Эволюционер из трущоб. Том 15 - Антон Панарин

— Закрой свою пасть, идиот, — прошипел Тёмыч.

— Как скажешь, — отмахнулся Леший. — Меня, кстати, Лёхой звать. А ты ничего такая, бойкая, — весело произнёс он, протянув ей руку.

— Венера Водопьянова. Рада знакомству, — ответила она, когда я присаживался рядом.

В моей ладони вспыхнуло яркое пламя, и Венера тут же привалилась к моему плечу. Её мокрые волосы прилипли к шее и пахли мускусом, что было удивительно. Трёхчасовая поездка по провонявшей гнилью аномальной зоне не смогла выветрить из её волос этот чарующий аромат.

— Водопьянова⁈ — воскликнул Артём. — Ты похитил дочь Водопьянова⁈

— Да вы достали. Никого я не похищал! Скажи им! — возмутился я, глядя на Венеру.

— Похитил, похитил, — кивнула она, хитро улыбаясь. — И меня, и моё сердце. — Услышав это, я почувствовал, как начинают гореть уши, а она не останавливалась и продолжила выступление на бис. — Мало того что похитил, так ещё и заставил бедную девочку гоняться за собой. — Она наигранно всхлипнула и протёрла рукой глаза, в которых слёз не было и в помине.

— Просто замечательно. Сначала Вольф, Пожарский, а теперь ещё и Водопьянов, — вздохнул Артём, сложив руки на груди. — Миша, ты умудрился настроить против себя лично весь цвет аристократии.

— Мы и так находимся с Императором в состоянии войны, — парировал я.

— Это да, но теперь у Водопьянова есть личная причина желать твоей скорейшей гибели, — не унимался Артём.

— Тём, хорош нагнетать, — попытался угомонить его Серый.

— Папенька и так недолюбливает Михаила, по большому счёту ничего не изменилась, — встала на мою сторону Венера и улыбнулась мне. — А у тебя весьма хорошие друзья. Только вот этот, с кислой мордой, мне не нравится, — она кивнула в сторону Артёма.

— Он тебе не нравится, потому что он не мой друг, а мой брат.

— Вот как. А я смотрю, есть в вас что-то схожее, — протянула Венера, изучая взглядом лицо Артёма.

— Сейчас у нас есть одно общее желание. Отправить тебя обратно в Калининград, так как тебе здесь и правда не место, — строго сказал я, вкладывая в руку Венеры телепортационную костяшку.

Не дожидаясь возмущений, я влил в костяшку ману… и в то же самое время ощутил бурный поток энергии, хлынувший из ладони Венеры. Послышался треск, а на лице девушки возникла торжествующая улыбка.

— Упс. Эти костяшки такие хрупкие, — произнесла она, разжимая ладонь.

На розовой коже лежала груда пыли, в которую превратилась костяшка.

— Да ты издеваешься⁈ — воскликнул Артём. — Всё, разворачиваемся и едем в город, не хватало ещё нянчиться с этой…

Договорить он не успел. Венера растворилась в воздухе, а в следующий миг возникла за спиной Артёма, приставив к его горлу тонкий стилет.

— Я не нуждаюсь в вашей опеке, — улыбаясь, произнесла она, прижимая лезвие к шее моего брата.

— Довольно, — рыкнул я и использовал пространственный обмен.

Венера снова исчезла и появилась рядом со мной, а небольшая горстка пыли упала позади Артёма.

— Психованная, — буркнул Тёмыч, потирая шею.

— А-ха-ха! А она мне нравится. Отлично подходит нашему Властелину Каши! — расхохотался Леший.

— Властелину Каши? — с интересом спросила Венера, вскинув левую бровь.

— Это длинная история, — уклончиво ответил я.

Артём фыркнул, его ноздри раздулись от гнева:

— Ага, блин. История длиной в жизнь. Миша, если из-за неё мы подохнем, то я тебя и на том свете достану.

— Ты меня уже и на этом достал своим нытьём, — усмехнулся я и заглянул в бесконечно зелёные глаза Венеры. — Ладно. Пойдёшь с нами. Но учти, на время вылазки ты рядовой боец и подчиняешься моим приказам, а также приказам Артёма.

— Ты про рядового Свинину? — издевательским тоном спросила Венера.

— Для тебя он — командир Свинина, — прыснул я со смеху, а после кашлянул в кулак и продолжил. — В смысле, Артём Константинович.

— Ага, поняла. Артём Свининович. Пха-ха-ха! В смысле, Константинович, — захихикала Венера.

— Да вы достали уже ржать! Захлопните свои пасти! — возмутился Артём, заставив присоединиться к общему веселью ещё и Серого. Леший уже давно обливался слезами, хохоча так, что не мог вымолвить и слова.

Было весело, однако я жалел о том, что не поставил метку в Калининграде. Забросил бы туда Венеру пространственным обменом, и одной проблемой стало бы меньше. Но что поделать? Придётся взять её с собой, ведь возвращаться — не вариант. Время поджимает, а на покатушки туда-сюда уйдёт ещё полдня. Такую роскошь я не могу себе позволить.

Броневик снова загудел, мерно покачиваясь на буераках. Я вёл машину, а Венера заставила захлопнуть пасть не только Артёма, но и Лешего. Лёха сидел и внимательно слушал, как она объясняет Серому азы контроля маны.

— Ого. Мне такого даже Мишка не рассказывал. А если вот эти завихрения появляются, что с ними делать? — разинув рот, спросил Леший.

— Завихрения в магических структурах обозначают наличие стресса. Либо психологического, или физического. При этом психологический стресс свойственен только живым организмам, а вот физический может быть у чего угодно. Артефактов, деревьев, земли, — со знанием дела вещала Венера. — Если вы обнаружили подобное завихрение и нанесли удар прямо в эту точку, то возникший дисбаланс энергий попросту уничтожит объект полностью или частично.

— Слыхал, Миха! — удивлённо выпалил Леший. — Знания Венеры Игнатовны поражают, — с уважением закончил он.

— Давайте без отчеств, мне, всё же, не пятьдесят лет, — улыбнулась Венера.

То, что рассказывала она, было правдой. Однако, довольно бесполезной для Лешего и Серого. Они получили предрасположенность к магии через доминанты, и перескочили уровень, про который рассказывает Венера. К тому же, чтобы ощутить данные искажения, им потребовалось бы Всевидящее Око, либо невероятно развитая чувствительность к мане.

Артём же сидел со скучающим видом и демонстративно зевал. Так он пытался насолить Венере, показывая, что не впечатлён. Но в то же самое время, Артём умел всё то, о чём она говорила, ведь предрасположенность к магии у него была с рождения, и я лишь усилил уже имеющиеся дарования.

Впереди показались руины посёлка Каменского. В небе над ними сияли яркие всполохи, отдалённо похожие на молнии, но это явно были не они. Мир то озарялся ярким свечением, то снова тонул во мраке, залитом ливнем.

— Урок окончен, выгружаемся, — сказал я, доставая из пространственного кармана комплект оливковой гвардейской формы рода Архаровых и пару берцев. — Мы подождём на улице, а ты переоденься.

— Зелёненький? Мило, — улыбнулась Венера, забирая форму из моих рук. — Если бы отец увидел меня в этой форме, его бы сердечный приступ хватил.

— Не переживай, я отправлю ему фотографию, — усмехнулся я.

— Миш, — окликнула меня Венера, когда я