Эволюционер из трущоб. Том 15 - Антон Панарин

— Вырубай! Вырубай шарманку, падла! — заголосил Леший, пытаясь дотянутсья до Серого.

— Как⁈ Как это сделать⁈ — в панике спросил Серёга, зыркая по сторонам.

— Вот так, — лениво ответил я, активируя энергетического паразита.

Мана у Серого резко иссякла, и его потянуло в сон.

— Твою мать… Ещё бы немного, и он бы разорвал в клочья броневик, а нас бы превратил в кровавое месево, — задыхаясь, выпалил Тёмыч.

— Всё из-за тебя, учитель хренов, — фыркнул Леший.

— Простите, ребят, я… — начал было Серый, но я его прервал.

— Отлично получилось, продолжай практиковатсья и не слушай эту парочку. Главное, удели больше внимания контролю, и на первых порах не пытайся сформировать вихрь. Просто перенаправляй потоки маны из одной части тела в другую, а после обрывай контакт, позволяя энергии течь так, как ей угодно. Порой тело умнее разума. Оно само знает, как делать правильно.

Серый кивнул, и дальше поехали молча. Снаружи в салон броневика врывался отвратительный аромат гнили и пролитой крови. Повсюду валялись обломки деревьев, которые приходилось то и дело объезжать. На полпути я пожалел, что решил ехать на бронивике. Стоило по старинке телепортироваться, используя пространственный обмен и огнестрел. С другой стороны, время, проведённое с ребятами — бесценно, тем более, Сергей весьма быстро осваивает новый дар.

Помните, как я когда-то говорил о том, что Серый тот ещё трудяга? Что ж, я не соврал. Каждую свободную секунду он посвятил практике. Сперва робко, после всё отважнее и отважнее. Слабые порывы ветра сменялись стремительными, а спустя три часа езды, он и вовсе распахнул задние двери вездехода и запустил ветряной серп, срубив пару деревьев.

— Миха! Это просто… Просто невероятное чувство! Так вот, что значит быть одарённым! — сбивчиво проговорил Серый голосом, лучащимся радостью.

— Серёг, ты всегда был особенным. Просто настойчиво не желал в это верить, — улыбнулся я.

— Ага. Гений труда, блин, — фыркнул Леший. — Знаешь, как в народе говорят? Лучше за рубль полежать, чем за два побежать. Так вот, эта поговорка не про тебя.

— Да, прогрессируешь весьма быстро. Надеюсь, ты и мне подсобишь, братишка, — хитро улыбнувшись, сказал Артём, облокотившись на моё сиденье.

— Конечно, подсоблю, — ухмыльнулся я. — Но плата будет той же. Боль. Чудовищная боль, от которой тебе захочется сдохнуть.

— Эммм… Знаешь, мне кажется, и так неплохо, — замялся Артём.

— Первое правило шахмат, Артём Константинович. Взялся за фигуру, ходи. Ты уже попросил сделать тебя сильнее, а значит, обратной дороги нет, — ехидно заметил я.

— Выпустите меня из этой колымаги! Я хочу домой! — наигранно заорал Артём и стал барабанить кулаками по стенам броневика.

Мы дружно заржали, радуясь тому, что наша шайка снова в сборе. Снова едет в аномальную зону. Чтобы снова поставить свои жизни на кон.

Когда мы въехали в тёмный болотистый лес, тишину нарушил мой брат.

— Кстати, Остап хотел отправиться с нами, — сказал Артём с тоской в голосе. — Но я оставил его в Калининграде.

— Чего так-то? — спросил я, не оборачиваясь.

— Жизнь коротка. Да и сейчас такое время, что можно склеить ласты в любой день. Хочу, чтобы наш буратино хоть ненадолго стал настоящим мальчиком, — с грустью в голосе сказал Тёмыч.

— Ага. Этот буратино своим длинным носом уже Катьку испортил, — хихикнул Леший.

— Не завидуй, — отмахнулся Тёмыч.

— А мне-то чего? Я и сам своего рода буратино, — довольным тоном заявил Лёха. — Если вы, конечно, понимаете, о чём я.

— Ага, понимаем. У тебя голова такая же деревянная, как и у деревянного мальчика. Дуболом, — усмехнулся Серый, продолжая практиковаться.

— Ой, да кто бы го-о-о… — начал было Леший огрызаться, но Серый создал мощный порыв ветра, ударивший прямо в открытый рот Лёхи, от чего тот задохнулся, а его щёки стали неистово трепыхатсья, словно паруса.

— Ха-ха-ха! Красавец, Серёга! Надеюсь, ты теперь всегда будешь так осаа-а-а! — Смех Артёма сменился свистом ветра, и теперь щёки моего брата тоже стали развеваться как паруса.

— Миха, мне определённо нравится эта сила! — прокричал Серый.

— Тогда ни в чём себе не отказывай! Отомсти этим засранцам за годы унижений, — весело гаркнул я.

Небо резко потемнело, будто кто-то всемогущий выключил свет. С неба посыпался мелкий дождь, переросший в ливень. Погода стремительно испортилась, а видимость сошла на нет.

— Проклятье, ничего не видно, — рыкнул я, закрывая глаза.

Благодаря тому, что капли дождя барабанили по стальным бортам вездехода, моя эхолокация отрисовывала местность на сотни метров вокруг. Тут и там шастали твари, однако, к нам интереса не проявляли. Это радовало. Но радость сменилась тревогой.

В салоне броневика эхолокация отрисовала пятую фигуру, появившуюся из ниоткуда.

Глава 6

Артём принюхался и внезапно спросил:

— Чувствуете? Женский запах.

Он не успел обернуться, чтобы посмотреть, откуда исходит аромат, как услышал:

— Извращенец, — фыркнула Венера.

Она выглядела как мокрая кошка, наряженная в бальное платье. Более того, Венера казалась настолько неуместной в броневике, насколько это вообще возможно.

— Какого чёрта ты здесь делаешь? — возмутился я, резко тормозя броневик.

От внезапной остановки ребят швырнуло вперёд, и только Венера упёрлась ногами во впередистоящее кресло, удержавшись на месте. На её губах проступила улыбка, а в глазах заплясали озорные огоньки.

— Ты похитил меня и думал, что я буду смиренно сидеть в Калининграде, наслаждаясь печеньками и бесплатным интернетом? — спросила она с долей иронии в голосе. — Можешь считать, что у меня Стокгольмский синдром, и я хочу следовать за моим милым похитителем.

Леший озадаченно посмотрел на меня и спросил:

— Похитил? Миха, о чём она говорит?

— Никого я не похищал. Скорее, спас от неминуемой смерти, — отмахнулся я. — Венера, ты вообще понимаешь, где находишься? Мы в центре аномальной зоны! Здесь даже бывалые бойцы погибают, а ты…

— А я уже околела ехать на крыше вашего драндулета. Нет бы дать девушке полотенце или плед. Вместо заботы выслушиваю нравоучения, говоришь прямо как мой отец, — фыркнула она.

— Стоп. Ты ехала на крыше нашего броневика всё это время? — ошалело спросил я, перебираясь назад.

— Само собой. Не за днище же мне цепляться.

— Днище — это ситуация, в которой мы оказались, — вздохнул Артём, хлопнув ладонью себя по лбу. — Разворачивай колымагу, поехали обратно. Не знаю, кто эта девка, но в аномальной зоне ей точно делать нечего.

— Девку ты в зеркале каждое утро видишь, — усмехнулась Венера, заставив Лешего ржать в голос.

— Ха-ха! Какое ещё