Шок и тремор. - Сергей Николаевич Зеленин

***

Ещё одну свою ошибку, командир «Боевой группы «Ернэн»» осознал чуть позже: раз выбранный им для противотанковой засады остров Екэн входил в число арендованных Советами - то значит он являлся законной целью для сконцентрированной вокруг Ханко финской дальнобойной артиллерии.

Ну, дык если бы все знать и учесть заранее!

А пока прибежав на огневые позиции взвода, он закричал:

- Взвод!!! Меняем позиции! Срочно!

И видя как расчёт замешкался, первым схватился за станину первого орудия.

Спохватившееся взводное начальство тут же разоралось:

- Расчёт! К орудию! В походное положение… Готовсь!

- Быстрее, ленивые олухи! Что вы как… Живее!

- Разворачивай, цепляй!

- Раз, два – взяли! Раз-два – все вместе! Покатили…

Некоторое время расчёт катил орудие по ровному, а потом - когда начался подъем перед небольшой ложбинкой их силы стали сдавать и они остановились…

Прапорщик Туча накинулся на командира орудия:

- Почему неполный расчёт? Где ещё трое, господин капрал?

Тот, честно хлопая глазами, вытянулся в струнку:

- Один ранен, второй сопровождает его до лазарета. Третий мается животом и сейчас где-то в кустах.

Капитан Вуорела задыхаясь и присвистывая дырявыми лёгкими:

- Господин прапорщик! Следствие проведём потом. Пока что давайте вытолкаем орудия из этой чёртовой ложбинки по одному - силами двух расчётов.

Прапорщик и младший сержант тут же бросились выполнять его последнее распоряжение, а капитан поднялся повыше и взялся за бинокль.

Здесь, обзор стал шире и, можно было хорошо видеть как по проходу в финских заграждениях - один за другим вдоль берега шли к гряде неуязвимые советские танки, где они накапливались для атаки финской передовой линии укреплений. Всего их было около пятнадцати, из которых примерно треть - вооружённые 152-мм орудием. Там же концентрировалось около батальона пехоты, среди которой было много автоматчиков.

Последними двигались три стальных колосса: один с большой башней и два безбашенные – видимо тоже, какие-то инженерные бронированные гусеничные машины.

Что было наиболее обидно, за ними по механизированному мосту через ров, двигались хорошо ему знакомые Т-26, числом десятка в три, а то и все пять.

Он в бессильной злобе он скрипнул зубами:

- Да я бы вас…!

Как будто услышав, танк с большой башней остановился. Он не стал её поворачивать, а притормозив одной гусеницей повернулся всем корпусом. Приглядевшись, капитан обнаружил торчащие впереди высокого люка на башне «рога» артиллерийской буссоль и две радиоантенны…

Мелькнула догадка:

«Командирский танк или корректировщик артиллерии!».

Вскочив на ноги, он заорал пуще Тучи:

- БЫСТРЕЕ !!! СЕЙЧАС НАС НАКРОЕТ !!!

Два расчёта навалясь со всех сил, вытолкнули «Бофорс» за пригорок. Затем, чуть переведя дух, побежали ко второму орудию… Но тут небо загудело-заревело и на землю обрушился сам ад.

Они все стояли в оцепенении и с ужасом наблюдали как по перешейку заплясали огромные языки пламени от разрывов крупнокалиберных снарядов - да так, что даже на острове - земля заходила ходуном под их ногами.

Огневой налёт был коротким – два-три минуты и всё смолкло. Видимо огонь вёлся без корректировки - по площади. Из-за поднявшейся пыли и дыма взрывчатки, сперва не было видно, какой урон был нанесён русским. Через минуту, когда развеялось, стал виден лежащий на боку возле огромной воронки командирский танк и несколько костров там, где находились лёгкие танки.

Увидев такую «картину», солдаты оживились:

- Здорово досталось «соседу»!

- Мы, конечно – маленький народ, но кусаемся больно!

- Ещё б разок так и можно смело по домам…

Капитан Вуорела не был столь оптимистично настроен: несмотря на видимый и неоспоримый успех финских «богов войны», скопление советских танков перед грядой не было задето. А гибель командирского танка, приведёт лишь к задержке атаки на какое-то время.

Вдруг все замолчали, подняв головы вверх:

Над ними, с рокотом проносились на север бомбардировщики и штурмовики второй волны, вокруг и сверху которых сновали быстрые истребители.

Это не добавило мыслям капитана позитивчика, а совсем наоборот:

«К ночи, они выбьют нашу артиллерию подчистую».

Но воспользоваться моментом надо было обязательно:

- Ребята! Наши канониры хорошенько всыпали русским! Давайте теперь смело за вторым орудием.

Не успели солдаты вразнобой броситься выполнять его команду, как на севере опять загудело - свои батареи произвели второй огневой удар.

Услышав знакомый шелест в небе, бывалый вояка заорал:

- Отставить! Назад! ЛОЖИСЬ!!!

Не успели они выполнить его команду, как будто взорвалось небо.

Под ногами солдата второго расчёта, который уж было дело - первым перескочил пригорок и был виден всего лишь по грудь, как будто вспыхнуло. Его тело безобразно раздулось, даже грудь выпятилась парусом…. Внутри фонтана из земли, камней и веток служивших маскировкой, он вместе с перевернувшейся вверх колёсами пушкой высоко взлетел в воздух и, описав крутую дугу - упал куда-то в кусты.

Ещё один солдат второго расчёта, взбежавший на пригорок рухнул на спину как подкошенный – только из головы брызнуло… И ещё один - упав на землю, завертелся волчком и завыл:

- На помощь! Помогите! Рука перебита, помогите кто-нибудь!

Второй огневой налёт финской артиллерии был также недолгим и чуть помешкав, целая куча народу бросилась на зов. Кто-то перевязывал раненого, вместо руки у которого - было видно нечто-то ужасно-кровавое, торчавшее из разорванного рукава шинели.

При этом все старательно избегали смотреть на лежащего неподалёку - которому повезло меньше…

Куда как меньше!

Раненый в руку, хотя бледное лицо его было искажено от боли, первый:

- Это Лассе! Неужели его убило?

Командир второго орудия капрал Кауппинен взглянул краем глаз на безголовый труп своего наводчика и тут же отвернулся, сдерживая порывы рвоты.

Хейно Яаскеляйнен (а это был он), закончив перевязку:

- Ребята! Отведите его к лазарету! И этого тоже надо отнести! Нельзя все-таки бросать его просто так, как собаку.

Выглядевший несколько бледно прапорщик Туча, сам не подходя и близко к трупу, крикнул другим:

- Ну, чего вы рты разинули! Головы нет у человека, только и всего лишь! Подходите, беритесь за руки за руки!

Однако, никто особо не спешил, надеясь на товарища.

Капитан Вуорела, категорично:

- Отставить! Никуда мы его не потащим - времени нет. Раненного отвести в землянку лазарета, а этого… Пусть пока здесь полежит, потом посмотрим. Документы заберите и чем-нибудь накройте голову… То, что от неё осталось.

Стараясь не смотреть на