Живодер - Джош Рейнольдс

— Помнишь, внучка, я рассказала тебе свой сон?

Майшана поколебалась, но наклонила голову.

Фабий перевел взгляд с одной на другую:

— Сон? Какой сон? О чем ты говоришь?

Игори повернулась:

— Я видела тебя в саду, Благодетель. Я видела, как ты пал на колени перед серебряной змеей, и видела твое лицо, когда она нанесла удар. — Она говорила медленно, подбирая слова. — Ты учил нас сносить головы таким змеям. И сам же позволил ей поразить себя.

Фабий уставился на Игори, не в силах произнести ни слова.

Она коснулась его груди с торжественным выражением на лице.

— Она предупреждала меня об этом, но тогда я не поняла.

— Она… Мелюзина? — хрипло спросил Фабий, пытаясь разобраться. Он покачал головой. — Ты не понимаешь. Без этого было нельзя.

Игори отвернулась.

— Как и без этого. Прощай, Благодетель.

Через мгновение ее уже не было. Фабий долго смотрел на дверь. Когда остро вспомнился нож, в груди вспыхнула боль. Он перевел взгляд на Майшану:

— Для тебя с твоей стаей у меня новое задание.

— Ты хочешь, чтобы я вернула ее обратно.

— Да. Любыми средствами приведите ее в пункт эвакуации.

— Она ушла от нас, — в нерешительности возразила Майшана.

— Да, ушла, — ответил Фабий. — Но она — мой ребенок. Как и ты, как и все твои братья и сестры. Есть узы, которые не так легко разорвать.

Она пыталась выпустить мне кишки.

Уверен, что и ты пыталась сделать с ней то же самое.

Майшана тихо зарычала:

— Значит, мы собаки? Надо все забыть, потому что ты приказал?

Вопрос прозвучал почти — но не совсем — как вызов. Фабий вздохнул. Она отступила назад, сузив глаза. Напряженная.

Он погладил ее по щеке и мягко сказал:

— Да, вы собаки. Гончие. Выведенные специально. Избалованные, пожалуй. Я нянчился с тобой и тебе подобными на протяжении многих поколений, в то время как другие представители твоего вида зубами прокладывали себе путь к власти на сотне миров. — Он зажал ее подбородок между большим и указательным пальцами. — Давно надо было напомнить тебе, кто ты есть.

Как он и ожидал, рука Майшаны потянулась к ножу. Но рукояти она так и не коснулась. На это у гончей самоконтроля хватило. Фабий отпустил ее.

— Ното novus превзошли мои ожидания почти во всех отношениях. Ваша генетика — это произведение высочайшего искусства. С каждым поколением вы становитесь сильнее. Но эту силу не всегда сопровождает мудрость. — Он помолчал. — За исключением одного случая. Она — лучшая из вас, даже сейчас. И я не хочу, чтобы она или ты бездарно погибли в бесполезном сражении. Поэтому ты найдешь ее и отведешь туда, куда она должна пойти. Таков мой приказ.

Он посмотрел на нее и грустно улыбнулся.

— Будь так любезна исполнить его в последний раз.

— Он сумасшедший, — прорычала Савона. — Но я думала, что хоть у тебя найдется капля здравого смысла, Арриан. Пустить в оружейные склады зверье? Да что на него нашло?

Арриан старался сосредоточиться на подкормке цветов, но это ему давалось с трудом. Он поскреб имплантаты на голове. Они стали чесаться сильнее, как будто чувствуя, что должно произойти.

— Все это сооружение будет брошено, независимо от того, выиграем мы или проиграем. Большую часть собранных ресурсов тоже придется бросить. Почему бы не проявить щедрость в последний час?

— Потому что они вполне могут обратить это оружие как на врага, так и друг на друга, а то и на нас!

«Она слишком много говорит, — буркнул Бриай. — Как и все эти жалкие гедонисты. Словами сыплют, как рабы — стрелами… Говорят, говорят, говорят».

Арриан проигнорировал брата.

— И вот поэтому мы проведем раздачу оружия и боеприпасов упорядоченно и организованно. — Арриан помолчал. — Они поклоняются ему. Они его любят. И умрут за него. Он это знает и потому принял такое решение, чтобы в последний час они остались верны ему.

Она покачала головой:

— Хватит ли этого?

— Нет. Но в арсеналах еще хранятся запасы боевых стимуляторов и других наркотиков. Их мы тоже раздадим. Это нам купит любую преданность, какая понадобится.

— А когда наркотики кончатся?

— К тому времени мы либо победим, либо погибнем. В любом случае будет уже не важно, сестра.

Савона посмотрела на него.

— Ты назвал меня сестрой. Раньше ты меня так никогда не называл.

— Ты осталась с нами, когда лучший выход — бежать. Думаю, это дает тебе право называться так, кто бы что ни говорил.

— Если бы я знала, что нужно всего лишь немного самоубийственной чепухи, сделала бы это много лет назад. — Она нахмурилась. — Но если до этого дойдет…

Арриан протянул руку:

— В таком случае желаю удачи.

Савона посмотрела на его руку, потом на него самого. И сжала ее в воинском рукопожатии.

— Постарайся не умереть, Пожиратель Миров. С тобой эта галактика немного интереснее. — Она повернулась, и в этот момент в атриум вошел Фабий. — А вот ты, наоборот, чем быстрее сдохнешь, тем лучше.

Фабий рассмеялся.

— Ты не первая, кто это говорит. И не ты последняя. — Он махнул Пыткой. — Остальные следят за воротами. Ты останешься со мной в зале стратегиума. Двенадцатому миллениалу выпала честь охранять центральный узел.

— О, я уверена, что Варекс с остальными будут вне себя от радости!

Савона вскинула булаву на плечо. Фабий отступил в сторону:

— Тогда предоставлю тебе сообщить им добрые вести.

Когда она ушла, старший апотекарий перевел взгляд на Арриана:

— Ну?

— Согласно твоему приказу оружейные склады выносят подчистую.

— Это я слышал. — Фабий окинул взглядом цветы. — Я пришел поговорить не об этом.

— Я так и думал.

— Эвакуация идет по плану. Но медленно. А разведчики Майшаны сообщают, что друкари уже близко. Скоро они нападут.

Арриан кивнул:

— Остальным будет приятно это услышать. Особенно Горгу.

— Да. Но их сил будет мало. Если явится то, чего я опасаюсь.

— И что же это?

Фабий помолчал.

— Оружие. Которое я помог им соорудить. Даже стая Горга может с ним не справиться. — Он посмотрел на Арриана. — Мы должны задержать их и тормозить как можно дольше. Для этого я брошу на них все, что у меня есть.

Пожиратель Миров поколебался, но лишь мгновение.

— Чего ты хочешь от меня?

— Узел находится прямо под нами. Его нужно защитить как снаружи, так и изнутри, если мы хотим задержать их. И укрепления, и орудия — все на месте, но мне нужно, чтобы у порога стоял еще кто-то кроме сервиторов, когда враг постучит в дверь.

— Разве это не задача Двенадцатого?

Фабий покачал головой.

— Мне