Детективное агентство "Штык" 2 - Самат Айдосович Сейтимбетов

— А, меня тоже удивила их форма, они же вроде не морские, а воздушные?

— Где-то глубоко внутри себя они помнят корабли Прежних. Отвергают их металлические формы, технику, и берут те, что соответствуют природе. Дерево к тому же плавает лучше железа, и все это на подсознательном уровне влияет на их магию, и передается кораблю, который тоже сделан из эльфов.

— Что?!

За годы в Отряде Очистки, Кабанкин, казалось, привык ко всему, но это заявление Олеси вызвало у него натуральный шок.

— Я еще сама не уверена, но в остальном все сходится, вплоть до мелочей. Не стоило бы, конечно, говорить здесь об этом, даже под магическими щитами. Сама природа тут часть эльфов, и они могут услышать и прийти, чтобы наказать тех, кто раскрывает их секреты.

Сказано это было как-то странно... томно? При всех своих поисках рыцаря на белом коне, Олеся в остальном была практична и деловита, и подобное томление в ожидании наказания выглядело странно. В этот раз Кабанкин следил за окрестностями и ощутил приближение эльфов, но едва-едва. В боевой обстановке такое могло бы стоить жизни части отряда, здесь же заставляло задуматься о том, насколько эльфы часть природы.

— Дочь леса, - произнес один из эльфов, - мы услышали твой зов!

Олеся поднялась, с томным и страстным видом, и тоже растворилась во тьме.

— Не расследование, а бордель какой-то, - вздохнул Кабанкин. - Даже расследование в борделе и то протекало спокойнее.

— Что тревожит тебя, гость леса?

Эльфийка была грациозна, изящна, вытянута и плосковата. Юное деревце, созданное для того, чтобы мять его, ломать жадными лапами, бросая свое семя в плодородную почву. Ахмат уже пускал слюни, подергивал ножками, готовый вбросить что угодно. Кабанкин бросил взгляд на Аллою, подмигнул ей и ответил эльфийке:

— Что мои сотрудники занимаются чем угодно, только не расследованием.

— Дочь Леса занята делом, угодным жизни, угодным лесу.

— Так вы же поэтому нас и позвали, - заметил Кабанкин, - что ваших познаний в делах, угодных лесу, не хватило.

Было странно говорить с ней, зная, что эта эльфийка знает о его прошлых разговорах с другими эльфами. Это было даже не дерево, а.. нет, эльфы являлись частью дерева. Как сам Кабанкин знал, что делает его правая нога или мизинец на левой руке, так и эльфы знали все друг о друге, и спокойно жили дальше.

— Смерть — это часть жизни, все станет известно в свой срок, - спокойно ответила эльфийка.

В ладонях ее вдруг вспыхнул огонек, словно огромный светлячок, и Кабанкин заметил, что подобные огоньки начали зажигаться там и сям. Словно ждали сигнала. Отметка "Не беспокоить, тут занимаются делом, угодным лесу?"

— А если не станет?

— Это тоже часть жизни, часть природы, - кивнула эльфийка.

Фаталисты, подумал Иван, разглядывая ее. В свете огонька она выглядела... прекраснее, наверное. Огромные блестящие глаза, грациозное тело, пусть и без выпуклостей, столь любимых Ахматом, плавность движений и чарующий голос. Но Кабанкин вдруг подумал, что, если добавить немного чешуи, вышла бы та самая русалка.

— Смысл тогда расследовать, если неважно, раскроем мы тайну или нет?

— Мы хотим узнать причину, но если не узнаем ее, то не огорчимся, так тоже бывает. Что случилось, то случилось, не стоит огорчаться из-за того, что не успел, всегда будет время потом.

— А если не будет, то это часть природы?

— Да.

— Я хотел бы узнать больше о делах, угодных Лесу, раскрыться навстречу одной из его дочерей, - прямо и честно заявил Ахмат.

— Пойдем, - ответила эльфийка просто и исчезла вместе с ним в лесу.

Отовсюду доносились те же молчаливые призывы, поддаться зову природы, зову джунглей. Эльфийка словно удивилась на мгновение, что Кабанкин не набросился на нее, но может и почудилось. Зачем все это, какое оно имеет отношение к расследованию, или эльфы просто жили так изо дня в день?

— Так и не обсудили версии, - вздохнул он, опять ощущая желание развести костер.

— Да и не надо, - отозвалась Аллоя, подходя ближе к нему.

Кабанкин улыбнулся и уступил зову природы, выбросив из головы расследование.

— Эх и напился же я древесного сока! - похвастался появившийся на заре Ахмат.

Выглядел он так, словно всю ночь кидался на деревья, грыз их зубами и потом давил ручонками, чтобы выжать еще каплю сока.

— Лучше бы ты испил сока знаний, - хмуро ответил Кабанкин.

— Этого тоже испил, - отмахнулся Тузов, - и никто меня не выкорчевал, наоборот, все радовались моему мощному корню!

Кабанкин только покачал головой. Проснувшаяся Аллоя улыбалась мечтательно, смотрела куда-то вдаль, мимо живых.

— Жаль, Олеся не слышала, кстати, а где она?

— Думаю, всю ночь проверяла корни эльфов, - ответил Кабанкин. - Ты же видел, сколько их явилось?

Лицо Ахмата исказилось, словно он считал, что те эльфы действовали не всерьез.

— Давай, я тоже скорчу гримасу, - сказал ему Иван. - Мы сюда расследовать прилетели, а не секс-игрища в духе Прежних устраивать.

— Это был праздник в нашу честь.

— Праздник?

— Не в нашу честь, а нам оказали честь прикоснуться к лесу, - раздался голос Олеси.

Вид у нее тоже был помятый, не хватало только эльфийского принца через плечо. Что-то в этом было... не то. Не неправильное, просто не то. Словно оружие не той модели или какой-то неуловимый акцент в речи, выдающий магикала, маскирующегося под сослуживца.

— Всем оказали честь, но не все ею воспользовались, - плюхнулась она. - Возможно, что и к лучшему, это было... извращенно.

— Извращенно? - переспросил Тузов. - Я думал, в словаре магических общин нет такого слова.

— Значит будет, - уверенно заявила Олеся. - Когда я туда вернусь.

— А ты туда вернешься? - изумился Ахмат.

Олеся что-то мрачно пробормотала под нос о важности открытий.

— Но зато теперь нам не надо ходить в разные волшебные рощи, я и так...

— Проникла в глубины, - невинным тоном добавил Тузов.

Почти рыча сквозь зубы, но все же тон оставался невинным. Странно, подумал Кабанкин в который раз, ну сошлись бы да разбежались, но нет, это соперничество и домогательство тянулось и тянулось, ничуть не мешая, ну почти не мешая работать. Почти.

—