Лидер - Сергей Давыдов

Сказать по правде – понятия не имею, каковы у фей взаимоотношения родственников. Информации об этом народе у меня, в общем-то, ровно столько, чтобы сильно напрягаться, но недостаточно понимать. Ну, и кое-какие базовые принципы обращения с ними, дополняемые моим навыком Этикета. То, что я знаю, говорит о слабости родительских чувств – но то вполне могут быть совсем особые ситуации, а внутри их общества возможно совсем иначе. Тем не менее, какое-то значение родственным связям они придают, и дочка королевы – это что-то да значит. Полагаю.

С другой стороны это может быть просто демонстрация для меня, например.

– Сей муж просит моей руки – произнесла меж тем Орлоэтт, и это немедленно заставило меня встрепенуться. Она подала ситуацию не совсем так, как мы договаривались…

По идее, они должны считать, что я сейчас в своеобразном трансе, вызванном сразу тремя воздействиями. Вероятно, если бы они действительно подействовали, я бы сейчас мог только смотреть – хорошо если не пуская слюни – и со всем соглашаться.

…Хрена с два вам.

– Это так? – задала обратившая на меня взгляд королева риторический вопрос, и получила не риторический ответ.

– Я всего лишь предложил удовлетворительный для обеих сторон вариант, который позволит обойтись без конфликта, ваше величество. Конкретный официальный статус – вопрос обсуждения.

Прекрасные лица обеих фей чуть дрогнули. «Этикет» подсказывал, что мой тон, и форма подачи, были почти оскорбительно прямолинейны, но в то же время понятны и приемлемы, учитывая их попытку воздействия – если я её осознаю. И последнее, вероятно, стоит прояснить.

– Моя ясность мысли всегда при мне, так что, если на то ваша воля, я готов обсудить этот вопрос.

Блин, хочется надеяться, что текущая интрига – их общая затея, а не только, скажем, некоролев. И тем более не несколько разных пересекающихся планов. Иначе хрен его знает, что из всего этого выльется, когда я действую не по их плану.

…Надеюсь, не по плану.

– Я не прошу об одолжении и не делаю одолжения; я делаю предложение. Компромисс, который, надеюсь, одинаково не устроит всех – продолжил я.

– Вы снова и снова удивляете нас, лорд Артём – произнесла королева вместе с очередной панелькой, сообщающей об ослаблении эффекта «Чарующий голос». Блин, по всем фронтам давят… Как и следовало ожидать.

– Иначе, ваше величество, я изначально не привлёк бы ваше внимание, полагаю – ответил я, поскольку она взяла паузу, давая мне эту возможность. – Потенциал, достижения, внезапные повороты «карьеры». Это интересует всех, кто отслеживает положение в мире. Тем более в текущие неспокойные времена.

Честно говоря, у меня было ощущение, что я играю в «драконий покер» – игру, о правилах которых и целях игроков имею очень смутное представление. Так что оставалось опираться на то, что знаю точно – свои возможности. То есть, в первую очередь, боевую мощь клана, статус богоубийцы, и непредсказуемость, связанную со спецификой моей магии. Статус «главы» альянса слишком зыбок, чтобы опираться на него.

– Возможно, это сложно воспринимать всерьёз, учитывая мои возраст и недостаток опыта, но у меня есть свои интересы, желания и планы – продолжил я. Слишком много говорю… – И предпочту, чтобы они оставались моими. Без превращения в нечто совсем иное.

На этом я умолк. Возможно, немного переборщил?.. Пожалуй, всё же нет, в меру.

На какое-то время повисла пауза; похоже, от меня ожидали, что я продолжу, однако я предоставил Орлоэтт возможность поправиться и изложить без переиначивания в ненужном мне направлении. Вряд ли она попытается снова после того, как стало очевидно, что я сохранил ясность ума, а по тому, что и как будет говорить, можно будет попытаться прикинуть, что скрыто за происходящим. Ну и возможность маневра ей стоит оставить, если за происходящим стоит больше, чем кажется.

– Я могу быть связующим звеном между Блюмштадтом и кланом Осколки – после паузы произнесла «моя» фея. – Что скажете, матушка?

– Грядут перемены… – задумчиво произнесла королева. – Перемены бурные, неуправляемые и непредсказуемые. В такие времена особенно ценны друзья.

– Я подозреваю, что мы по разному определяем слово «друзья» – ответил я, поскольку вновь возникла пауза. – Но ко всем аспектам договоров отношусь не менее серьёзно, чем ваш народ, «то есть и к каре за нарушение» осталось несказанным, но понятным и надеюсь, что мы сохраним позитивные отношения без ненужных конфликтов.

Феи посмотрели друг на дружку.

– Что скажешь, матушка? – осведомилась Орлоэтт, и её тон сейчас был иным.

– Неопытно, грубовато, но куда лучше, чем можно было ожидать – ответила королева голосом, из кторого пропала изрядная часть волшебства. О чём свидетельствовали и очередные панельки, сообщающие о прекращении эффектов. Заметили, что не работает, и прекратили попытки манипуляции, видимо. Хотя это и не значит, что прекратили вообще – только именно эти.

Старшая фея обратила взгляд на меня.

– Ты осторожен и не переступаешь границ, но и не желаешь уступать, чародей. Скажи, чего ты желаешь? Чего ты хочешь на самом деле?

Я глубоко вздохнул. И решил, что нет причин не высказать это.

– Спокойно говорить без необходимости продумывать каждое слово. Спокойно отдыхать, не опасаясь каждой тени. Уверенности, что не придётся бороться с противником, имеющим тысячелетний опыт коварства. Отстутствия необходимости расплетать узелки из паутинок и искать третье дно во всём. Мирно разойтись.

Чуть подумал, и добавил:

– И, в идеале, никогда не пересекаться с вашим народом.

– Достойное желание – спокойно произнесла королева, и я недоверчиво глянул на неё. – Показывающее трезвую оценку своих сил. Однако…

И снова пауза. Я вздохнул.

– Нереализуемое? – произнёс я. – Это «желание», не «цель». Да и с невероятным я уже сталкивался не раз. Вообще у меня временами возникает впечатление, словно я живу в какой-то истории.