Г.Р.О.М. - Никита Киров

— Канеш, — я вылез из машины. — Что делаете?

— Да вот, Левитан ножики метать учит.

В руках Ярик держал заточенный обломок штыка, очень старого, судя по характерному широкому долу на клинке. Это первый вариант штыка для АКМ-47, но без рукоятки, только сам клинок.

— Дай-ка.

Я взял штык, чуть покрутил его в руке, чтобы привыкнуть к весу и балансу, а потом размахнулся и кинул в столб, как меня учил Валерка, тот самый мой друг, который меня ещё толком не знает. Ну ничего, скоро разберёмся с этим Кентом, и Валерку к нам подтянем.

Воткнулось хорошо, остриё вошло в дерево со стуком, и клинок ещё долго дрожал. Не отломилось, как иногда ломались более хрупкие кончики поздних штык-ножей.

— Короче, видел я Глеба Сибиряка, — сказал я, вынимая штык из столба, — и мы с ним увидели, кто крыша у Кента…

Рассказал им всё, что видел: и про мотоциклиста, и про бандита. Ярик пожал плечами и почесал затылок.

— И чё делать?

— Да вот есть один план… — я задумался, — только нужен глушитель для ПМ. На два выстрела буквально.

— Для ТТ не подойдёт? — спросил брат. — У меня есть в загашнике, самодельный, но проверенный.

— Будет табельный ствол — ПМ. Знаю, где его взять, нужен именно тот.

— Ты чё-то задумал, — заключил Ярик, изучая меня взглядом. — В натуре, Лёха, ты прям — другой человек стал, никогда не думал. Планы-планы-планы, и всё работают. Видал? — он посмотрел на Костю. — Чё мой брателло вытворяет. В братву бы пошёл — давно бы паханом стал, отвечаю.

— Так, — я подозвал их к себе, — Мне от вас нужно кое что ещё, кроме глушака… телефоны и пейджеры некоторых людей, Кента и Зенитного этого хрена, Ваньки.

— Найдём, — Ярик кивнул. — У меня даже записано где-то.

— М-м-может, — начал Левитан, морщась от раздражения, что не может сказать. — Я их сам м-м-м… н-ну, я…

— Ты уже повоевал, братан, — Ярик глянул на него. — Так что прикрывай, и так хорошо помогаешь. А тут Лёха чё-то хитрое придумал.

— Хитро, но жёстко.

* * *

На следующий день я на свой «Тойоте» ездил по барам и кафе, искал одну женщину. Не каждое кафе подойдёт, нужно именно такое, куда часто ходят коммерсанты, но обычно игнорируют братки. Потому что та особа, которая мне нужна, работает с богатенькими, но рисковать с бандитами боится. Бандиты за такие фокусы не помилуют.

Время как раз обед, частные предприниматели должны проголодаться. Да и сделки тогда все заключались в сауне и за выпивкой, без этого будто ничего не работало, так что в кафе днём они ходят часто, как и по баням.

Попробую здесь. Увидел поддержанную белую «Тойоту Карину», рядом с ней коммерсанта в блестящем пиджачке. Коммерс, уже поддатый, заваливался в кафе «Хуторок».

Я припарковался недалеко от входа. Это уже третья забегаловка, куда я захожу. И здесь мне улыбнулась удача.

За барной стойкой сидела блондинка в очень короткой кожаной курточке с множеством заклёпочек, под которой была короткая маечка, обтягивающая высокую грудь.

Юбка слишком короткая, на стройных ножках — колготки сеточкой. Она пила коктейль из непрозрачного бокала и оглядывала зал взглядом опытной хищницы. Губы ярко накрашены в красный, и чуть блестели.

Она гипнотизировала взглядом коммерса на «Карине», потом уставилась на меня. Задумалась, кто из нас побогаче, решила, что всё же я.

— Привет! — она улыбнулась.

Точно это она, вспомнил, хотя в моём кабинете она тогда выглядела иначе.

Ритка и правда симпатичная, фигурой не обделена, и кожа на редкость гладкая. Поэтому сказать, что ей уже не двадцать, а уже тридцать пять, почти невозможно. Если её не знаешь, то реальный возраст никогда не угадаешь.

Волосы — парик, на самом деле она брюнетка, под майкой — лифчик с накладными сиськами, потому что в жизни у неё далеко не третий размер, а намного поменьше. Ну и в дополнении к остальному — в бокале у неё не коктейль, а вода или сок.

Ну хоть остальное у неё было на уровне.

Она притворялась проституткой, но на деле кое-чем от них отличалась. Это — профессиональная клофелинщица, хитрая и осторожная. На встрече с клиентом она предлагала ему выпить и подмешивала конскую дозу снотворного, тот вырубался, а она чистила его карманы. Потом профессионально меняла маскировку и вскоре сидела в другом кафе, подстерегая очередную жертву.

Я её допрашивал как-то в нулевые, в 2004-м, кажется, или в 2006-м уже. Она тогда неправильно рассчитала дозу, и её клиент, пожилой мужик, вместо того чтобы вырубиться, помер от сердечного приступа у неё на руках.

Честно говоря, того мужика никто не жалел, вредный был гад, с замашками бандита. Он проходил в прокуратуре по другому делу — сильно избил молодого официанта по пьяной лавочке, когда тот заступился за девушку, к которой этот мужик нагло приставал. К сожалению, у парня оказалась серьёзная болезнь, и он скончался через пару дней.

Но гада, который, по сути, убил пацана своими руками, отпустили под подписку о невыезде, несмотря на наши протесты, а статью переквалифицировали в «убийство по неосторожности». Оказалось, что у него есть хорошие знакомства и дорогие адвокаты.

И он сразу пошёл по проституткам, вообще ни о чём не жалея. Но нарвался на Ритку-клофелинщицу, которая сама того не желая отправила этого хрена на тот свет.

Туда ему и дорога, а попадись он мне сейчас — на подписке бы долго не гулял. Но тогда я поступал иначе, по закону, ведь таков был порядок. Вот я её и допрашивал. Тогда она выглядела постарше, но всё равно казалась молодой и горячей, а сейчас так вообще, на пике привлекательности.

— Привет, — я сел рядом с ней.

— У тебя такая машина красивая, — Ритка призывно смотрела мне в глаза, приоткрыв ротик. — И ты сам ничего. Покатаемся?

— Прокачу, — сказал я с усмешкой. — Только в стакан мне ничего не доливай, Ритка-клофелинщица, как ты любишь… сидеть!

Я не грубо, но настойчиво взял её за гладкое предплечье и усадил на место. А на бармена, который было кинуться ей на помощь, я посмотрел и покачал головой, мол, не лезь. Он