Сумеречное состояние души. Часть 3 - Нина Тарутина

овладел обиженной и оскорбленной женщиной — и ее сознание наводнили видения: они дети… — Нюра и Мила, дружно, играют в дочки-матери…; подросток-Милка выпрашивает у старшей сестры Нюры красивую брошку, и получает желаемое; юная Нюра, в свадебном платье, стоит перед зеркалом, а сбоку к ней подходит Милка и заявляет ей, надменно, что все равно — она неудачница, а вот Милка ее лучше… — и свое от жизни она возьмет!!! В голове зрелой Нюры мелькает мысль: возможно, младшая сестренка была влюблена в ее Прохора с раннего девичества… — ревновала его к Нюре… — отсюда и пошел раскол, в отношениях двух сестер?! Видение быстро сменилось на следующее: несказанно веселые — Елизар, его сестрица Антонина и ее сестра Мила куда-то вместе направились…, повстречавшись с Нюрой, все трое, беззаботно, помахали ей рукой… — и скрылись в белесом тумане… На некоторое время, и сама Нюра погрузилась, в какую-то невнятную невесомость, а, потом, Нюра услышала такой родной и подзабытый, с течением времени, голос своего отца Ивана:

— Анютка, доченька, ляг удобнее на кровати… — ведь это твоя кровать… — давай доченька, я тебе подушку поправлю, чтобы у тебя голова не болела… — отец наклонился над ней и поцеловал ее в лоб… Следом, над ней, безмолвно, склонилась и мама Анфиса… — она поправила ей одеяло…, как делала это в детстве… На Нюру снизошло такое… облегчение… — она, словно, мешок пудовый сбросила с себя… — и провалилась в сладостное забытье…

По утру его Нюра была, на редкость, спокойной и уверенной в себе… — она мирно предложила мужу:

— Проша, я останусь в этой квартире, а ты, поезжай в село за нашими вещами…, хотя…нет, лучше привези мою швейную машинку: сестрины вещи я ушью на свою фигуру… и носить буду… — зачем добру пропадать! Сынок Ванюша, вчерась, так волновался за меня… — сообщи ему, что у меня все хорошо!!! Умнейшая женщина… — Галина Юрьевна: советы ее помогли, такой груз с моей души сняли!!! Еще мне, ноне, мама с папой приснились: папа поправлял мне подушку, а мама — одеяло… Советовали, чтобы я устраивалась, поудобнее, на своей кровати… — вот так!!! Поезжай, с Богом!!!

У Прохора Петровича слов не находилось, чтобы выразить свой восторг, от решения его жены… — он, лишь, мотнул своей головой, в знак согласия… — и умчался, в поисках машины…

После ухода мужа, Нюра не стала рыться в платьевом шкафу Людмилы Ивановны, она набрала полную ванну горячей воды, растворила в той воде ароматизированную соль, сверх того, щедро, добавила в воду пену для ванны «Вербена» — для пенной пышности… — в эту ароматную и «пузыристую» воду она и погрузилась… Так хорошо…, телу и душе Нюры, не было давно!!!

* * *

— Галиночка Юрьевна, я вам так благодарен!!! Ваши наставления моей жене… — они полностью ее преобразили: сегодня Нюра осталась, одна, в квартире, а меня послала, съездить в село, за ее швейной машинкой!!!! Во сне, ей приснились мама с папой…, они посоветовали Нюре, расположиться удобнее на своей постели… — утром же, моей жене захотелось, перешить на себя, кое, что из нарядов Людмилы… Вы, кудесница, Галина Юрьевна!!! За одну ночь, моя Нюра кардинально поменяла свое решение — мы перебираемся, на постоянное житье, в квартиру Людмилы Ивановны…, а ведь еще вчера Нюра была категорически против!!! Теперь, не знаю, кто поможет мне с машиной?! — возбужденный Прохор Петрович, тараторил без остановки…

— Возьмите свой внедорожник, а я вам, сейчас, организую инструктора по вождению… Пора вам самому садиться за руль… — Платон с Прохором Петровичем вышли из кабинета Галины Юрьевны… — и обеспокоенный муж, задал ей вопрос:

— Галина, ты, ведь больше не собираешься ни с кем, еще, делится нашим наследством??? Мало ли, что этой Нюре может присниться?!

— Нет, Гена, мы поделились в необходимую меру… — оставшееся, все наше… Думаю, покойные родители Нюры довольны разделом имущества: большего они не захотят… — ведь многое, из того, чем Людмила Ивановна владела, она бессовестно отобрала у более слабых… — а ТАМ… лишний грех никому не нужен! А мы с тобой, люди им сторонние… — можно сказать, что остальное нам Бог даровал…! — Галина Юрьевна, одобряюще, улыбнулась мужу… — и у него от сердца отлегло…

* * *

Жизнь Ульяны, постепенно, приходила в норму, но, словно бы в наказание, за какой-то грех, подоспело «убийственное» известие: наследники все же поделились с Нюрой Лешевой богатством…, что им завещала покойная Людмила Ивановна — совесть проснулась в тех лихоимцах…!!! Сердце Ульяны зашлось, в бешенном ритме, едва до нее долетела эта новость — и весь вечер она проплакала, в своей комнате…, и ужинать отказалась! Да, и ее родители, тоже, пребывали в унынии…: снова, их Ульяне грозит увольнение и позор…?!

С раннего утра, дня следующего, в магазине «нарисовалась» ее неизменная и «верная» соперница Верка…

— Что, Улька-мулька?!? Чувствуешь, что пришел конец…, твоей карьере продавщицы: тетя Нюра мне не откажет… — непременно тебя уволит!!! Так, что самое время, тебе идти на трассу…, место занимать, среди бл….й! Только так ты, сможешь денег заработать, чтобы тете Нюре долг отдать… — Верка потирала свои ладошки, от радости, и еще пожелала, что-то добавить, к сказанному, но ее прервал Прохор Петрович, появившийся за ее спиной.

— Верка, хватит тут ходить и воду мутить! Повторяю, для непонятливых: покойная Людмила Ивановна запретила своим наследникам, увольнять Ульяну — и ты, родством с тетей Нюрой не кичись… — не станем мы, в угоду тебе, идти супротив воли покойницы! Поняла?! И не твоя забота… — ее долг!!! Теперь, иди домой и дожидайтесь с матерью меня: дело есть к вам… — скоро загляну… — потом, Прохор Петрович вперил свой цепкий взор в Ульяну…

Под его пронизывающим взором, она краснела и бледнела, но на сей раз Ульяна не обмочила своих панталон…: не настолько, она боялась своего нового хозяина, как ту бухгалтершу-ревизоршу!

— Ульяна, сегодня магазин закрой на час пораньше и сбегай домой, поесть: вечером я приеду и будем снимать остатки… Должен я знать, какую сумму мне удерживать с твоей зарплаты… Все поняла — ну, я пошел…?! — и важный Прохор Петрович удалился, а в душе Ульяны зародилось смутное и тревожное предчувствие… — и оно ее не обмануло.

* * *

С закрытием магазина, Прохор Петрович, в первую очередь принялся, сосредоточенно, пересчитывать упаковки с сигаретами…, что остались в наличии… — затем, перешел… на спиртное… Работа у него спорилась: