Сопрано. Закулисная история легендарного сериала - Майкл Империоли

Стив: В итоге придумали мини-сезон, восемь серий. Как они превратились в девять?

Илен: В середине производства второй части шестого сезона Дэвид все продумал и сказал: «Мне нужна еще одна серия». Но на канале HBO возразили: «Нам не нужен еще один эпизод, мы хотим еще сезон». Они бы продолжили.

Дэвид всегда говорил: «Я хочу остановиться, пока сериал еще нравится зрителям». Не стоит допускать, чтобы люди оглядывались назад и говорили: «О да, помните «Сопрано», когда он был хорош?» Дэвид всегда хотел закончить на высокой ноте, и все уважали его за это.

Вторая часть шестого сезона началась, наверное, с моего любимого эпизода. Мы фантастически провели время, снимая эту серию.

– Стив

Майкл: В «Домашнем кино Сопрано», первой серии второй части шестого сезона, снимались только вы четверо, Иди и Джим, ты и Аида. Вы снимались в округе Патнам, на озере Оскавана. Сколько времени вы там провели, две недели?

Стив: Мы жили в большом отеле в Тарритауне, штат Нью-Йорк, и снимали в старом доме Роя Шайдера на озере. Он стоял прямо у воды. У нас был еще один на участке, который, говорят, в тридцатые годы принадлежал Бейбу Руту. Зимой Бейб Рут привозил туда статисток. Там была наша гримерка. Но команда жила в домиках вдоль всего озера. Мы снимали сцену праздника, где мы поем «С днем рождения тебя», и конечно, приходилось петь снова и снова, дубль за дублем, а кто-то напротив кричал: «Да заткнитесь вы уже!»

Конечно, приятные моменты не ограничивались тем, что вы видели на экране. Оператор Фил Абрахам помнит все это достаточно хорошо.

– Стив

Стив: Фил, помнишь, однажды вечером у нас была большая вечеринка? Мы были в баре и послали одного из помощников режиссера за спиртным, потому что заведение закрылось. Помнишь, что они с тобой сделали?

Фил: Это все [режиссер] Тимоти Ван Паттен. Я разговаривал с Илен С. Лэндресс, мы сидели в стороне, и вдруг официантка принесла нам по шоту текилы, а Тимоти Ван Паттен сидел за барной стойкой, тоже с рюмкой. Мы выпили. Через десять стопок я обнаружил, что он пьет воду, а мне присылает текилу. Это было безумие. Стыдно говорить, но я все равно скажу. Мне понадобилось отлить, я пробрался через бар и подошел к Джимми Коллинзу, одному из членов команды. Он играет в бильярд, а я спрашиваю: «Джимми, где здесь мужской туалет?» Он отвечает: «Сразу за вторым бильярдным столом», и я врезался в зеркало. Бум!

Стив: Вы вышли из строя на несколько дней. [Смеется.]

Фил: Я поранился, да. Мы все пострадали.

Майкл: Вы были не единственным, это точно.

Фил: Да, у Джима тоже достаточно историй.

Стив: Много вечеринок прошло за эти две недели. Целая куча.

Мы с Джимом повеселились с Аидой на экране – есть вырезанная сцена, вы можете посмотреть ее на YouTube, если хотите, – где мы хватаем ее шляпу и взрываем петардами. Но был еще один инцидент между Джимом и Аидой за кадром, который мы все, кроме Аиды, считали довольно забавным.

– Стив

Стив: У вас с Джимом был еще один случай, над которым мы смеемся до сих пор.

Аида: Салат с курицей.

Стив: Салат с курицей. Вы сильно расстроились из-за него.

Аида: Позвольте небольшое предисловие о том, почему у меня тогда произошел срыв. За некоторое время до этого я узнала, что у меня диабет. Как диабетик ты должен быть уверен в продуктах, которые ешь; тебе нельзя есть много сахара и нужен белок. И тут мы уезжаем туда, где нет ни магазинов, ни ресторанов, ничего.

Стив: В дом у озера. Стоит июль, жарко, и мы веселимся на берегу. В обед все члены съемочной группы купаются, катаются на катерах и все такое, но поскольку у нас были макияж и прически, мы не могли к ним присоединиться.

Аида: Точно, они плавают, а мы потеем. Так что я пошла к людям из службы питания: «Можно мне немного белка? Я диабетик, мне надо хорошо питаться».

Если бы кто на съемках «Секса в большом городе» заикнулся о таком, тут же образовались бы килограммы чертова куриного салата. А в «Сопрано»: «Здравствуйте, можно мне упаковку куриного салата». У меня немного упал сахар в крови, потому что мы снимались до обеда, и я поняла, что мне нужно чем-то перекусить. Я просто просила поесть, но мне так и не принесли никакого белка. И тогда Аида психанула. Прямо как Дженис. Я такая [ужасным голосом]: «Где… мой… куриный… салат?»

Стив: Вы называли себя «мамочкой» и кричали: «Мамочка хочет куриный салат! Долбаный куриный салат!»

Аида: Я вышла из себя.

Стив: Позже тем же вечером мы снимали сцену в караоке, где Кармела и Дженис поют, а Джим и Бобби сидят на диване. И Джим начинает дразнить вас, повторяя как попугай: «Мамочка хочет куриный салат». Он все время это повторял.

Аида: Я что, надрала ему задницу или?..

Стив: Вы ему врезали. Прямо сильно психанули на него. Вы вышли на улицу, Джим пошел за вами, чтобы извиниться, мы все катались в истерике.

Аида: О боже, теперь все будут думать, что я сука, а я ведь совсем не такая.

Стив: Нет-нет. Когда работаешь по шестнадцать часов, по восемнадцать часов, то характер портится. Они могли бы принести вам немного прошутто и все исправить.

Аида: Немного прошутто. Не так уж много мне и нужно.

Но, конечно, как мы уже говорили, Дэвид Чейз есть Дэвид Чейз, он не может снять серьезный эпизод без юмора и не способен снять такую веселую серию, как эта, без настоящей драмы. В данном случае она оказалась более реальной, чем зрители могли предположить. В «Домашнем кино Сопрано» есть грандиозная сцена драки между Тони и Бобби. Когда вы смотрите ее, кажется, что я ударил Джима головой так сильно, что сломал ему нос. Причина, по которой это так выглядит, проста: я правда случайно ударил Джима головой так, что сломал ему нос.

– Стив

Майкл: Думаю, было две замечательные