Штаб армейский, штаб фронтовой - Семен Павлович Иванов

— С этим разберись сам и доложи мне. Я в курсе лишь по 28-му танковому корпусу. Он находится в районе Сталинградского тракторного завода. Я вызвал сюда командира этого корпуса полковника Г. С< Родина, он должен с минуты на минуту подъехать. Кстати, Семен Павлович, посмотри, по какому маршруту от СТЗ удобнее перебросить корпус в окрестности Калача.

Я развернул карту: наиболее коротким был бы путь через город, но он не годился, так как туда, несомненно, проникли вражеские лазутчики. Надежным представлялся маршрут через Разгуляевку, Гумрак, Воропоново, Карповскую. Я прочертил его на карте карандашом и показал генералу Москаленко.

Тут же в комнату вошел Родин. Кирилл Семенович без предисловия объяснил ему, что с сегодняшнего дня его корпус входит в 1-ю танковую армию.

— Вы должны в ночь на завтра скрытно перебросить соединение в район Калача. Марш проводить в предвидении возможности встречного сражения. Обязательны тщательная разведка, надежное охранение, искусная маскировка. Сталинград обойдете северо-западнее, чтобы вражеские шпионы не сообщили своему командованию о передвижении танкового соединения к фронту. Маршрут и пункты сосредоточения бригад получите у начальника штаба армии. О дальнейших задачах корпуса поговорим в машине — через 15–20 минут вместе съездим в Камыши на временный пункт управления к генералу Колпакчи, чтобы уточнить обстановку перед его армией. Докладывайте о составе корпуса.

Родин четко доложил, что имеет 178 новых, сохранивших, что называется, заводскую смазку, боевых машин, в том числе 88 тридцатьчетверок, 60 Т-70 и 30 Т-60. Но личный состав только что прибыл, это в основном молодые, необстрелянные бойцы, не успевшие по большей части обкатать свои танки.

Пока Кирилл Семенович отдавал распоряжение начальнику тыла армии полковнику Д. Т. Гаврилову о скорейшем налаживании снабжения войск всем необходимым, мы с Родиным согласовали маршрут движения и пункты размещения его бригад. Георгий Семенович оказался очень дотошным человеком, ничего не принимающим на веру. Схватывал он все быстро и, соглашаясь или отрицая мои предложения, аргументировал вслух каждое «за» и «против». В итоге решили разместить 56-ю танковую бригаду на юго-восточной окраине Калача, 39-ю — на хуторе Кустовский, близ Камышей, 55-ю — в Черкасове, чуть южнее города, а 32-ю мотострелковую — в Ильевке, еще чуть юго-восточнее Калача.

Комкор, глядя на мою общевойсковую форму, сказал явно со значением:

— В моем корпусе очень опытный и знающий начальник штаба Александр Адамович Пошкус. С 17 лет в армии, участвовал в гражданской, в 1937-м окончил Военную академию механизации и моторизации РККА, позднее там же преподавал тактику, в Отечественной воюет с самого начала. На него можно положиться.

Затем бросил как бы невзначай:

— Главное для нас — провести стрельбы. Нужно для этого хотя бы два-три дня.

— Даст ли нам их враг? — в тон ему ответил я.

Получасовое общение с комкором 28 очень расположило меня к нему. Все это время Георгий Семенович зорко следил за командармом и, как только он закончил разговор с полковником Гавриловым, резко и крепко пожал мне руку и пошел к машине. Кирилл Семенович, отдав еще несколько распоряжений, вместе с Г. С. Родиным уехал к Колпакчи.

Мы с В. М. Лайоком, проводив командующего, направились к штабным автомашинам. По пути Владимир Макарович сказал:

— Ну, вот видишь, твоя мечта стать танкистом осуществилась.

— Это верно, — отозвался я, — но совсем не так представлялись мне район и сроки формирования танковой армии.

— Факт остается фактом, — продолжал член Военного совета, — советские танковые армии родились, теперь наше дело доказать их жизнеспособность.

Беседу прервал спешивший нам навстречу Н. Я. Прихидько, всем своим видом показывавший, что время терять нельзя. И мы вместе с ним, Е. И. Кулиничем и С. Н. Кокориным занялись размещением отделов штаба и служб управления армии. Работа шла быстро. Население городка было в основном эвакуировано, место для КП Кирилл Семенович выбрал удачно, в старой части города, где имелись капитальные кирпичные постройки с большими подвалами. К тому же все здесь буквально утопало в зелени садов и многолетних посадок, что облегчало маскировку. Кроме того, по соседству с нами, на хуторе Камыши, куда уехал командарм, уже функционировало ВПУ 62-й армии и оборудовался наблюдательный пункт Сталинградского фронта.

Командарму при помощи члена Военного совета фронта Н. С. Хрущева удалось добиться содействия саперов и связистов фронтового подчинения в оборудовании помещений, отрывке окопов и щелей, а главное — в установлении связи со штабами фронта и 62-й армии. Поэтому я без труда связался по телефону со Сталинградом и запросил подошедшего к аппарату заместителя начальника штаба фронта генерала И. Н. Рухле о местонахождении переданных в наше подчинение войск, кроме 28-го корпуса, о котором уже имел данные.

— В общем-то они у вас под руками, — ответил Рухле. — Сейчас тебе шифром передадут точные координаты.

Из шифровки, однако, выяснилось, что «под руками» оказалась лишь 131-я стрелковая дивизия полковника К. К. Джахуа. Она оборудовала оборонительные позиции по восточному берегу Дона, растянувшись от Калача на юге до хутора Голубинского на севере. 13-й же танковый корпус полковника Т. И. Танасчишина (ранее он командовал 36-й танковой бригадой в составе 38-й армии, был нам известен как опытный танковый военачальник и беззаветно храбрый воин) насчитывал, по словам И. Н. Рухле, три бригады (163, 166 и 169-ю), имевшие 123 танка, из которых Т-34 — 74, Т-70 — 49. Соединение заканчивало формирование в районе Добринки. Как нам пришлось его «прибирать к рукам» — рассказ пойдет ниже.

158-я тяжелая танковая бригада полковника А. И. Егорова, по шифровке, разгружалась на станции Кривомузгинская, близ поселка Советский. Рухле сообщил также, что наши действия по возможности поддержит часть сил 8-й воздушной армии.

Я попросил Прихидько послать капитана М. И. Трактуева на станцию Кривомузгинская, чтобы встретить и вывести в район сосредоточения бригаду Егорова. Но оказалось, что, проявляя присущую ему инициативу, Прихидько уже послал его в Камыши, чтобы выяснить обстановку в полосе 62-й армии. В Кривомузгинскую направили капитана П. А. Новичкова, а Трактуев вскоре вернулся и сообщил, что сегодня на рассвете танки и пехота противника атаковали