Наследник судьбы - Алексей Бессонов

Здесь дело шло к сумеркам, и через распахнутый люк в рубку ворвалось прямо-таки оглушительное стрекотание каких-то насекомых. Подождав, пока его эскорт покинет катер, Торвард загасил в пепельнице сигарету и шагнул на трап.

«Трехсотый» стоял на утоптанном грунте игрового поля, и под его поблескивающим черным крылом выстроился целый взвод. Казаченко и Морелла, вдоль и поперек перетянутые портупеями имперских мундиров, вытянулись во фрунт на правом фланге. Оба они отдавали командиру честь, но – на аврорский манер, всей ладонью: иначе они не умели.

– Добрались все-таки до запертого пакгауза со знаками различия, – усмехнулся Торвард, разглядев на их плечах золотое шитье лейтенантских погон.

– С прибытием в департамент Норхэм, милорд! – воскликнул Морелла, подходя к нему.

– Уже департамент? – засмеялся Королев. – Лихо, лихо…

– А это не наши фантазии, – браво ответил Казаченко, – сегодня утром пришла инструкция лорд-канцлера об образовании норхэмского департамента. Мы оба назначены наместниками. Я осуществляю военное командование, а Рик – административное.

– Вице-король Индии, – тихонько прыснула Энджи.

– Ну-ну… показывайте ваш департамент.

На краю поля их ждала целая вереница роскошных антигравов и несколько танков. Торвард нырнул в приятно пахнущее бархатное нутро машины, мягко хлопнула тяжелая дверь, и кавалькада тронулась.

– Ты посмотри на этих деятелей, – сказал он сидящей рядом Энджи, – недурно устроились: у каждого своя тачка, вся эта охрана… Не хватает только перьев на шляпах.

– Слонов не хватает, – уверенно заявила девушка, – вице-королю Индии положено иметь слонов для парадных выездов.

– Если б я еще помнил, что такое Индия, – вздохнул Торвард.

Ехали они недолго: через пару минут машины остановились на выложенной мрамором площади перед входом в четырехэтажный белый замок. Здесь одуряюще пахло цветами, роскошью, и… властью – ее аромат Торвард уловил сразу. Пара пижонов крепко держала узду: и огромный сад, и площадь были вычищены до блеска, ничем не напоминая о недавнем сражении, а пленные евнухи у дверей тянулись в струнку, соперничая выправкой с мрачными легионерами, застывшими у застланной светлым ковром лестницы.

– Прошу, милорд… миледи… – Морелла с изысканной учтивостью распахнул дверцу лимузина, – вы, к сожалению, прибыли не совсем вовремя, и представители местных деловых кругов уже убрались по норам…

– В данный момент они меня не интересуют, – ответил Торвард, – к тому же со дня на день сюда прибудет его милость лорд-канцлер, вот он с ними и потолкует. А вы, я смотрю, оторвали себе некислую халупу. Кто здесь раньше жил?

– Покойный лорд. Как же его… – Морелла потер лоб и поднял глаза на ближайшего евнуха:

– Эй ты, недорезанный! Как звали твоего хозяина?

– Его милость лорд Элари, милорд, – пискнул тот.

– О, точно, лорд Элари, ныне покойный. Воинственный был владетель! Ну да на виселице вся его воинственность очень быстро испарилась.

– Туда ему и дорога… – кивнул Торвард, быстро поднимаясь по лестнице. – Где ты разместил солдат?

– В казарме гвардейцев, которые тоже предпочли стать покойниками. Мы отправили в расход всю эту публику – кроме, конечно, женщин и прислуги.

– От прислуги я тоже советовал бы избавиться. Или по крайней мере не подпускать близко к себе. Вы оба нужны мне живые, а не отравленные – хватит с меня жмуриков! Дела у вас, я смотрю, идут крепко… вот так и держите.

В просторной трапезной на втором этаже был накрыт большой круглый стол. Торвард сел на высоченный красноватый стул и хлопнул в ладоши:

– Удалите из зала охрану!

Стоявшие под дверями легионеры молча развернулись и вышли в коридор. Королев скептически обозрел поданные на серебре яства и потянулся к графину с темно-коричневой жидкостью:

– Коньяк?

– Да, командир, – ответил Казаченко, – и великолепный.

– Распуститесь вы тут на всех этих жирах… ну ничего – скоро я поведу вас в новый полет, там-то вы и попрыгаете. Вы, кстати, знаете, что флагманская «элка» лорда Ника накрылась? Нос в клочья, черт бы его взял. Ну, рассказывайте: как тут дела?