Случайная первая. Прокурор и училка - Марина Анатольевна Кистяева

— Так?

Тут впору поверить, что она видит мужской член впервые.

— Вот так, — поправил её Илья, сжав девичью ладонь чуть сильнее и направляя вверх-вниз.

Не до нежностей ему. И прелюдия как таковая не нужна. Ему нужна разрядка. Сиюсекундная!

Он не помнил, чтобы когда-то был настолько возбуждён. Вкус Марфы до сих пор гулял на губах. Он будоражил, подкидывал в кровь ещё больше огня. Хотя казалось, куда уже. Тело сводило от животного голода.

Илья несколько раз показал, как нужно двигать рукой. Сжимать. Марфа безоговорочно следовала его указаниям, тихо сопя и иногда наклоняясь вперёд, отчего её волосы касались его бедра.

Точно училка. Как в подростковых фантазиях. Стоит на коленях перед мужским членом.

Глухой стон вырвался сквозь плотно сжатые губы Ильи, когда точка кипения достигла максимума, и он излился себе на живот. Тело завибрировало от наслаждения. Он точно в расплавленную магму окунулся. Как пьяный… И хорошо… Так хорошо, как никогда не было.

И от этого тотчас стало паскудно.

Потому что реальность не заставит себя долго ждать, накатит…

В отличие от Марфы, которая продолжала стоять непозволительно близко к его бедру. А её пальчики… А её пальчики покоились рядом с членом. Точнее, ещё на нём.

Она вообще нормальная?

— Хм… Всё? Да? — шёпотом выдохнула она.

Всё…

Да…

Илья пару мгновений полежал, приходя в себя.

Что только что было? Может, ему кто-то объяснит?

Тем временем оказалось, что МарьИванна не закончила ещё. Она провела пальчиком по разбрызганной сперме и поднесла к лицу.

Илья привстал на локти, подавшись вперёд.

Не может быть… Ну же!..

— Нет, — вздохнула Марфа с нескрываемым сожалением. — Пробовать не буду.

После чего заелозила и перебралась на свободную половину кровати.

— Илья Николаевич, — сонно пробормотала девушка, поворачиваясь к нему спиной и подтягивая колени к груди. — Вы поставьте будильник на пять часов, пожалуйста. Мне завтра на работу. А телефон у меня разрядился. Как-то так…

Турисов прикрыл глаза. В груди продолжало яростно колошматить сердце.

Он только что испытал одну из самых ярких эмоций в своей жизни.

И от чего?..

От куни и мастурбации.

Это фиаско, товарищ прокурор.

И ещё…

С одеялом что-то надо делать.

Оно одно.

Глава 7

Я знала, что однажды это случится.

Что я проснусь в чужой постели…

И буду помнить абсолютно всё.

Жизнь и тут решила подкинуть мне сюрприз. Люди, страдающие алкоголизмом или патологической непереносимостью спиртного, наутро в большинстве своём ничего не помнят. Хватаются за голову, каются, смотрят на мир почти невинными глазами и искренне верят в то, что окружающие сделают им поблажку из-за их невменяемого состояния. А через энное количество времени начинают даже шутить и прикалываться, слушая байки о том, что вытворяли накануне.

У меня не так.

Я всегда отлично помню, что делала… И с кем. Бывают, конечно, небольшие пробелы в памяти, но незначительные.

Зачем я вчера выпила тот чёртов бокал пива? Вот зачем?.. Где меня настолько переклинило? Хоть кодируйся, честное слово!

Открывать глаза не хотелось. Точнее, я их уже открыла и тотчас закрыла, прислушиваясь к тишине в чужой квартире.

Проснулась я раньше будильника. Голова не болела. Болела душа, совесть и то, что между ног.

Боже…

Перевернувшись на живот, я уткнулась лицом в подушку.

Не хочу вспоминать… Не могу. Не буду.

То, что было, то было.

Имеет человек право на короткое безумство?

Может, и имеет. Но не в моём положении и не при моей работе.

Я с трудом подавила стон.

Накуролесила ты, Марфа, чего уж…

То, что не поехала домой — правильно. Нечего бабушке видеть меня такую «хорошую». К подругам — тоже… Те же потом стебаться будут годами.

А Илья Николаевич?.. Чёрт, я даже имя-отчество его помню… Ну почему-у? А? Могла бы и забыть…

Может, сделать вид, что забыла? Что ничего не помню? Вот абсолютно ничего…

Врать у меня никогда особо не получалось, нечего и начинать. Не так воспитывали.

Была одна надежда. Что Илья Николаевич ещё спит, и можно попытаться незаметной мышкой выскользнуть из квартиры и… А дальше что? На такси деньги у меня были, а вот вызвать машину… Я могла ошибаться, но вроде бы видела охранника, когда мы въезжали на территорию ЖК. Можно у него телефон попросить.

И тут меня пронзила новая ужасающая мысль! А если никто не поставил будильник, и я давно проспала положенное время подъёма?

Подорвавшись с кровати, резко села, пытаясь сориентироваться.

И ладно бы только это…

На мне не было трусов.

Я прикрыла глаза. Докатилась, Марфа Ивановна…

От школьников оплеуху получила, напилась, в баре станцевала, с незнакомым мужчиной переспала…

Ну почти переспала.

Жаром окатило с головы до пят. Не думать… Просто ни о чём сейчас не думать. Подумаю вечером. После того, как отучу малышариков.

Главное — найти трусы… Куда их могли деть? И где моё платье и колготки?..

Платье увидела. Колготки тоже.

Опустила ноги на пол. Белый кружевной комочек обнаружился у прикроватной тумбочки. Слава Богу!.. Я поспешно схватила трусики и кое-как, не сразу попадая ногами, натянула их на бёдра. И тут же почувствовала себя защищённее.

Никого, кроме меня, в спальне не было. Уже хорошо. Спала я одна.

Так сколько же времени?..

Сердце съёжилось от дурного предчувствия. Я сначала запахнула на груди рубашку, интуитивно пытаясь укрыться, и почти сразу же принялась лихорадочно её стягивать. Я сдурела?.. Что я творю?! Сейчас-то!

Опасливо поглядывая на приоткрытую дверь, крадучись шмыгнула к своей одежде и поспешно начала одеваться. Руки подрагивали от волнения.

Так тебе и надо, Марфа, не будешь лезть в драку, а потом запивать горе пивом. Знала же, что последствия будут. Нет, полезла!

Но кто мог подумать, что пятиклассники едва ли не с кулаками накинутся на учительницу! Нормально, да? И главное — сегодня ведь в глаза бесстыже будут смотреть!

Ну ничего… Ничего… Мне бы до школы добраться.

Я поправила колготки, натянула подол платья как можно ниже и прислушалась к тишине в доме.

Да нет… Звуки были. Значит, Илья Николаевич не спит, и мне придётся с ним встретиться лицом к лицу. Ладно, это я как-нибудь переживу. Пусть барышня я кисейная, но не до такой же степени.

А вот то, что проспала… Это уже хуже. Намного.

Прикрыв глаза, попыталась успокоиться, считая до десяти. Дошла до двадцати семи — не помогло. Выходить надо. И здороваться с человеком надо… Помог же.

Ага,