Физик - Василий Горъ

Мирославой Михайловной, вела себя терпимо. То есть, постоянно напоминала о своем существовании, но без «перегибов». Поэтому свою роль в подготовке к грядущей постановке я выполнил с максимально возможным КПД — сразу после получения первой телеметрии поставил боевую задачу Яне, Мавии и Кораблеву, затем на пару с Валей спустился в медблок спортзала, разделся, лег на процедурный стол, отдался в руки личной целительницы и сосредоточился на наблюдении. А она занялась всем остальным — принялась создавать убедительнейшую картину чрезвычайно напряженной работы со «свежеинициированной» тушкой. Первым делом, размазала по моей спине массажное масло с какими-то алхимическими добавками, дабы оно побыстрее создало «ароматический фон». Затем расставила по всем горизонтальным поверхностям бутылочки с уже готовой алхимией, пустую тару и «сырье». Закончив с этим делом, накрасила лицо. Вернее, с помощью косметики превратила его в крайне несимпатичную «морду». А на последнем этапе сделала три подхода по пятьдесят приседаний, чтобы вспотеть и выглядеть уставшей.

В общем, к моменту приземления двух вертушек с гербами Волконских на фюзеляжах мы были готовы если не ко всему на свете, то ко многому. Тем не менее, нервничали, и не слабо: Валя перегибала то с жесткостью массажа, то с количеством Жизни, вкладываемом в манипуляции, а я то сжимал, то разжимал кулаки и «уговаривал» ярость не буянить. А потом в поле зрения камеры появился Великий Князь, и я, выполняя обещание, данное Замятиной, принялся комментировать то, что видел:

— Спустился на бетонку. Поздоровался с начальником СБ «Подворья», выяснил, который из домиков приобретен для меня, и, судя по всему, заявил, что торопится — телохранители оттерли Федорова в сторону, а Великий Князь направился в нашу сторону. Кстати, выглядит весьма импозантно. Вероятнее всего, из-за того, что раскачан заметно слабее, чем государь, и кажется менее опасным, что ли…

Пока я описывал внешность гостя Императорских кровей, он быстрым шагом прошел по аккуратной дорожке, ведущей к парадным воротам моего владения, остановился в паре шагов от терминала системы контроля доступа и требовательно повел рукой. Один из его телохранителей, судя по сложению, либо Ледовик, либо Воздушник, выдвинулся вперед и прикоснулся к сенсору звонка. А после того, как увидел лицо Лапиной, представил своего господина.

Цель прибытия описывать не стал — видимо, счел, что титула и имени-отчества хватит за глаза. И ведь действительно хватило — Варвара «ошалело» ойкнула и пропала с экрана, ворота щелкнули и плавно поползли в стороны, а я подобрался и затаил дыхание, ибо понимал, что настает самый напряженный момент…

…Поползновения телохранителей Великого Князя Вячеслава ворваться в дом, подключиться к его ИИ и убедиться в безопасности этого места для охраняемой персоны была жестко пресечена Денисом Михайловичем. Стоило первой паре Конвойных, привыкших к повиновению окружающих, войти в прихожую и бесцеремонно ломануться мимо строя из горничных к парадной лестнице, как он тормознул охамевших вояк низким горловым рыком:

— Стоять!!!

Мужики привычно проигнорировали приказ. А зря — Кораблев закрылся молниевым щитом и холодно усмехнулся:

— Еще один шаг без предъявления ордера или постановления суда — и я атакую!

— Ты понимаешь, с кем свя— … — возмущенно начал, было, очень рослый Огневик, двигавшийся первым, но в этот момент в помещение вошел «гость» и поинтересовался, что происходит.

Денис Михайлович изобразил поклон положенной глубины и объяснил:

— Ваше Императорское Высочество, вашим телохранителям почему-то плевать и на законы Империи, и на должностные инструкции. Говоря иными словами, они только что нарушили три закона и аж семь статей Положения о правах и обязанностях сотрудников Конвоя просто потому, что захотелось!

— Они заботятся о моей безопасности… — решив не обострять ситуацию, «виновато» улыбнулся Волконский.

— Понимаю, Ваше Императорское Высочество. Однако их забота о вашей безопасности не должна ущемлять права других законопослушных граждан. Поэтому, мне, как начальнику охраны Шахова Лютобора Игоревича, хотелось бы…

— Я прибыл в гости. Пообщаться с перспективным магом! — раздраженно заявил Великий Князь, догадавшись, что этот служака скорее сдохнет,

чем позволит кому бы то ни было командовать на его участке ответственности.

— Что ж, тогда, Ваше Императорское Величество, я рад приветствовать вас в охотничьем домике моего господина. К сожалению, в данный момент Лютобор Игоревич, еще не оклемавшийся от взрывной инициации, находится на плановых процедурах в медблоке, поэтому позвольте вас проводить в трапезную.

Как и следовало ожидать, Волконский потребовал уведомить меня о его приезде, и Денис Михайлович, отыгрывая порученную роль, «постучался» ко мне. Не получив ответа, набрал Валентину, описал создавшуюся ситуацию, выслушал ответ и повернулся к Волконскому:

— Ваше Императорское Величество, в данный момент Лютобор Игоревич находится в состоянии целительского сна. Прерывать проводимую процедуру крайне нежелательно. Она продлится порядка восемнадцати-двадцати минут, так что мой господин сможет выйти к вам не раньше, чем через полчаса. Если вы располагаете этим временем, то вас проводят в трапезную… Хотя нет, не проводят: один из ваших людей пытается взломать ИИ этого особняка, значит, я не имею права считать ваш визит визитом гостя и вынужден уведомить СИБ о противоправных де— …

Тут Волконского затрясло от бешенства, и он, развернувшись на месте, отвесил тяжеленную затрещину черноволосому магу Молний с великоватым носом, кустистыми бровями и на редкость неприятным лицом.

А когда того опрокинуло навзничь, дал волю гневу и заявил Конвойным, что следующий, кто нарушит законодательство Империи, отправится на каторгу.

Лютовал от всей души. Вероятнее всего, срывая раздражение, вызванное неуступчивостью Кораблева. Поэтому был услышан и препровожден по уже озвученному маршруту. Кстати, только после того, как заявил, что готов меня подождать, и отправил к вертолетам всех Конвойных, кроме рыжеволосого Огневика.

Более-менее успокоился уже за столом. Когда наткнулся взглядом на Аню и на какое-то время потерялся в складочке между объемных полушарий. От завтрака отказался — спросил, какие вина есть в нашей винотеке, изучил книжечку в кожаном переплете, преподнесенную Лапиной, ткнул пальцем в какую-то строчку и попросил добавить к «заказу» сырную нарезку. Увы, как только самая выдающаяся горничная этого владения выскользнула в коридор, переключил внимание на Варвару — попросил представиться, выяснил, что она является моей домоправительницей, заявил, что у меня прекрасный вкус, и завалил женщину изысканными комплиментами. Само собой, не сразу, а после того, как попросил скрасить ему ожидание…

Держалась она… правильно, как-то умудряясь балансировать на тонкой грани между равнодушием и спокойной благожелательностью. Волконского это раздражало все сильнее и сильнее, а меня, наоборот, радовало, так как подтверждало один из тезисов, высказанных этой особой во