Аргентина. Локи - Андрей Валентинов

* * *

Снаряды были очень тяжелые, но Локи, постаравшись, оттащил целых три штуки. Складывали их не по кругу, как Четный обещал, а почему-то в шахматном порядке. Приходилось все время оглядываться, пару раз из-за угла высовывала нос охрана, но тут же пряталась, спасаясь от верной пули. Трофейных карабинов насчитали всего шесть, не считая тех, что привезли саперы. А всего в тоннеле оказалось восемнадцать живых и двое погибших – кому-то из танкового экипажа не повезло.

Все последние дни лил дождь, но сегодня над Горгау светило неяркое осеннее солнце. Голубой купол неба распростерся над живыми и мертвыми.

7

Их сменили через час. Принесли еще раненого, а вместе с ним пришел медик – высокий парень с белой полотняной сумкой на плече. Вместо привычного красного креста – синий круг. Пэл выдали несколько влажных салфеток, и она долго протирала руки, а потом вычищала кровь из-под ногтей. Прибавилось и убитых, но в тот угол она старалась не смотреть.

Матильда куда-то исчезла, Пэл поплелась к креслу, решив, что толку от нее все равно нет, но внезапно из лифта вышел кто-то определенно знакомый. Вспомнила без труда. В их первую встречу на корабле этот человек сидел слева от мистера Эйтза. Девятый или Десятый? Девятый! Понимает по-английски, но делает вид, будто не знает. Стало быть, мистер Найнз.

Мистер Найнз был не один. Рядом с ним шел тот, кому тут, казалось бы, совсем не место – невысокий старик в фиолетовой сутане и шапочке-пилеолусе. На груди сверкал драгоценными камнями тяжелый наперсный крест.

Епископ в небесном эфире? Пэл удивилась тому, что еще способна удивляться.

Когда она поняла, что эти двое идут именно к ней, то поспешила достать из сумочки платок и зеркальце. Отвернулась, вытерла предательски потекшую тушь, убрала с губ остатки помады. Из зеркала смотрел кто-то не слишком знакомый годами чуть ли не старше тети Мири.

Зеркальце спрятала, обернулась. Вовремя!

– Леди Палладия! К нам прибыть парламентер. Высказать желание поговорить именно с вами.

По-английски мистер Найнз изъяснялся понятно, хотя и с сильным акцентом. Пэл лишь кивнула в ответ. Слово «парламентер» обрадовало, сразу понятно, чья берет.

Сопровождающий отошел, епископ остался. Пэл взглянула на святого отца без особого почтения. «Папистов» в семье не любили.

Старик явно что-то почувствовал, но, тем не менее, протянул руку с тяжелым перстнем. Неярко сверкнул большой фиолетовый камень.

– Pax vobiscum, filia mea!^[32]

«Не люблю католиков! – бурчал дядя Винни, ерзая в кресле. – Они как коммунисты, даже еще хуже. В Коминтерне хотя бы не практикуют мужеложство… Худышка, заткни уши!»

– Меня зовут иначе, – отрезала леди Палладия Сомерсет. – И говорите, пожалуйста, на языке, употребляемом в современной дипломатической практике.

Маленькие тусклые глаза внезапно блеснули.

– Hic est linguae correspondentia cum Apostolica sede habentes^[33].

Пэл дернула носом.

– Всегда ненавидела королеву Мэри! Так вы сдаетесь?

Епископ на миг прикрыл глаза, пальцы застыли, впившись в зерна тяжелых четок.

– Леди Палладия! – наконец выговорил он. – Командование поручило мне связаться с Правительством Его Величества короля Георга.

Теперь следовало удивиться.

– Напишите им письмо. Лондон, Даунинг стрит, 10. Можно заказное, это не слишком дорого.

Ответный взгляд ударил молнией.

– Мы уже послали несколько радиограмм. Наш человек в Лондоне пытался встретиться с кем-то из министров, ему отказали. А между тем Соединенное Королевство де-факто вступило в войну с нашей страной.

Пэл с трудом сдержала улыбку. Прочувствовали? Ничего, это только начало!

Relentless, ruthless and remorseless!

* * *

– Монсеньор епископ! Все попытки Соединенного Королевства наладить нормальные межгосударственные отношения с Клеменцией проигнорированы. Между тем, ваши контакты, в том числе в военной области, с Третьим Рейхом постоянно развиваются, что оценивается правительством Его Величества, как явная и непосредственная угроза. Где бессильны дипломаты, в дело вступает армия. Так что вас удивляет?

– Дочь моя… Леди Палладия! Вы так спокойно говорите о войне?

– Двадцать семь моих предков погибли за Британию и Короля, включая и моего отца. Совсем недавно ваши агенты убили мою родственницу и хотели убить меня. Я англичанка, монсеньор епископ.

– Наше командование просит Правительство Его Величества выступить посредником в деле заключения перемирия между Клеменцией и государством Тауред.