Евреи-партизаны СССР во время Второй мировой войны - Джек Нусан Портер

Во время пребывания в тюрьме четверо познакомились с двумя другими молодыми людьми из Ковеля. В тюрьме они также познакомились с Сохаром, который посоветовал им бежать, так как приближался их конец. Он пообещал им, что закроет глаза на их побег. На следующую ночь они перепилили решетку, сплели из своей одежды веревку и один за другим спустились на землю; оттуда они перебрались через ограду и убежали к двум своим друзьям.

В тот же день они получили две полуавтоматические винтовки с боеприпасами, и все шестеро прибыли в наш отряд. Еще четверых снабдили оружием, и все вместе они начали действовать. Вначале они действовали в небольших масштабах, но последовательно. Они ликвидировали доносчиков, украинских полицаев и расхитителей еврейского имущества. На некоторое время к ним присоединились поляк Макс (Собесяк), я и еще несколько евреев. Маленькое, ограниченное подразделение росло. Мы перешли в населенные пункты Кухотская Воля и Сазанка, где уже находились первые подразделения полковника Бринского («Дяди Пети»), впоследствии ставшие центральным командованием, в подчинении которого находилось подразделение Крука.

Давление на дядю Петю со стороны партизан из отряда Макса с целью проведения ответных операций дошло до точки кипения. И вот однажды Макс вернулся от верховного командования с известием о том, что дядя дал согласие на предполагаемый поход. Мы, 13 бойцов, сразу же вышли на дорогу. Из лагеря Крука к нам присоединились еще три еврейских бойца: Давид Бланштейн, Зев Аврух и Иосиф Таненбаум. В ту же ночь мы добрались до местечка Маневичи. Мы прятались там до заката следующего дня, занимая позицию, с которой мы могли видеть, но не быть замеченными. Я отвечал за проведение операции. Но когда наступил час Х, я не знал, с чего начать.

Обдумав все, я пошел в ближайший дом и приказал хозяйке дома пойти и позвать деревенского старосту. Но она вернулась, заявив, что старосты нет дома. Я приказал ей пойти во второй раз и не возвращаться без него. Когда они появились, я послал двух человек охранять дорогу, ведущую в село из Маневичей, на случай если немцы или немецкая полиция придут и застанут нас врасплох. Приказ был такой: стрелять в немцев и отступать. Я послал трех наших бойцов к церкви на перекрестке дорог в центре села. Остальных я разделил на две группы: одна была под командованием Давида Бланштейна, а вторая – под моим командованием.

Я со своими людьми подошел к первому дому и снял дубленку. Тогда Сырков подошел ко мне и сказал:

– Тебе будет холодно. Надень что-нибудь полегче.

Я помню, что мое сердце громко билось. Руки тряслись. Гнетущая мысль не покидала меня: как можно войти в этот дом и убить просто так? Допустим, я знаю этих людей. Но как только перед моими глазами появился известный убийца евреев, даже я превратился в дикаря и застрелил его.

Мы обошли дом спереди, добрались до старосты села, который сотрудничал с немцами, и ликвидировали его. Жена старосты, Марья, успела убежать через окно. Шая Флеш караулил снаружи, он выстрелил в нее, но не попал. В тот же момент прибыла наша группа, которая привела дочь старосты и ее мужа.

Для нас наступил момент колебаний. Мы размышляли. Ее муж был моим соседом по Маневичам. Он упал к моим ногам и умолял сохранить ему жизнь. Я его не трогал его. Тем временем его жена тоже умоляла оставить его в живых. Согласно информации, которую мы получили о ней, она тоже заслуживала смерти. Ее муж впал в истерику. Я пожалел их и предупредил, чтобы они не выходили из дома.

Мы продолжили путь к другому нееврею, известному в качестве настоящего палача евреев. Там были и его друзья. Мы расстреляли их одного за другим. Оттуда мы отправились еще в несколько домов в рамках операции «Кровная месть». В конце кампании мы встретились со второй группой.

В общем, на тот момент мы ликвидировали сорок одного немецкого коллаборациониста и всех, кто был с ними. Остальные скрылись. Следующим этапом этой операции была конфискация их имущества – имущества, украденного у евреев. Мы также забрали волов, коров и лошадей, которые были привязаны к повозкам и которых можно было захватить. Конвой продолжал движение на расстояние трех километров. На следующий день на рассвете мы прибыли в штаб, чтобы отчитаться перед дядей Петей.

В этой операции принимали участие молодые люди, ставшие одними из основателей «Партизанки». Именно эти люди в свое время вели переговоры с командиром украинских полицаев Сливчаком, который своими руками убивал целые семьи партизан.

Надя-кухарка

Мы покинули лес Словика и нашли Крука с его партизанами. Мы расположились недалеко от него и принялись за работу.

Мой дом в городе и дом Якова Бергмана находились недалеко друг от друга. Я знал, что в его доме есть кухарка по имени Надя. Она была родом из России, у нее были связи с украинской полицией, для которой она готовила. Однажды мы поехали к Василю Барону в Маневичи. Мы попросили его жену связать нас с Надей. Мы назначили конкретный день и час для этой встречи.

Мы, пятеро партизан, приехали в условленное место. Двое из нас несли охрану на дороге, возле дома, а я с двумя другими ждал на улице. Встреча в селе Луковка была краткой и по существу. Мы предложили ей, чтобы на следующую встречу она пришла с несколькими немцами, если это возможно.

Восемь наших пришли на следующую встречу в восемь часов вечера. Мы ждали до 22:30. Мы посмотрели в бинокль и увидели, что к нам приближается около 25 немцев. Мы немедленно покинули район.

Мы снова связались с ней, и она стала кричать, что мы не пришли на встречу. Конечно, мы извинились и пропустили это мимо ушей. Мы назначили еще одну встречу рядом с кирпичным заводом, который находился недалеко от Маневичей. На этот раз она пришла с десятью немцами.

Мы договорились о третьей встрече. На этот раз мы посоветовали ей раздобыть немного яда и подсыпать его в пищу украинским полицаям. Она согласилась выполнить это задание с оговоркой, что если в результате этого поступка ей придется бежать и она дойдет до леса и