Британский посол в Петербурге при Екатерине II. Дипломатия и мелочи жизни лорда Чарльза Каткарта - Ерофей Моряков

была перенесена часть драгоценных изделий из кабинета императрицы. Центральное место в комнате было отведено императорским регалиям. О Бриллиантовой комнате в покоях Екатерины II см.: Кузнецова Л. К. Петербургские ювелиры. Век восемнадцатый, бриллиантовый… С. 51–53; Костюк О. Г. Галерея драгоценностей: коллекции европейского ювелирного искусства. М., 2017; Ананьева Е. С. Галерея драгоценностей Государственного Эрмитажа XVIII–XX вв. (историческое исследование). СПб., 2024.

82

В первый раз императрица пригласила Каткартов в Бриллиантовую комнату и показывала драгоценности короны еще 28 ноября 1768 года, о чем есть запись в дневнике Джин Каткарт. Из дневника информация и была перенесена в «Записки».

83

Большая российская императорская корона, созданная Жереми Позье и Георгом Фридрихом Экартом к коронации Екатерины II в июле – сентябре 1762 года (О работе над короной см.: Кузнецова Л. К. Петербургские ювелиры. Век восемнадцатый, бриллиантовый. С. 140–143). Корону венчает редкий драгоценный камень ярко-красного цвета – благородная шпинель весом в 398,72 карата. Легкий прорезной каркас выполнен из серебра, изнутри обит красным бархатом, наружная часть разделена на две полусферы и покрыта бриллиантами. Вес короны в настоящее время составляет 1993,80 грамма (леди Каткарт указывает значительно больший вес – «8 с небольшим фунтов», что равняется 3,6 кг).

84

О том же У. Кокс: Coxe W. Travels into Poland, Russia, Sweden, and Denkmark. London, 1787. Vol. 3. P. 310. Сабатье де Кабр в 1772 году замечал: «Русский непременно или без рубахи, или усыпан бриллиантами, или у него нет самого необходимого, или он выезжает в элегантной карете…» (цит. по: Литературная матрица. Россия глазами иностранцев. С. 370).

85

В оригинале: a loop of diamonds with a tapel [вероятно, описка; правильно: tassel] of the same to confine the ribbond upon the shoulder. Ср. с изображением золотого эполета Екатерины II 1766 года работы Леопольда Пфистерера – Кузнецова Л. К. Петербургские ювелиры. Век восемнадцатый, бриллиантовый… Ил. 24.

86

В оригинале: «loops to the hat».

87

Не идентифицирован. По предположению А. С. Корндорф, этот камень может быть изображен на портрете Екатерины II работы И. С. Саблукова (1770‑е гг.; Нижегородский художественный музей). Герцогиня Абрантес называет его diamant de la Czarine (Abrantès L. J. Duchesse d’. Catherine II. Paris, 1834. Р. 161).

88

–24° по Реомюру равно –30°С. Градус Реомюра – единица измерения температуры, предложенная в 1730 году французским ученым Р. А. Реомюром. К концу XVIII века шкала Реомюра была окончательно переопределена: 1°R был приравнен к 1,25°C. Данная шкала использовалась в России вплоть до XX века.

89

–36° по Фаренгейту – это примерно –36° по Цельсию. Абсолютный минимум температуры воздуха в Санкт-Петербурге, зафиксированный 11 января 1883 года, составил –35,9°С.

90

Князь Иосиф Мария Карл фон Лобковиц (Joseph Maria Karl von Lobkowitz; 1725–1802) – участник Семилетней войны, фельдмаршал-лейтенант Священной Римской империи. С 1763 по 1777 год был австрийским посланником в Санкт-Петербурге.

91

Зима 1708/09 года была необычайно холодной в Западной Европе. В Великобритании эта зима известна как Великий Мороз (Great Frost), во Франции как Великая Зима (Le Grand Hiver). Морозы в Западной Европе достигали –5°С, в Париже –12°С. Вслед за ними последовали неурожай и голод 1709 года.

92

О том же замечает У. Кокс (Coxe W. Travels into Poland, Russia, Sweden, and Denkmark). Эсквайр Эндрю Суинтон, побывавший в России в 1788–1790 годах, записал: «Слуги ждут в каретах своих господ, куда бы те ни поехали, по часу, а иногда по десять часов, невзирая на жестокость холода. Жалкие улыбки сих полузамерзших страдальцев убедили меня, что это случается не по их доброй воле. Кучера иногда замерзают до смерти» (цит. по: Литературная матрица. Россия глазами иностранцев. С. 410).

93

В Российской империи рекрутские наборы были одной из повинностей тяглых сословий. Указы о наборе рекрутов объявлялись в XVIII веке практически каждый год. Например, 9 сентября 1769 года, 20 июля 1770 года и 2 сентября 1771 года для армии и флота призывался один рекрут из расчета на 150 и 100 душ мужского пола соответственно. Срок службы для призванных был пожизненным. Государство, выдвигая общинам требования о выставлении рекрутов, практически не вмешивалось в то, как они будут выполнены. В помещичьих имениях решение об отдаче дворовых и крестьян в рекруты принимали помещики и назначенные ими управляющие: арендаторы, приказчики и старосты. С разрешения владельцев списки отдаваемых в рекруты могли утверждаться самими крестьянскими общинами на мирских сходах. В каждом имении складывался свой порядок отдачи крепостных в рекруты. Вне очереди могли отдавать склонных к девиантному поведению (прежде всего, пьяниц, воров или развратников), а также малоимущих. Согласно Положению 1766 года, в рекруты принимали мужчин от 17 до 35 лет ростом не ниже 2 аршин 4 вершков (то есть 1 м 60 см), «здоровых, крепких и к военной службе годных». В 1766 году помещики приобрели право выставлять рекрутов не только во время регулярных наборов, но также и в зачет наборов будущих. В указанный период отдача крепостных в армию и на флот не была «единственной возможностью» для владельца от них избавиться. Душевладельцы могли продавать или дарить своих крестьян и дворовых. В 1760 году помещики получили право без суда отправлять крепостных на поселение в Сибирь при том, что ссыльные засчитывались их владельцам в качестве рекрутов (государственные и другие крестьяне теперь также отправляли «вредных обществу людей» в Сибирь). Вместе с тем Указ 1765 года разрешил помещикам отправлять крепостных «для смирения» на каторгу, а затем возвращать их обратно, когда пожелают – ПСЗ-1. Т. XIV. 1757. № 10786. С. 840–841, 845; Т. XV. 1760. № 11166. С. 582–584; Т. XVII. 1765. № 12311. С. 10; Т. XVII. 1766. № 12748. С. 1000; Кулакова Л. И., Западов В. А. А. Н. Радищев. «Путешествие из Петербурга в Москву». Комментарий. Пособие для учителя. Л., 1974. С. 223–224; Александров В. А. Сельская община в России (XVII – начало XIX в.). М., 1976. С. 67–127, 242–293; Иванов Ф. Н. История рекрутской повинности в России (1699–1874 гг.). М., 2017. С. 33–39; Dennison T. K. The Institutional Framework of Russian Serfdom. New York, 2011. P. 117–120; Моряков Е. Ю. Ссылка на поселение в мемуарах бывших крепостных // Люди империи – империя людей: персональная и институциональная история Азиатских окраин России: сб. науч. статей / Отв. ред. Н. Г. Суворова. Омск, 2021. С. 234–235 (примеч. Е. Ю. Морякова).

94

До 1750‑х годов, когда, кроме «Санкт-Петербургских», появились «Московские ведомости», печатавшиеся в Москве, «Санкт-Петербургские ведомости» были единственной газетой на русском языке (для сравнения только в Лондоне тогда выходила дюжина разных газет). «Санкт-Петербургские ведомости» выходили дважды в неделю в регулярные почтовые дни – по вторникам и пятницам. Как правило, газета печаталась на восьми страницах. Ее тиражи постепенно росли: с 300 экземпляров в конце 1720‑х годов до 600 экземпляров к концу 1760‑х годов. Распространялась газета по подписке, ежегодная цена составляла от 2,50 до 3,50 рублей. Криминальной хроники в газетах почти не появлялось, а если появлялись краткие известия о преступлениях, то связанные с международными отношениями (например, Санкт-Петербургские ведомости. 1769. 6 января. С. 4). См.: Есин Б. И. Русская дореволюционная газета и газетное дело (1702–1917 гг.). М., 2016; Marker G. Russian Journals and Their Readers in the Late Eighteenth Century // Oxford Slavonic Papers. 1986. Vol. 19. P. 89–90; Smith A. K. Information and Efficiency: Russian Newspapers, ca. 1700–1850 // Information and Empire. Mechanisms of Communication in Russia, 1600–1854 / Ed. by S. Franklin, K. Bowers. Cambridge, UK, 2017. P. 185–212; Кинан П. Санкт-Петербург и русский двор. С. 90–92.

95

О замыслах и их реализации при создании Главной полицмейстерской