Случайная первая. Прокурор и училка - Марина Анатольевна Кистяева

— Время четыре сорок, — хмуро бросил Илья Николаевич.

И двинулся в мою сторону.

А вот на это мы не договаривались…

Я инстинктивно сделала шаг назад. Потом ещё один.

Зачем он ко мне подходит?

И это что на его лице? Плотоядная улыбка?

Моё несчастное сердце, которое и без того сжалось за рёбрами, пытаясь избежать дальнейшего травмирования, затарахтело с утроенной силой. Я почувствовала себя маленькой и уязвимой.

Я не знала, где нахожусь и с кем. А учитывая то, что было ночью, ситуация приобретала ещё более острый характер.

Он же не решил, что я готова к продолжению? Я как раз не готова! Я чётко вчера сказала, что мне нельзя! И вообще!.. Мне в школу надо.

Паника накрыла с головой.

Не придумав ничего лучшего, я выставила руку вперёд:

— Оставайтесь стоять, где стоите, Илья Николаевич!

Тот и бровью не повёл. Точнее, как раз повёл. Вскинул её насмешливо.

— А то что будет?

— Прекратите меня троллить! — я включила режим педагога.

Он всегда безоговорочно действовал даже на взрослых сердитых мужчин. На родительских собраниях я не единожды наблюдала метаморфозы. Заходили вальяжные дядечки, самоуверенные, даже порой агрессивно настроенные. Но стоило встать за учительский стол, строго посмотреть на собравшихся и начать говорить об их отпрысках — настроение тотчас менялось.

На Илью Николаевича мой тон не произвёл должного впечатления. Как так?..

— Никто тебя не троллит, МарьИванна.

Вот! И имя передёрнул. Нормально это, да?

Возможно, при другом раскладе я и прочла бы лекцию. Но не сейчас. Сейчас главное — уйти.

И не смотреть на кубики. К которым почему-то снова тянулись мои руки…

Боже! Когда ты так низко успела опуститься, Марфа?

— Так я могу воспользоваться вашим телефоном?

Впору вспомнить, что лучшее средство защиты — нападение. Мне не нравилось, что мужчина ко мне приблизился. Уровень тестостерона в его крови зашкаливал. Что угодно мне можете говорить, но это так.

Передо мной стоял ходячий секс. И чем быстрее я избавлюсь от его общества, тем безопаснее будет для моей психики.

Телефон мне дали, за что я мысленно поблагодарила Вселенную.

— А адрес тут какой? — стрельнула взглядом в наблюдателя, который даже не удосужился сделать вид, что ему неинтересно за мной наблюдать.

Конечно, когда ещё такое чучуло-мяучело он будет лицезреть с утра? Взлохмаченные волосы, очки, скрывающие лицо. Зубы не чищены, лицо неумытое. Красота! Что тут ещё скажешь?..

Адрес мне продиктовали. Я постаралась запомнить.

Вернув телефон так, чтобы наши пальцы при передаче аппарата не соприкоснулись, я направилась к выходу. Чем быстрее сбегу, тем лучше. Это пока моя совесть спит, а когда проснётся, совсем худо будет.

— Такси подъедет через десять минут. Подожди тут, — донеслось мне в спину.

Нетушки!

Прочь… Прочь…

— Спасибо за гостеприимство, но я подожду машину у ворот. Её могут не пропустить на закрытую территорию.

Что угодно придумать, ляпнуть — только уйти.

— И от кофе откажешься?

Конечно!

— Не пью с утра, — соврала и не покраснела.

Мужчина вышел за мной в коридор и скрестил руки на груди, отчего его мышцы обозначились чётче.

Он намеренно меня провоцировал, щеголяя подтянутым телом. Конечно! Ждал, наверное, что я поведусь и передумаю. Брошусь ему на шею или опущусь на колени, чтобы…

Марфа, стоп!

Вот сейчас стоп, понятно?

Тебя куда-то не в ту степь понесло. Абсолютно!

Люди страдают от похмелья с утра, а ты от чего? От недотра… От недолюбви плотской?

Он тоже мне не поверил. Но это и неважно. Я сейчас уйду из этой квартиры и никогда в жизни его больше не увижу. Город большой, мы никак не пересечёмся. В случайности я не верила.

— Ой, а это моя шапка, да?

Я схватилась за знакомую вещицу. На ней отчётливо виднелся след от мужского ботинка.

— Надо было в стиралку кинуть вчера, — чуть хриплый голос донёсся до меня сквозь какую-то пелену.

Моя защита трещала по швам.

— Всё хорошо, — пробормотала я, поспешно одеваясь и обуваясь.

Присаживаться на корточки было не особо удобно.

Если Иван Николаевич ещё ко мне приблизится…

— Выпустите меня, — проблеяла я, выпрямляясь.

Мне всегда думалось, что в дорогих квартирах коридоры не как в хрущёвках. Не такие узкие, где одному человеку не развернуться. А нет. Может, коридоры и широкие, но когда на тебя надвигается почти девяносто килограмм почти голого тела, восприятие смещается. И хочется раствориться в стене, вжаться в неё, стать тонюсенькой. Как мышка. Они же умеют вытягиваться так, что просачиваются в любую щель.

Я бы просочилась в дверную. Честное слово.

Стоило Илье Николаевичу приблизиться ко мне, точнее, к двери, как я машинально втянула в себя живот. Он спортом занимался, от него должно пахнуть потом! Таким ядрёным, мужицким. Отталкивающим.

Ничего подобного.

Запах был. Но, скорее, терпкий и какой-то приятный.

Я нахмурилась, поджала губы. Надо просто не дышать. И не думать. Не вспоминать. На плечи тоже не смотреть…

В памяти всплыла картинка, как они располагались между моими коленями.

Дверь распахнули, и я ломанулась вперёд, точно за мной черти гнались.

— Всего доброго, Илья Николаевич.

Благодарить в сто пятый раз было глупо. Я уже достаточно сказала «спасибо».

Не помнила, как спустилась вниз. Второй этаж, лифт не нужен… Вылетев на улицу, хотела по инерции нацепить шапку. А там след от мужского ботинка…

Не только шапка грязной была. Я тоже. Слёзы навернулись на глаза. Всхлипнув, закинула голову кверху и посмотрела на ещё тёмное небо.

Жизнь продолжается. Ничего крамольного не произошло.

Почти…

Я живая. Здоровая. Саша тоже почти не пострадал от действий хулиганов.

Остальное… Забывается. Правда же?

Переступив порог родного дома, я почти не удивилась, что в гостиной горел свет, а навстречу мне вышел мой единственный родной человек.

— Бабушка, прости меня, пожалуйста! — я сложила руки в молитвенном жесте и состроила самую что ни на есть умильную мордашку.

Ба никогда не могла долго на меня сердиться. И сейчас, кстати, не особо расстроенной выглядела. Может, что-то меняется в нашем доме, а я не замечаю?

— Телефон разрядился? — спросила она буднично.

— Угу, — подтвердила я, радуясь, что других уточняющих вопросов не последовало.

На радостях понеслась в ванную. Мне надо привести себя в порядок. Срочно! И не опоздать в школу, ни в коем случае.

А об остальном… Я подумаю потом. Честно.

— Надеюсь, хотя бы с мужчиной ночь провела, — прозвучало за спиной.

— Ба! — возмутилась я.

Почти по-настоящему. И поспешно скрылась в ванной, чтобы бабушка не видела мои полыхнувшие щёки.

Глава 8

Иногда люди даже