Мракобой - Дино Динаев

— Или телепорт, на котором он прибыл и разбился, окажется вновь целым и невредимым, а офицер? — уточнил я.

Баланов грустно улыбнулся, но я чувствовал, бляха муха, как он внутренне напрягся и какие муки выдержал, чтобы не показать и виду.

— Почему офицер? — вскинулся Бекк.

Этот чувак вообще все время на измене. Только что сидел, ничего ему не надо было, но мгновенно встрепенулся как боевой пес при звуках охотничьей трубы.

— Где ты его нашел? — продолжал я. — В институте ни единого человека, но дверь не скрипит, потому что смазана перед нашим приходом. На скорую руку подметены проходы в пыли. Именно подметены, а не протоптаны. Когда я упомянул телепорт, эксперт даже не удивился. И самое важное. За время разговора он несколько раз как бы незаметно бросил взгляд на часы. Когда прибудет опергруппа, офицер?

— Ах ты, сука! — Бекк обратил эти слова как ни странно мне. — Ты все это знал и ничего мне не сказал!

Баланов воспользовался моментом и кинулся прочь. Бекк моментально сбил его с ног. Баланов в ответ сбил с ног майора, и мне стало его искренне жаль. В смысле офицера, а не майора. Когда Бекка били, он терял над собой контроль и мог нанести увечья.

Куча мала подкатилась к стене, и майор стал бить офицера головой о шкаф, когда я посмотрел в окно и сказал:

— Они приехали!

Картина маслом «Приезд институтки к слепому отцу». В. Перов

Они приехали на трех наглухо тонированных паркетниках. Бекк коротко глянул в окно и выругался:

— 12 человек! Уходим!

По пути приподнялся Баланов, желая сделать некое волеизъявление, но Бекк походя дал ему пинка, отправив в продолжении нокаута.

Коридор полнился шумом шагов. Казалось стены дрожат. Я рванул к запасной лестнице и вниз, но был остановлен:

— Куда? Давай наверх!

Мы бегом поднялись на 4-й этаж. Выход на чердак преградила решетка с изящным замочком, который Бекк свернул голыми руками. Через секунду мы оказались на крыше, крытой ондулином. Ондулин был хороший, качественный.

Я огляделся. До соседних домов было далеко, да я уже далеко не в том возрасте, чтобы сигать с крыши на крышу.

— Не ссы, там с торца лестница! — снисходительно успокоил майор.

Должно быть, план эвакуации успел посмотреть.

Мы подбежали к торцу крыши и одновременно глянули вниз. Голая бетонная стена. Внизу асфальт. Лестницы не было.

— До земли метров 15, однако! — заметил я. — Я вел дела о всевозможных падениях, так вот, при падении с такой высоты человек обычно приземляется головой вниз. Внизу гольный бетон, так что зрелище обычно малоаппетитное.

— Можешь заткнуться? — прервал майор.

— Что потеряли, молодые люди? — раздался женский голос.

Майор развернулся как зверь. С рычанием.

На крыше сделалось многолюдно. Группа захвата с автоматами с насмерть задрапированными лицами. Впереди женщина со злым лицом. Еще чуть впереди ее выдающиеся груди. Внешность девушки была бы ничего, но была она не то, что некрасивая, а старообразная, может, и молодая, но выглядела немного хабалкой с рынка.

— Должно быть лестницу ищете! — продолжала женщина. — Но мы ее заблаговременно срезали, уж не обессудьте!

— Это может затруднить эвакуацию при пожаре! — скромно заметил я.

— А также предотвратить побег двух иноагентов, имя второго, которого нам даже неизвестно!

— Честь имею рекомендовать себя, Жак Вершинин собственной персоной!

— Заткнись, тварь! — прикрикнула она.

— Сейчас это было обидно!

— Когда мы привезем тебя в допросную, вот это будет действительно обидно!

— К кому это к нам?

Бекк повернулся ко мне:

— Это Нина Задерихина из Управления МГБ, мой куратор!

— Но разве куратор не имеет целью своего существования помощь подчинённому? Или пардон я ошибся?

— Пошел на хер, ишак! — беззлобно сказала кураторша. — Еще наговоришься, сволочь!

— В чем нас обвиняют? — поинтересовался я.

Хотя откровенно говоря, обвинений было вагон и маленькая тележка. Один побег из Шоушенка чего стоил.

— Где ты взял образец? И что ты там нес насчет телепорта? За одно за это тебя нужно пристрелить, не сходя с места! Ты носитель важной государственной тайны. И ты ее не раскроешь, если сдохнешь. Мне только орден дадут.

— Лучше б тебе мужа дали! — мрачно заявил Бекк.

Зря. Никогда не злите даму.

— Убейте этого! — Нина уставила на меня палец с длинным наращённым ногтем.

Майор подпрыгнул и встал на узкий парапет.

— Выстрелите в Палыча, я прыгну вниз! — заявил он. — Я-то вам нужен живым!

И тут я прямо-таки увидел, что живым он тоже на фик никому не нужен. Мало того, у них приказ живыми нас не брать. Почуял. По их позам, по пальцам на спусковых крючках, по застывшим глазам в прорезях масок. Я не знаю, почему они получили настолько жесткий приказ. Возможно, что он прозвучал не из правительственных структур.

— Вы сами иноагенты! — закричал я.

— Чего застыли? Стреляйте, уроды! — закричала кураторша.

Все закричали.

Я всю жизнь боюсь высоты. До дрожи в коленях. До тошноты. Я и на крыше стоял чуть живой. А чтобы подойти к краю понадобилось героическое усилие.

Я разбежался и прыгнул на Бекка.

Еще успел увидеть изумленные глаза майора и услышать:

— Ты чего, су…!

Я врезался в майора всем телом, обнял руками за плечи-и буквально смел с парапета. Край крыши мелькнул под ногами и умчался вверх. Мы ухнули в пропасть.

А что если не сработает? В ужасе подумал я. Раньше надо было думать.

«Подарочек» сработал. Сила гравитации резко поменяла направление на 90 градусов. Я с размаха шлепнулся пузом на стену и заскользил. Я бы сказал, что вниз, но в данный момент этого понятия для меня не существовало. Я бы вообще оставался на месте, словно прилипнув к стене, если бы не продолжал удерживать майора, который повис на моих руках. С моей точки зрения вид был наистраннейший. Я лежал на каменном полу и держал майора за руки, причем тело его не касалось пола.

Майор смотрел прямо мне в глаза и впервые за долгое время ему не было, о чем сказать.

Я поднялся на колени, потом и на ноги. Парадокс продолжал удивлять. Каждый раз я поднимал майора на новую высоту безо всяких усилий. Он продолжал одинаковым усилием тянуть в сторону своего центра гравитации, в сторону земли.

Наверху кричали, не могли понять, что происходит, наверняка думали, что мы за что-то зацепились, иначе давно бы начали стрелять.

И тогда я побежал по стене вниз.

27. Мракобой

4 года после войны. 25 октября. В колодце в Нескучном саду.

После ночного визита убыра