Детективное агентство "Штык" 1 - Самат Айдосович Сейтимбетов

— Погоди, да это же агенство инвалидов, точно, и толстая магичка у них есть, я у нее зелья красоты брала! Что они тут забыли?

— Ты что, власти им всегда расследование поручают, когда надо зверски убить и изнасиловать всех виновных, а самим остаться чистыми! За это им и награды потом дают, сам слышал.

Иван ничем не выдал, что услышал подобные перешептывания (свидетельствующие по его мнению о изрядной дурости местных сплетников), прошел вслед за Сидоренко внутрь, бросив еще один взгляд на мутанта, нарисованного на стене. Шерстяной мутант с огромными ушами неприятно напоминал обитателя борделя Гипножабы.

— О, я же говорил! Пришли добить, смотрите, как их пропускают!

— И изнасиловать перед этим!

— Гм, им бы я дала себя изнасиловать, — медленно и томно отозвался женский голосок.

Стража свое дело знала, наверняка всех соседей-сплетников уже опросили и не помешало бы посмотреть записи рекордера... если бы он занимался детективным делом.

— Метресс промчалась вглубь и дальше на второй этаж! - доложил стражник на входе. - Не колдовала, ничего не портила, даже предложила взлететь, чтобы не оставлять следов на лестнице!

— Молодец, Богдан, бди, - одобрительно кивнул Сидоренко.

На стенах коридора красовались свежие портреты какой-то тетки средних лет, в паре мест висели листы бумаги в рамочках. Мебель, магические шары, какая-то помпезная кухня, не функциональное помещение для синтезатора и баков с органической жижей, а именно нечто вычурное, в стиле Прежних.

И разрисованное эротическими сценами.

— Ахмату бы здесь понравилось, — сделал очевидный вывод Кабанкин.

Он уже примерно понял, куда их занесло, хотя и не верилось, что такое возможно. Немножко даже радовало, что люди успели так далеко уйти от проблем первых лет после конца света, и что в их нынешней сытой жизни имелась и его заслуга.

С другой стороны, немного раздражало, что так жили те, кто за спиной нес всякую ерунду.

— Я — известная целительница! — донесся голос Олеси.

На стене вдоль лестницы тоже висели портреты и фотографии рукописей, на перилах были закреплены горшки с цветами, над которыми сейчас трудился какой-то стражник, водил сканером с самым сосредоточенным видом. Внизу еще один мутант в форме стражи и со значком, водил руками над терминалом сети и планшетами, что-то бормотал об отсутствии следов взлома и удалении файлов.

Иван шагал, продолжая поглядывать по сторонам и мысленно качая головой. Не просто роскошь, бросающаяся в глаза, а словно бы культ этой самой писательницы. Собственные портреты и бюсты повсюду, куски рукописей, какие-то золотые перья, фотографии хвалебных статей из сети, и все это вперемешку с вещами, о которых рядовой горожанин и мечтать не мог.

Он и сержант прошли дальше и оказались в огромной спальне, с кроватью на возвышении. На ней, словно на алтаре, возлежала, надо полагать, та самая Елена Голикова, бледная, окровавленная и несчастная на вид. Рядом с ней, придерживая ее за руку, сидела какая-то молодящаяся тетка и бормотала слова утешения. Чуть поодаль застыла служанка, не смея поднять головы, и стояли три целительницы, шипевшие сейчас на ворвавшуюся к ним Олесю.

— Спасение рядом! — провозгласила Олеся громко. — Дайте мне проверить ваше состояние!

— О нет, — слабым голосом простонала Елена, прикладывая руку ко лбу.

— Вам нельзя двигаться! — хором воскликнули три целительницы.

— Сканирование так утомило меня и нарушило гармонию внутренних энергий. Нет-нет, никаких больше сканирований, — голос ее слабел, словно она теряла силы.

— Кто вы такая? — повысила голос молодящаяся тетка. — Кто вас сюда пустил?

— Я — метресс Листва! — горделиво провозгласила Олеся, тряхнув зелеными волосами. - Известная целительница и поклонница таланта Прыткого Пера! Я проверю и вылечу ее бесплатно!

Три целительницы снова зашипели что-то под нос, но хотя бы перестали махать руками. Не сразу поняли, с кем имеют дело?

— Нет-нет, никакой магии, — простонала Елена.

Иван разглядывал ее, пытаясь определить, что случилось. Кто-то пытался прострелить ей сердце? Или ударил холодным оружием и повредил ребра? Ее определенно ранили, это он видел, но как и что? Надо попросить записи у сержанта, подумал он.

— Вы слышали обо мне! — обрадовалась Олеся.

— Все-все, уходите, уходите, — зашикала молодящаяся тетка. - Все уходите! Не видите, Елене плохо?!

Замахала руками и все медленно отступили к выходу, и молчаливая служанка закрыла двери. Ахмата на нее направить, что-то тут не так, привычно подумал Иван и тут же вспомнил, что у них и не детективное расследование.

— Еще чуть-чуть и я успела бы завершить сканирование! — громко и огорченно заявила Листва.

Три целительницы опять уставились на нее возмущенно, а Олеся горделиво фыркнула и вскинула голову.

— Точно! — еще громче закричала она и пристукнула посохом. — Ведь это ее дом! Этого хватит!

— Вы что тут шумите? — через дверь просочилась молодящаяся тетка и зашипела. — Хотите, чтобы у госпожи Елены окончательно пропало творческое вдохновение? Признавайтесь, вас подослала Диана Кошкина?! Вы пришли сюда наводить порчу?! Прочь! Прочь! Никакой магии в доме Елены! Если у нее пропадает вдохновение, я подам на вас в суд! Пожалуюсь властям, дойду до советников!

Она наступала, взмахивая руками, а Олеся отступала растерянно, хотя превосходила ее на две головы во всех смыслах и размерах.

— А вы кто такая? — поинтересовался Кабанкин.

— Я — Скрепка! — горделиво провозгласила тетка.

Олеся окончательно увяла, сжалась и ускорила отступление.

— Я — редактор, муза и компаньон Елены! Уходите! Ее психике и телу и без того досталось, а вы пришли вредить?!

Что за бред, подумал Иван про себя. Боятся? Или скрывают? Возможно, стоило достать протоколы осмотры Елены, посмотреть, сходятся ли раны, и есть ли они вообще. Кабанкин моргнул и опять вспомнил о своей роли наблюдателя. Но как тянуло вникнуть и разобраться!

— Уходите! Или я позову стражу и обвиню вас в вторжении и попытке навредить Елене!

— Так ее в госпиталь надо, — простодушно заметил Иван, рукой указывая на сержанта.

Мол, стража и так здесь, даже звать не надо.

— Нет! Там душно и слишком много злобы! Весь Тырнов пропитан злобой! Только здесь, на просторе, ей дышится вольно!

Кабанкин пожал могучими плечами и ушел вслед за Олесей, опять напоминая себе о роли наблюдателя. В конце концов, в Тырнове и других городах союза постоянно совершались преступления, но он же не кидался раскрывать их все? Не пошел в стражу? Ну вот, и сделав