Шок и тремор. - Сергей Николаевич Зеленин

- Слушаюсь, господин капитан!

После чего отвечая на последний вопрос капитана, старший лейтенант рукой показал на одетые в бело-серое фигурки - вдоль гряды небольших островков перебегающие с острова Германсэ:

- Цель ему неизвестна. Он лишь корректировщик той дивизионной артиллерии, что сейчас раскатывает в «тонкий блин» передовую линию укреплений 19-й пехотной дивизии. Оттуда те – как на ладони, сам проверял.

Схватившись за бинокль и рассмотрев ещё и танкетки Т-38 грязно-серого цвета - капитан грязно выругался, что происходит с ним очень редко – от слова «почти никогда».

Намерения противника пока не ясны. Русские могли атаковать и захватить остров Эркен – где было не более взвода финской пехоты и, даже ни одного противотанкового ружья - заходя таким образом во фланг и тыл передней линии обороны финнов… А могли двигаться от острова к острову дальше - вплоть до портового города Таммисари, откуда они вышли сегодня утром.

Там тоже нет значительных сил, а вследствие таяния снегов, все финские минные поля - или уже сняты, или хорошо обнаруживаются и без миноискателей.

Пришлось скрипнув зубами признать:

«Время для захвата Финляндии, Сталиным выбрано просто идеальное!».

После наводящего вопроса:

- Наблюдательный пункт русских оборудован окопами?

- Так точно: блиндаж и стрелковые ячейки на усиленное стрелковое отделение, соединённые траншеей…

Улыбнувшись одними глазами:

- …И ход сообщения «в кустики». Через него можно не только выйти, но и незаметно войти.

Решение было принято внезапно:

- Атакуйте и захватите этот наблюдательный пункт! Желательно без шума. Один взвод оставьте возле песчаного карьера – охранять наш тыл, два других – на северо-восточную окраину острова.

- Понял! Будет исполнено.

Старший над «лахтарями» - егерями, уж было повернувшись, вдруг притормозил:

- А что делать с пленным? С русским капитаном?

Ну сумев сдержать раздражение, капитан резким тоном ответил вопросом на вопрос:

- А что вы обычно делаете с пленными?

- Понятно…

Когда старший лейтенант убежал, обратившись к вестовому от пулемётного взвода:

- Передай прапорщику мой приказ: свернуться и, быть готовыми передислоцироваться на северо-восточную сторону острова. Буду ждать возле песчаного карьера, где лазарет.

Перед тем как вернуться к своим артиллеристам, капитан посмотрел в стороны берега: русские танки уже подходили вдоль берега к гряде, за которой расположилась передовая оборона финнов - на которой по-прежнему бушевал ад.

***

Подойдя к землянке в песчаном карьерчике – где вместо двери повесили видавшую виды плащ-палатку, Аймо Хуусконен и Маркку Канерва увидели человека без головного убора, в невиданной прежде военной форме, сидящего прямо не земле. Левая кисть у него была перебинтована и, прижав правой к груди, он качал-баюкал её как ребёнка.

Догадавшись главным образом по охранявшему пленного егерю, Маркку Канерва воскликнул:

- Русский!

Они с прямо-таки с детским любопытством уставились на первого увиденного вживую врага. Тот, поднял голову и из чёрных как дуло пистолета глаз, их как кипятком - обдало смесью боли, ненависти и страха.

Но долго любоваться не дал «лахтарь»:

- Что хотели, то? Если по делам заходи внутрь. Если нет – проваливайте ко всем чертям.

Аймо Хуусконен показывая на товарища:

- Зацепило вот – надо перевязать.

- Пусть спускается вниз, а ты проваливай.

- Не могу, мне наш капрал приказал сопровождать его сюда и обратно.

- Чёрт с тобой – жди, но только с пленным не разговаривай и отойди от него подальше.

Вытащив пачку сигарет и угостив этого «цербера» - отчего тот несколько подобрел и не гнал его больше прочь, Аймо как бы между делом поинтересовался:

- А вообще много раненых?

- Пока твой друг третьим будет. Первым был пулемётчик – которому шальным осколком оторвало ухо и, наш егерь…

Со всего маха пнув русского под рёбра:

- …Которому, эта сволочь откусила палец!

Тот вскрикнув, упал на бок и застонал, а Аймо всего передёрнуло:

- Разве можно так? Это же пленный!

Егерь насмешливо на него посмотрев:

- Ничего… Обвыкнешься! Если доживёшь, конечно.

Имея в виду продолжающуюся канонаду со стороны русских, егерь добивая халявную сигарету, возмущённо посетовал:

- Ну и где же наша артиллерия?! Прежде она грохотала даже без надобности!

Затем, глядя на возвращавшиеся советские двухмоторные бомбардировщики, сам себе ответил:

- Должно быть эти, раздолбили её к такой-то матери.

Аймо не ответил. Подавляя в себе некстати появившуюся жалость к русскому – который тоже оказывается – парень не промах, он вспомнил о поручении капрала и озабоченно подумал:

«Ну и где теперь искать этого «лапуасца»?».

Тем временем Маркку Канерва с перевязанной шеей вышел из землянки и, покосившись на ничком лежащего русского, сказал:

- Что будет дальше делать?

- Выполнять приказ капрала. Пошли!

Тот, ещё раз покосившись на пленного вполголоса, поморщившись от боли в перевязанной шее, отрицающе повертел головой:

- Оказывается, по острову вовсю шляются русские. Как бы не того… Не уехать с нашим Яско Тукиайненом, даже не на Урал… А куда подальше – в Сибирь, например.

Сознавая его правоту Аймо, замешкался:

«А ведь и вправду! Не хватало ещё из-за этого дурака попасть в плен…».

Меж тем Маркку Канерва:

- Ты как хочешь, Айно, а я возвращаюсь к ребятам. А этого «завоевателя Волги и Урала», пусть егеря ищут.

И ещё раз покосившись на пленного и его охранника, в два прыжка выскочил из котлованчика.

Он хотел было последовать за ним:

- Маркку! Подожди, я с тобой.

Но тут егерь просящим голосом:

- Ты не богат куревом, друг? А то пока за «этим» по кустам с большевистским дерьмом ползал, своё промочил…

От него действительно пованивало. Но вроде самым обычным – человеческим дерьмом, которое на войне самое обычное дело и причём – в самых неожиданных местах, не говоря уже про кусты.

Айно полез было в карман за сигаретами:

- Да, какое там «богатство»… Но поделюсь, так уж и быть.

И тут откуда-то издалека – с севера, с северо-востока донесся странный глухой гул.

Он замер на месте прислушиваясь, а егерь с видом знатока объяснил:

- Это, наша тяжелая артиллерия заговорила.  Теперь «сосед» пусть поглубже прячется в свои щели.

После разрывов снарядов на перешейке, егерь с довольным видом:

- Не хотел бы я сейчас оказаться на месте «Вани»!

Только он закурил, как «странный глухой гул» повторился:

- А вот ещё залп…

Вдруг его лицо удивлённо вытянулось и он страшно закричал:

- ЛОЖИСЬ…!!!

Где-то совсем