Детективное агентство "Штык" 2 - Самат Айдосович Сейтимбетов

— Нам нужна помощь с одним из капитанов.

— Это... необычно, метресс, - Авалин пощупал кончик носа. - Вы обращались к Томашу Франту, он же капитан и глава Либертона? Какого рода помощь вам нужна? Убрать артефакты нашей работы с их кораблей? Установить что-то? Переделать? Сломать?

— Обратиться к эльфам, - без обиняков заявила Олеся, - чтобы те...

Ага, подумал Кабанкин, а вина-то и не доказана. Зелья - зельями, но кто сказал, что Джингази сам их варил?

— Казнили его!

— Что именно он натворил, метресс?

— У него нашлись зелья, сваренные из магов, и дающие магические силы! Это капитан Джингази!

Авалин опять посмотрел задумчиво и слегка изумленно, словно не знал, как отказать Листве. Кабанкин же мысленно вздыхал, так как Олеся в своей злости забыла все азы и основы. Ни доказательств, ни мотивации, ну хоть сказала бы, что Джингази там все деревья у себя на Острие вырубил, например. Голос разума отказал Листве, странно, что она вообще не начала творить самосуд, похоже, уже убедив себя в виновности капитана.

— Говори, - нахмурилась Олеся, словно приказала.

— Не знаю, известно ли вам или нет, метресс, - осторожно заговорил Авалин, - но в Либертоне сейчас проходит съезд капитанов.

— Да! Именно благодаря ему мы наконец вышли на след тех, кто истребляет магов!

— Известна ли вам причина съезда? А также то, что на него приглашены владыки лесов и вод?

Кабанкин нахмурился, а Ахмат вдруг заржал неприлично, хлопая себя по ножкам.

— Свадьба Джингази! Я так и знал! С прилюдной консумацией брака на глазах у эльфов! Так сказать, связь с природой, просто и наглядно!

Словно не он недавно боялся той же самой лошади.

— Что?! - сердито спросила Олеся. - Эльфы прибудут сюда?

— Капитан Джингази обзавелся пророком, - сообщил Авалин. - Он не раскрыл его местоположения, но пророчества точные, пусть речь и шла там о мелких событиях. Шла о мелких, пока пророк не изрек, что вольные острова и живые на них вскоре погибнут из-за избытка чистоты.

— Изрек после истории с утонувшим броненосцем? - спросил Кабанкин.

— Пророк появился лишь недавно, но слова его привлекли внимание. Поэтому капитаны собрались здесь, а не на Твердоне, и поэтому сюда должны прилететь эльфы. Услышать и увидеть своими глазами пророка, убедиться, что предсказание верно, так как трактовать его можно в нескольких смыслах, хотя Чистые и приходят первыми на ум.

Двусмысленность фраз цверга могла бы показаться шуткой, но Авалин говорил предельно серьезно. Олеся кривилась так, словно села на полуметровый ржавый гвоздь. Избыток чистоты, приведший к гибели, что же, Кабанкин мог представить себе такое, например соседей Вольных островов, собравшихся и пришедших отбирать чистую еду, воду и воздух.

— Почему мы... почему я об этом не слышал? - возмутился Ахмат.

— Об этом знают только капитаны и мы, так как капитан Франт обращался с просьбой передать послание владыкам леса.

— А как именно он демонстрировал пророка? - уточнил Кабанкин. - При помощи техники Прежних?

— Нет, никто его не видел, а капитан Джингази лишь передавал его слова, - покачал головой Авалин.

— Не слишком убедительно.

— Да, но предсказанные им события случились. В то же время вы правы, сомнения остались и поэтому речь зашла о встрече вживую. Капитан Джингази заявил, что очень опасается за жизнь провидца и никому не раскроет этой тайны, до последнего момента. Также он попросил у нас артефакты для дальней связи, вроде тех, что используются самими капитанами.

Глаза Олеси распахнулись, словно она нашла разгадку тайны.

— Уверяю вас, метресс, обман не укроется от глаз и магии владык леса. Если капитан Джингази обманщик, он будет наказан. Если пророк предсказал правду, то владыкам леса нужно действовать без промедления! Но до того момента, уж извините, я и остальные мои сородичи не сможем вам помочь. Возможно, если вы сами поговорите с владыками леса.

Авалин еще раз поклонился до самого пола.

— Что-то тут не сходится, - ворчал Ахмат. - Уж кто-то да проболтался бы! Даже эту, лошадь в каюте раскрыли, как бы Джингази ее ни скрывал - магией, да?

— Магией, - задумчиво кивнула Листва. - Но в самой лошади магии нет ни капли. Я думала, что это магикал, первая мысль была, что именно она пророк, но нет.

— То есть капитан Джингази полюбил обычную лошадь?

— Выходит, что так.

— Или все эти порошки и приворотные зелья как раз для него и предназначались? - спросил Тузов. - Чтобы полюбил лошадь больше жизни?

— Зачем?

— Я откуда знаю, вдруг еще один помощник решил его подсидеть и опорочить?

— Да плевать на его помощников! - возмутилась Листва. - Плевать на приворотные! Пусть хоть лошадь, хоть козу, хоть слона полюбит! Зелья! Зелья из магов, откуда они у него?!

— Согласен, ответа на этот вопрос мы так и не получили, но и тронуть Джингази мы сейчас не можем.

— Можем! - возразила Листва и сама увяла. - Но это будет очень хлопотно.

— Почему? - усомнился Ахмат. - Похищаем его лошадь, требуем выкуп, нас нанимают для расследования, мы возвращаем лошадь, попутно прощупываем самого Джингази!

Олеся опять прищурилась, словно уже собиралась превратиться, только не в Рыжую Лулу, а лошадь.

— Погодите, - попытался разрядить ситуацию Кабанкин. - Мы и так уже наследили, и ясно, что сейчас Джингази сойдет с рук что угодно, если он действительно напророчил... верно передал слова пророка о гибели островов. Хоть похищение лошади, хоть драка с капитаном, неважно, против нас выступит весь Либертон. Единственное, что тут можно сделать - воздействовать магией, чтобы сам рассказал, но и здесь капитаны нас не поймут.

— Можно заставить его говорить, а потом стереть память!

— Можно, - согласился Кабанкин, - но не проще ли просто подождать? Пройдет совет капитанов, эльфы проверят Джингази магией, и сам капитан никуда уже не денется. Если речь и правда идет о судьбе всех островов, то зельям придется подождать, хотя ничто не мешает нам расспросить потом Джингази отдельно.

— Даже если речь пойдет о судьбе островов?

— Даже если речь пойдет о судьбе островов, - кивнул Кабанкин. - Сейчас он держит информацию и связь с пророком в своих руках,