Современная идеологическая борьба и проблемы языка - Юнус Дешериевич Дешериев

Выступая в роли общего языка межнационального общения советских народов, русский язык в политическом, правовом отношении занимает равноправное положение среди национальных языков.

В союзных республиках из всех местных языков наиболее широкие общественные функции выполняют языки народов, давших наименования соответствующим союзным республикам. Это и понятно, так как это языки подавляющего большинства населения каждой из союзных республик. В Украинской ССР таким языком служит украинский язык, в Белорусской ССР – белорусский, в Узбекской ССР – узбекский и т.д. Наряду с основным местным языком во всех республиках широко употребляется и язык межнационального общения. При этом в любой союзной республике, в любом месте население может свободно пользоваться любым языком в соответствии с ленинской языковой политикой.

·

В содружестве социалистических стран также осуществляется марксистско-ленинская языковая политика. В них ни один язык не является насильственно навязываемым другим народам государственным языком. Равноправие языков – одно из важных завоеваний народов социалистических стран.

В разных странах по-разному решается проблема государственного языка. В некоторых странах в роли государственного языка выступают несколько языков. Например, в Норвегии существует два государственных языка. В Индии также, по существу, два официальных (государственных) языка – хинди и английский. Как показал К. Ганди в своей интересной книге [Ганди, 1982, 13], перед Индией стоят сложные языковые проблемы. В стране существуют различные партии, социальные группы, которые пытаются решать эти проблемы исходя из разных идеологических концепций.

Проблема границ идеологического воздействия на элементы и уровни внутренней структуры языка

Социально-лингвистические проблемы идеологического воздействия на элементы и уровни внутренней структуры языка существенно отличаются от глобальных проблем, а также от примыкающих к ним языковых проблем идеологического характера на отдельных континентах, в крупнейших многонациональных государствах, у различных народов и социумов локального значения. Из этого не следует умаление значения разработки вопросов идеологического воздействия на элементы и уровни структуры языка. Напротив, трудно переоценить важность этих вопросов. И все же рассматриваемое воздействие ограничено главным образом внутренней структурой языка.

Хотя в идеологических целях может быть использован любой элемент структуры языка, тем не менее это воздействие не является неограниченным. Так, влияние идеологии на уровни внутренней структуры носит преимущественно количественный характер. Например, лексико-семантический уровень может быть значительно расширен за счет идеологизированной лексики, но данный уровень не подвергается коренной ломке. Другие же уровни в меньшей степени испытывают на себе влияние идеологического воздействия.

Таким образом, идеологическому влиянию могут быть подвергнуты элементы всех уровней, начиная от фонетического, фонологического и кончая стилистическим. Социолингвисты, выступающие сознательно (или бессознательно) в роли защитников капиталистической системы, хорошо знают эти особенности языковой структуры и широко используют все возможные приемы идеологического воздействия на язык и его структуру: средства «вестернизации», извращения семантики слов, терминов, процессы идеологизации, деидеологизации, переидеологизации и т.д.

К данной проблематике относятся применение того или иного языка в разных условиях функционирования разных национальных языков в рамках отдельных государств, социумов, а также различные аспекты исследования языка и языковой структуры в плане идеологического влияния.

Из изложенного вытекает принципиально важный в теоретическом и методологическом отношении вывод. Если реальные возможности влияния любой идеологии на язык не являются ничем не ограниченными, то ясно, что утверждение недругов народов СССР об ассимиляции и русификации языков народов оказывается научно несостоятельным. Изложенное подтверждается и советским опытом языкового строительства и развития национальных языков.

В постановке и решении вопросов влияния идеологии на язык определенную роль сыграли некоторые теоретические положения известных лингвистов. Например, высказывания Ф. де Соссюра о невозможности сознательной языковой политики послужили основанием для отрицания возможности проведения собственной языковой политики в развивающихся странах как выражения определенной идеологической концепции. С другой стороны, переоценка процессов взаимодействия языков, границ сознательного воздействия людей на язык Г. Шухардтом и некоторыми языковедами привела к преувеличению роли идеологических факторов в развитии языковой жизни общества. Такая переоценка могла быть использована авторами концепции «вестернизации».

Советский опыт показывает научную несостоятельность как концепции полного отрицания возможности влияния идеологии, например политики, на язык и его структурные элементы, так и концепции безграничных возможностей сознательно воздействовать на языковую структуру.

Приемы идеологического воздействия на язык

Различные приемы воздействия на язык, используемые апологетами буржуазной идеологии, иногда называют «языковым неоколониализмом» [ЯИ, 1981].

После второй мировой войны термин «неоколониализм» получил широкое распространение. Это объясняется тем, что тогда ослабление позиций империализма, неудержимое стремление колониальных народов к свободе и независимости, приведшее к распаду системы колониализма, осуждение ее идеологических, политических, экономических и других основ всеми прогрессивными силами мира, успехи национально-освободительного движения и многое другое – все это привело к тому, что колониальные державы не смогли вести успешную борьбу за сохранение системы колониализма. Советский Союз и другие социалистические страны вместе со всеми прогрессивными силами мира успешно боролись против системы колониализма, распад которой стал возможным благодаря самому существованию Советского Союза и других социалистических держав. Империалистические державы, не видя возможностей сохранить колонии, предпочли разыграть роль противников этой системы, одновременно предпринимая активные действия для осуществления эксплуататорской политики в деле создания новой системы неоколониализма.

В этих условиях под термином «неоколониализм» понимается политика империалистических государств, направленная на сохранение или восстановление в новых формах экономического, политического и идеологического господства бывших колониальных держав.

Как отмечается в специальной литературе, неоколониализм стремится помешать движению развивающихся стран Азии, Африки и Латинской Америки к национальной независимости. Народы бывших колоний и полуколоний законно требуют национализации собственности иностранных монополий, создания и расширения государственного сектора экономики, осуществления политики социалистической ориентации и развития сотрудничества с социалистическими странами. Предлагаемая неоколонизаторами экономическая «помощь» развивающимся странам сопровождается экономическими и политическими условиями.

Так называемый языковой неоколониализм представляет собой попытку распространения концепции неоколониализма на языковую жизнь бывших колониальных и зависимых стран путем внедрения языков бывших колониальных держав в повседневную жизнь этих стран, всячески сдерживая развитие и расширение общественных функций родных языков. Таким образом, идеологи неоколониализма пытаются использовать развитые языки бывших колониальных держав для пропаганды и распространения своей буржуазной идеологии, духовного закабаления народов. Языки бывших метрополий служат для них средством сохранения и продолжения политики господства в этих странах во всех важнейших сферах экономической и духовной жизни.

Языковая политика империалистических держав в бывших колониях и зависимых странах стала орудием претворения в жизнь идеологических установок империализма.

Было бы неправильно в каждом действии того или иного языковеда, направленном на разумное применение английского, французского, испанского и других международных языков в международном