр.

— Он родственник… О! — Брэнстед сел. Я с радостью последовал его примеру, у меня подгибались колени.

— Он теперь у нас гардемарин. И прежде чем улететь, хотел увидеть… — Я с трудом поднял глаза. — Мистер Брэнстед, мне так стыдно.

— Ну, бывают вещи и похуже, — проговорил он. — Итак, вы собрались в имение Кэрра?

— Да, и Дерек очень нервничает. Не знает, как поведет себя управляющий Пламвэл — так, кажется, вы сказали?

Он забарабанил пальцами по столу:

— Каждой плантацией владеет семья. И владельцы все на месте. Пока дело обстоит именно так. Дерек вернется?

— По крайней мере надеется.

— Последние несколько лет Уинстон прихварывал и полностью положился на Пламвэла. И Энди, можно сказать, спас имение, когда дела с кредитами шли туго. — Последовала пауза. — И если он считает его своей собственностью…

Я ждал продолжения.

— Настроен он решительно. На имя губернатора Уильямса составлена петиция о предоставлении определенных прав управляющим плантаций, хотя на все эти новшества потребуются годы. И если вдруг объявится наследник… — Он в раздумье посмотрел на меня. — Да, сейчас, конечно, лучше приехать туда под чужим именем.

— А как насчет безопасности?

— Мистер, э-э, Сифорт… Надежда далеко от Земли, и поселенцы привыкли решать свои проблемы сами. Здесь силен дух независимости, и чужестранцам этого не понять. В общем, с трудностями мы справляемся сами.

— Он…

— Не могу сказать. Обещаю ничего не говорить о вас Пламвэлу. — Брэнстед встал.

— Спасибо. Сожалею, что сказал вам неправду. Тем более что в этом не было необходимости.

— Откуда вам было знать? — Брэнстед, немного успокоившись, проводил меня до двери и спросил:

— Скажите, был ли когда-нибудь на Военно-Космическом Флоте командир вашего возраста? И при каких обстоятельствах им стали вы?

Я чувствовал себя в долгу и вынужден был отвечать на все вопросы. Я выжал из себя улыбку:

— Видите ли, получилось так, что…

В тот день сразу после полудня пошел дождь, превративший все колеи и ухабы на дорогах в маленькие пруды. В уютной безопасности нашего непромокаемого электромобиля мы ехали вдоль тысяч и тысяч акров возделанной земли. Брэнстеды уступили место Волькстедерам, затем Палаби. Дерек нервничал и то и дело спрашивал меня:

— Сэр, что вы собираетесь делать?

— Не беспокойтесь. — Я решил ничего не говорить Дереку о предупреждении Брэнстеда, чтобы он окончательно не пал духом. Пусть Дерек будет моим двоюродным братом. Я как раз прокручивал в голове, как буду его представлять, когда на очередном деревянном столбе появилась новая метка, а еще через несколько миль — подъездная дорога с металлической табличкой: «Плантация Кэрра. Лучшая на Надежде».

Дерек притормозил:

— Может, вернемся? А то почти не останется времени на горы Вентура…

— Ладно, хватит вам. — Я показал пальцем в сторону подъездной дороги.

Она оказалась довольно длинной и шла мимо пастбищ, где в густой зеленой траве, стараясь укрыться от дождя, пасся скот. За пастбищами по обеим сторонам дороги тянулись нескончаемые кукурузные поля. И наконец, примерно в полумиле с откоса открылся вид на внушительный комплекс зданий.

Мы остановились у сторожевой будки с опущенным шлагбаумом. В окошко выглянул охранник:

— Вы кого-то ищете?

— Мы едем к побережью. И хотели бы остановиться у вас на ночь.

Охранник неохотно кивнул:

— Гостям нигде не отказывают. И у нас тоже. Но почему именно здесь?

Я усмехнулся:

— В «Хаулер Реет» нам сказали, что мы много потеряем, если не увидим плантацию Кэрра, потому что это «самая большая и самая лучшая изо всех плантаций на Надежде».

Охранник заворчал, но стал поприветливее:

— Ну, не самая большая. Пока. Поезжайте, я сообщу о вас по телефону.

Я махнул ему, и мы поехали дальше, вниз по дороге. Дождь перестал, и сквозь облака проглядывали ярко-желтые солнечные лучи. Дерек, с угрюмым видом, ссутулившись, сидел за рулем.

— Ваше второе имя Энтони? — спросил я в тот момент, когда из дома вышел слуга. Дерек удивился:

— Да, конечно. Почему вы…

Два крыла огромного дома с колоннами вытянулись вдоль покрытой гравием подъездной дороги, огороженной низким белым заборчиком. Аккуратно подстриженные газоны были украшены клумбами с незнакомыми мне цветами.

— Это вы путешественники? — спросил слуга. Я вышел из машины:

— Совершенно верно. Ник Эвинг. — Я протянул слуге руку. На этот раз я не соврал. Почти не соврал. Он заулыбался:

— Фенн Уилни. Гости теперь у нас редко бывают. Босс не любит. Все это знают. Но к молодежи он относится хорошо. Детей-то у него нет, — он махнул рукой в сторону резиденции. — Прошлой весной даже снесли дом для гостей и селят их теперь наверху. А кормить вас будут на кухне. Пойдемте, я представлю вас боссу.