Разреши любить - Анна Джейн

Игнат повернулся к нему - его глаза болезненно блестели в свете фонарей. Из них исчезла искра жизни. Серж поправил на нем свое пальто и глухо повторил:

- Идем.

Ему пришлось вести друга за собой - тот казался безвольным, словно маленький ребенок.

Оказавшись в теплой гостиной, Серж усадил Игната на диван, но нож не отдал. Принес горячий чай, заставил друга выпить. У самого так тряслись пальцы, что свою чашку он уронил на пол и разбил. Потом осмотрел рану на запястье Игната - ничего серьезного, слава богу. Правда, друг даже не заметил, что Серж взял его за руку. Он вообще ничего не замечал. Окаменел.

Они просидели вместе до самого утра. Молча. Каждый утопая в своей боли. И чем дольше Серж находился в гостиной Елецких, тем сильнее становилось осознание того, что Ярославы больше нет. В какой-то момент, когда Серж увидел мельком Костю, сгорбленного и состарившегося, он вдруг понял - это правда. Она умерла. И он никогда не увидит ее, никто не услышит ее голос, никогда не сможет коснуться... Осознание наполнило Сержа так стремительно, что он просто сорвался с места и, понимая, что больше не сможет сдерживаться, заперся в одном из туалетов особняка. Только там получилось дать волю эмоциям. Серж упал на пол и глухо зарыдал, зажимая ладонями рот. Слезы стекали с лица на шею, попадали под ворот рубашки, но ему было все равно. Та боль, которую он отчаянно сдерживал, вырывалась наружу, и ему казалось, будто сердце разрубают на маленькие куски.

«Я тоже ее любил. Я тоже ее любил! - кричал он беззвучно, и его плечи тряслись, а вены на шее натягивались так, что выступали через кожу. - Я тоже хочу умереть! Мне тоже больно!»

Успокоился Серж также внезапно. Просто вдруг отпустило, и он с трудом встал. Подошел к зеркалу, глядя на свое отражение: да, теперь

выглядел он хорошо, так, как мечтал когда-то. Только к чему это все, если в итоге смерть побеждает жизнь? Всегда. Мир обречен. Они все обречены.

«Слава, ты так и не узнала о моих чувствах. Прости, что не был рядом, когда ты уходила».

Ему вдруг почудилось, что кто-то коснулся его плеча. Может быть, она его слышит? Может быть, она рядом?

Господи, как это могло случиться? Бедная девочка. Одно успокаивало - она была не одна, а рядом с матерью. Они уходили вместе в другой мир. В мир без слез, боли и ненависти.

Глава 7. Второй глоток боли

Серж долго плескал в лицо холодной водой - так долго, что покраснели веки и заледенели глаза. И только потом вышел из ванной комнаты. Когда он вернулся, в гостиной уже находились Константин Михайлович и глава его службы безопасности.

- Соболезную, от всей души, - севшим от рыданий голосом сказал Серж. Костя кивнул ему с уставшей благодарностью. Судя по всему, он не спал - глаза были красными, с воспаленными сосудами, под ними пролегли глубокие тени.

Серж сел рядом с Игнатом, который будто и не заметил его отсутствие. Он не совсем понимал, что происходит.

- Говори, - сказал Костя. - Что удалось нарыть?

Антон едва заметно вздохнул, но наблюдательный Серж заметил это. Видимо, даже главе службы безопасности было нелегко рассказывать о случившемся.

- Все, что у нас пока есть, это кусок записи с видеорегистратора таксиста, мимо которого проезжала Елена, - начал он. - Но повторюсь, это не просто авария.

- Включай, - велел отец Игната.

- Уверены, что хотите видеть это?

- Включай, сказал.

Антон вытащил планшет и включил запись - сначала показал Косте, затем Игнату и Сержу. Качество видео было откровенно дерьмовое, но все-таки он смог разглядеть автомобиль Елены, который ехал очень быстро, когда как сама она водила очень осторожно, как и все новички.

Следом за ней мчался еще один автомобиль. И даже нескольких секунд записи хватило понять, что ее преследовали. У Сержа замерло сердце - вместе с Еленой в машине сидела и Ярослава. Это было последнее видео в ее жизни, на котором она была запечатлена.

Повисла секундная тишина. Тяжелая и вязкая, как кисель.

- Кто это? - хищно подался вперед Костя, который тоже все понял.

- Нам удалось установить, что Елену преследовал этот автомобиль. Он арендован на имя Ульянова Михаила Григорьевича, который прилетел в город вчера утром. Это бывший муж Елены. И отец Ярославы, - сказал Антон осторожно.

- Что?.. - растерянно проговорил Костя. - Что ты сказал?

- Это бывший муж Елены, - повторил глава службы безопасности.

- Монстр, - проронил Игнат. - Яся называла его монстром.

Серж прикусил губу. То, что он слышал, добивало его.

- Мы предполагаем, что он нашел их, выследил и поехал следом, - продолжил Антон. - Видимо, Елена узнала его и стала уходить от погони. Но он не отставал. И спровоцировал аварию. Возможно, намеренно, чтобы остановить машину.

- Ублюдок, - вскакивая, прорычал Костя в каком-то безумии. Его лицо покраснело, в глазах заплескалась опасная тьма. - Не сдох бы, придушил бы своими... Руками... Голыми...

Он снова рухнул на диван.

- Я ведь говорил... Предлагал найти его и... Наказать. Но Лена была против. Она слишком добрая... Слишком... Только зря я ее послушал. Надо было найти... Найти и убить его. Наказать за все, что он сделал моей девочке. За все, - заговорил с тоской Костя. Он вдруг поднял глаза на Антона: - Как? Как он нашел их?

- Судя по всему, ублюдок был одержим ею, - сказал тот со вздохом. - Мы вместе с нашими коллегами из полиции побывали в номере гостиницы, который он снял. Наши старые фотографии Елены. Много. И кое-какие ее вещи, которые он, видимо, хранил - нижнее белье, помаду, какие-то украшения.

Сержа передернуло от отвращения. Он глянул на Игната - у того на лице появилась ярость. Та ярость, которую Серж очень хорошо знал. Обычно она не сулила ничего хорошего. Серж положил руку ему на плечо, будто пытаясь сдержать.

- Я виноват дважды, - с трудом вымолвил Костя. - Не уберег их. Мог бы... Хотя бы охрану... Приставить.

- Сказал же - ты не виноват, - почти прорычал Игнат. -