Страна Беловодье - Марик Лернер

— Земиславу ничего не давай! Девушка прыснула в ладошку.

— А Отто?

— Ну он же тебя охраняет, а это дело трудное и опасное. Кругом ходят не только злые людоловы, норовящие красавиц в мешок засунуть и на юге продать, но еще и статные парни, подмигивающие и облизывающиеся.

— Скажешь тоже!

— Истину глаголю, — максимально серьезно сказал Данила и перекрестился на икону, — таких девок в Смоленске не видал. Богаче одетые есть, крикливых сколько угодно, даже симпатичные попадались. Но чтобы еще и с кучей достоинств от умения готовить до умения торговаться? Да ни в жисть!

— Кстати, насчет торговли. Данила поощряющее кивнул.

— Свинец чуть больше сотни гривен за пятнадцать пудов. Железо полосовое — один пуд шесть гривен, медь — где-то девять. Сахар от сорока до шестидесяти, в зависимости от качества, — выложила Вера, довольная возможностью похвастаться.

Между прочим, пришлось побегать, сравнивая цены, и расспрашивать мужиков, делая глазки и глупо хихикая. Кто бы с ней всерьез делиться стал подробностями. Явно же не купит, одно баловство на уме. Но это они просчитались. Кроме внешности, существуют еще и мозги. Вот так!

— Получается, — мысленно умножив цифры, признал он, — если брать из предварительного расчета, нам денег элементарно не хватит. Слишком много ушло на оружие.

— Выходит, так. Говорят, когда первые словене пришли в Беловодье, цены намного ниже были.

— Ага, раньше еще трава была зеленее и молодежь почтительнее. Какие тогда торги вообще? Один городок, и продать излишки некому. А их и не имелось. Целину поднимать да девственный лес вырубать — дело непростое. Для семьи из шести человек необходимо иметь не меньше восьми и не больше двадцати десятин пахотной земли. А скот пасти, огород, да сами избы? В одночасье не появятся по щучьему велению.

— И все равно странные они были. Вот когда вы свой поселок ставили, сколько померло? Пара человек на несчастных случаях.

— Не надо так сравнивать. Чужая земля, полно стариков и детей. Сорвались срочно. А наши шли подготовленными, и почти все молодые парни с девками. Совсем другой оборот.

— Зато я точно знаю, серебро к золоту у них шло и через сотню лет один к двенадцати с половиной. А сейчас — к двадцати.

Она извлекла из кармана список с двумя параллельными столбцами и пихнула через стол.

— Не могу быть уверена полностью, но не думаю, что хозяйство или потребности в Готсбурге и окрестностях чем-то принципиально отличаются от Нового Смоленска. А значит что?

— Что? — послушно спросил Данила.

— Требуется иной ассортимент товаров, — торжественно провозгласила Вера. — Кроме твоего оружейного дела, я остаток денег поделила, добавив к твоему списку покупок более полезные вещи.

— Чего? — поразился парень.

— Не купила пока, — усмехнулась. — Без одобрения твоего нельзя. Итак, проволоки — пять пудов, гвоздей — шесть пудов, в чушках меди — сотня пудов, наперстков медных — триста штук, железных ножей, ножниц, ложек, подносов, замков — три тысячи штук, муки пшеничной — двести пятьдесят мешков, солоду — тридцать пудов, котлов разных видов — четыреста штук, зеркал — триста, бумаги — двести стоп, холста — восемьсот аршин, пестряди — две тысячи двести аршин, одеял шерстяных — не меньше тысячи.

Посмотрела на него поверх списка, проверяя впечатление. Данила просмотрел цифры и итог, молча кивнул, приглашая продолжать.

— Что останется из сумм под конец — шелк и сахар дополнительно. Ну чисто для порядка. Больше не выходит, — сказала с огорчением. — И так и сяк прикидывала, дешевле и больше не выйдет. Разве паршивое. С обмана начинать не стоит. А это для самых богатых. Остальные и так обойдутся, так что не горит. Зато в следующий раз втрое возьмем.

А ведь пойдет, невольно подумал с восхищением. Почему сам не подумал? Железо у них свое имеется, а нет — так недолго у члагов приобрести. А это расхватают.

— Может, мне пришла пора тебе жалованье платить? Девушка замерла на полуслове.

— А то нехорошо получается: для нас стараешься, говоришь «мы возьмем», а ты вроде ни при чем.

— А в долю возьмешь?

— Это с какой стати? Разве замуж за Отто выйдешь, — вроде пошутил, однако неспроста сказано. Дополнительный стимул для подталкивания.

— За Земислава не предлагаешь?

— Его треть только в трофеях, по справедливости. Он свое получит в фузеях и принадлежностях к ним. Остальные стволы, считай, оплата вперед получена. А вот что мы сверх возьмем — это мое и Отто.

— Я думала…

— Готы свое солью получили. Им это важнее. Потому и брать с собой особо не рвался, и сидят они у меня на Гостином дворе. Зачем мне завтра самостоятельно плавающие, присмотревшиеся к ценам?

— Они ведь не слепые и не глухие. Да народу вокруг полно.

— А еще вчера на Торг ходили, — согласился. — Чтобы всерьез дело развернуть, надо очень много сразу вложить. А там уже два купца без вести с товаром исчезли. И я верю, неспроста. Опасно с ценным грузом ходить по таким медвежьим местам.

Ну, подробности ей ни к чему, однако по крайней мере один точно. Причем много лет плававший и всем знакомый. И концов не нашли. Севастьяновку прошел, выше его никто не видел. И вещей тоже. А Лив там всю округу перерыл. И на тамошних крестящихся тремя перстами думали, а доказать не смогли.

— Не у одного Отто неприятности от лихих людей случаются. Закона нет, лес большой. Всякое случиться может.

Потому и договоренность существует о встрече на волоке. Той латной конной дружины у боярина с десяток морд, остальные обычные пешцы-ополченцы. С какой стати тем подставлять головы под удары за чужой доход. И вывернуть на другой путь не выйдет. Не на себе же тащить товары. А чует душа, неприятности ожидаются. Ну, тут заранее все равно бессмысленно страдать. Остается молиться и надеяться на удачу.

— Не то чтобы верю, что тамошние не задумаются совсем, но лучше самому скинуть и договориться, чем сознательно выращивать конкурентов на шею. Угол дальний, мало кому знакомый, в первые годы навар будет огромным. Потом как бы не упал сильно, но мы закрепимся. Ну, — подумав, признался, — так я надеюсь. Мне обещали максимальную приветливость на севере.

Она посмотрела с любопытством. Не стоит продолжать. Рано в иные подробности посвящать.

— Какое-то время будем на коне. А там, обеспечив внуков до самой смерти, можно и другим делом заняться.

— Ты впервые так откровенно высказался, — задумчиво сказала Вера. — Хотя я понимаю. Земиславу все до того самого места.

— Ну не вполне так. Ему оружие надо.

— Из Отто коммерсант — как из вышедшего из того самого места пуля. А ты у нас технарь и торговаться не любишь. Я тебе нужна.

— Уж найти приказчика в Смоленске не великая проблема. И все же лучше ты, чем человек со стороны. Ты мне не чужая, — он хмыкнул, — и лучше положу хорошее жалованье симпатичной девушке, чем неизвестно какому хмырю.