Истории приграничья - К.Ф. О'Берон

— А ещё о препятствиях, кои смогут остановить чудище, — добавил Нал-Даллет.

— Тогда за дело, — подвёл итог Бел.

О приближении монстра предупреждал только глухой топот, заставлявший дрожать землю. Подобно камню, которым был раньше, зверь не издавал ни звука: ни пыхтения, ни рычания, ни воя. Толстыми тяжёлыми лапами вбивая в землю оставшуюся траву, он упрямо мчался сквозь темноту туда, где чувствовал людей. От гибели воинов спасали лишь подвижность лошадей и свет множества костров, позволявших видеть атакующую тварь. Подготовленные на скорую руку заграждения себя не оправдали. Рогатки из толстых жердей и вкопанные под наклоном колья вполне могли бы притормозить или вовсе остановить нападение вражеской пехоты или всадников, но чудовище почти не замедляло бег, ломая и расшвыривая их. Глядя на то, как оживлённый чародейством валун с треском сносит очередное бревно с перекрещенными кольями, Ук-Мак качал головой, жалея о бесполезно потраченном ратниками времени.

— Надо было волчьих ям нарыть, — словно прочитав его мысли, сказал Бел.

— Земля здесь тяжёлая, камней много, — ответил Дерел. — Даже с кольями солдаты намучились. А пока бы откопали яму или ров…

Он умолк, увидев, что чудовище свернуло прямо к ним.

— В стороны? — предложил Им-Трайнис.

Ук-Мак кивнул.

Когда чудовище приблизилось шагов на двадцать, рыцари, подгоняя коней, разъехались в противоположные стороны. Проскочив место, где они находились несколько мгновений назад, монстр неуклюже остановился, затоптался, выбирая новую жертву. А затем вновь рванул к мелькавшим в красноватых отблесках огней всадникам.

Последовавшие дни и ночи мало отличались друг от друга. Пока светило солнце, монстр еле ползал, а когда приходила тьма — начинал злобно гоняться за людьми. Менявшиеся отряды играли с тварью в кошки-мышки, что вызывало недовольство командиров.

— Место ратников — на заставах и в разъездах, — с досадой говорил Ап-Ворнел. — Да и наше тоже. Здесь же мы все лишь выматываемся, не причиняя чудищу никакого урону.

— Это удерживает его на месте, — Ук-Мак, как всегда, рационально смотрел на ситуацию.

— Фуй! — презрительно воскликнул его собеседник. — Да пускай бы бежал! Куда-нибудь на дикие земли…

— А ежели решит он отправиться в иное место? — заметил Дерел. — Скажем, в Фумин?

Ап-Ворнел умолк, задумавшись.

Ук-Мак как в воду глядел: наступившей ночью зверь почти не гонялся за солдатами. Подолгу стоя на одном месте, он медленно крутился, словно что-то высматривая во мраке. А после, игнорируя перемещавшихся вокруг всадников, рванул в сторону отдалённого леска.

— Куда это он? — нахмурился Нал-Даллет.

— В лес, похоже, — бесстрастно сказал Им-Трайнис. Прикинув направление и вообразив карту местности, которую не раз видел на столе у графа Арп-Хигу, добавил: — Или, ежели не останавливаясь, продолжит двигаться по прямой — в Ниворед.

Во главе пятёрки всадников к графским рыцарям мчался Ук-Мак.

— Нужно его оставить! — кричал он.

— Разве это возможно? — пробормотал Нал-Даллет.

Бел молча поскакал вслед за зверем. Оказавшись вблизи, привстал в стременах и метнул копьё. Ударившись о серую шкуру, оружие отлетело, потерявшись в темноте. Тварь, не заметив удара, способного свалить человека, всё так же бежала в прежнем направлении.

Ук-Мак, проезжая мимо одного из многочисленных костров, свесился набок, выхватил из огня головню. Прочерчивая в темноте светящийся след и рассыпая искры, помчался за монстром. Обогнав, ринулся наперерез. Подъехал настолько близко, насколько позволял встревоженный конь, и швырнул тлеющее полено в морду твари. С криком начал огибать чудовище, стараясь держаться как можно ближе.

Этот манёвр привлёк внимание: тяжеловесно развернувшись, монстр распахнул пасть и с десяток ударов сердца бежал за всадником. Не сумев догнать, остановился. Покрутился так же, как до того. И снова вернулся на прежний маршрут.

Поняв, что нужно делать, в опасную игру вступили остальные воины. С боевым кличем они кружили вокруг чудовища, кидая в него факелы и горящие палки. Тварь бросалась на всадников, громко клацая зубами.

Один из ратников подъехал слишком близко; испуганный конь шарахнулся, взбрыкнул и выбросил ездока из седла. Сотрясая землю, монстр поспешил к поднимавшемуся человеку. Солдата выручил подоспевший Им-Трайнис: он на полном скаку подхватил воина, вцепившись в кожаный ремень, перетягивавший кольчугу. Где-то через пять ударов сердца пряжка пояса оторвалась, не выдержав нагрузки, и ратник вновь шлёпнулся в траву. Бел поскакал дальше, сжимая в кулаке болтавшийся ремень; на лице рыцаря отражалось смущение. Но главное уже было сделано: за выигранные гигантом мгновения тварь вновь отвлекли, а оглушённого повторным падением пограничника подняли и увезли товарищи.

Кутерьма продолжалась до рассвета. Если бы кто со стороны увидел луг, то поразился бы творившемуся там. Топот, крики, мельтешащие тени, парящие в воздухе огни, фонтаны разлетающихся искр и расплывающийся в ночной прохладе горьковатый запах дыма… Лишь когда сияющий солнечный диск взмыл над деревьями, шум стих и уставшие воины смогли, наконец, отдохнуть.

VIII

Проснувшись, Бел потянулся и уселся на плаще, расстеленном в тени вяза на опушке. Неподалёку, с головой завернувшись в плащ, на боку лежал Ук-Мак. Чуть дальше, с приоткрытым ртом похрапывал Нал-Даллет. Встав, Им-Трайнис увидел других рыцарей и солдат, лежавших среди высокой травы.

Вновь потянувшись, Бел побрёл к костерку, на котором готовили еду ратники, присматривавшие за пасшимися лошадьми.

К удивлению Им-Трайниса, кроме двоих пограничников у огня он обнаружил Ланса, согнувшегося над раскрытым гримуаром. Заслышав шаги рыцаря, парень поднял голову. Узнав Бела, вскочил, замер в нерешительности. Им-Трайнис добродушно поприветствовал его и, не дожидаясь ответа, зачерпнул деревянным ковшиком воду из привезённого кем-то бочонка. Напившись, набрал ещё и выплеснул себе в лицо.

— Господин Им-Трайнис, — заговорил Ланс. — Я приехал просить прощения…

Смутившись, он умолк.

— За что? — Бел смахнул капли воды, повисшие на бровях и ресницах, после провёл ладонью по намокшим усам. Сдержанно улыбнулся: — Обид вы мне не