Курсант - Василий Горъ

Она утвердительно кивнула.

— Скажи честно, у тебя были шансы избежать попадания в тот зыбучий песок?

Японочка отрицательно помотала головой:

— Нет: он возник за миг до того, как я вышла из очередного перемещения.

— То есть, Земляк тебя просто просчитал, верно?

— Да…

— Ну, так он был в разы опытнее всех нас, вместе взятых !

— Разумом понимаю, но сердце все равно не на месте… — призналась она.

— Все потому, что оно у тебя есть… — мягко улыбнулся я, растрепал ей волосы и собрался переключить внимание этих оторв на менее болезненную тему, но тут проснулся дверной звонок. Вернее, забился в дикой истерике. И нам пришлось подрываться с пола.

Девчата, конечно, не на шутку расстроились. Но, понимая, что другие члены команды тоже жаждут меня увидеть, особо не ворчали — Янка ускакала впускать очередных гостей, а Наоки с Эиру сорвали с меня обрывки футболки и затолкали под диван. В результате толпу из семи человек я встретил с голым торсом.

Первой на пороге гостиной появилась Галя, на несколько мгновений застыла, привыкая к моей новой внешности, а затем с гиканьем сорвалась в скачок и повисла у меня на шее.

Чуть позже Дауд с Ларсом, к слову, основательно подросшим и раздавшимся вширь, отбили мне оба плеча. А вот Лиджуан, Вика, Мин Сим и Мавия по разику скромненько поцеловали в щеку. Впрочем, у каждой из четырех последних девиц имелось по очень серьезной причине держать себя в руках, так что я нисколько не расстроился подобной «сухости». Наоборот, радостно улыбнулся и заявил, что чертовски рад их всех видеть.

Они тоже были рады. Поэтому затараторили практически одновременно. Потом так же одновременно затихли, переглянулись и рассмеялись. Потом Аль Сауд взял власть в свои руки и стал задавать основные темы монологов, а весь остальной народ, включая Янку, Наоки и Эиру, добавляли его рассказам яркости и глубины. Первые четверть часа — если я правильно интерпретировал логику подбора тем — мой единственный друг на всякий случай отвлекал меня от «дурных мыслей» и параллельно разбирался, насколько острые реакции вызывают упоминания о войне, проведенных операциях, развитии Дара и т.д. А когда понял, что я перенес «воскрешение из мертвых» и обретение новой внешности достаточно легко, стал убирать «фильтр» за «фильтром», так что в какой-то момент открыто оглядел меня с головы до ног и сделал комплимент Цербершам, приперевшимся на шум из Валиной спальни:

— Знаешь, я пришел к выводу, что твои целительницы сотворили не одно, а два чуда: мало того, что вернули любимого господина с того света, так еще и превратили красавчика в живое воплощение брутальной мужественности, неудержимой мощи и…

— Дауд, прибереги изысканные комплименты для наших дам! — фыркнул я, не став дослушивать этот по-восточному витиеватый бред. — А мне нужна правда. Причем без прикрас. Типа: «Да, у меня есть Мавия, и я от нее без ума, но не будь ты мне другом, наложил бы лапу на Валю с Катей…»

Народ жизнерадостно заржал, а когда хохот начал стихать, Галя заявила, что, на ее взгляд, я стал похож на повзрослевшего Ларса.

Как и следовало ожидать, остальные девчонки мгновенно возбудились, вытащили нас из толпы, поставили к стене, отошли, заставили покрутиться и высказали «экспертные заключения». Больше всего мне понравилось самое последнее, Янкино:

— Сходство, безусловно, есть. Поэтому у тебя, мелкий, появился живой пример, к которому надо стремиться. Не превратишься в такого же громилу к декабрю — мы тебя не поймем. Что тебе, конечно же, о-о-очень не понравится!

В этот момент у всех нас ожили коммы и напомнили о скором начале тренировки. Я чуть не оглох от многоголосого стона разочарования, подождал, пока он затихнет, поднял руку и цинично воспользовался представившейся возможностью выполнить обещание, данное матушке и Раисе Александровне:

— Тренировки — это святое, а я, вроде как, уже воскрес и никуда не денусь. Вернее, подойду в зал чуть позже вас. В общем, на занятия бегом-м-м марш!!!

Унеслись. Все, включая младшую Цербершу. А старшая задержалась и вопросительно посмотрела на меня.

— Беги — я хочу заглянуть к тете Свете… — честно признался я. А после того, как Незаменимая сорвалась с места, набрал матушку и предупредил, что вот-вот буду.

— Жду… — односложно ответила она. А через полминуты, встретив меня в прихожей, сжала в объятиях, уткнулась лбом в грудину и тяжело вздохнула.

— Прости… — только и смог, что выдохнуть я, ибо прекрасно понимал, что она пережила за эти полтора месяца.

Отставная Валькирия зябко поежилась и, как обычно, ломая себя через колено, заявила, что я сделал то, что должно, поэтому прощать меня не за что. Потом подняла голову, поймала мой взгляд и криво усмехнулась:

— Как отблагодарить Валентину Алексеевну, мы с Раей уже придумали.

— И как же? — полюбопытствовал я.

— Свозим ее в Осаку, в мастерскую Шоичи Сакураи. И купим те нэцкэ, которые понравятся…

Я нахмурился:

— Идея — лучше не бывает. Но Валентину Алексеевну, в отличие от вас, могут не отпустить.

— Во-первых, не от «вас», а от «нас»: мы полетим в Японию почти всей командой! — ехидно ухмыльнулась она. — А, во-вторых, согласие Мирославы Михайловны уже получено. Пока — с открытой датой.

— То есть, такая поездка безопасна?

— Лют, добрая треть так называемых «ястребов» стран Большой Пятерки и их союзников, то есть, деятелей, так или иначе ратовавших за войну с Белым Союзом, уже уничтожена, а остальных ищут по всей Земле и отстреливают, как бешеных собак. В это же самое время силовые структуры государств-победителей еще не успели расслабиться и пашут, как проклятые. Особенно на своей территории. Дабы не прохлопать появление разного рода мстителей. Ну, и вооруженные силы, развернутые по штатам военного времени, все еще очень легки на подъем. Поэтому расстраивать нашего Императора, только что нагнувшего половину планеты, никто не решится. Ну, и команда у нас отнюдь не из пацифистов… — С последним утверждением не поспоришь! — хохотнул я, поцеловал матушку в линию роста волос, вспомнил, с чего мы заговорили о поездке