Королевы завоеваний - Элисон Уэйр

Мы очень опечалены из-за вашего мужа. Если правление свое он начал хорошо, то сейчас пытается испортить то, что последует. Облеченный всей полнотой власти, он не боится вызвать гнев Всемогущего Господа, который благоволил ему в нужде. Мы не верим, что вы не осведомлены о том, чтó именно ваш муж преданно обещал Вседержителю, принимая королевский венец. Он захватил власть над церквями посредством инвеститур, изгнал из королевства святого человека, епископа Ансельма, потому что тот выступал против его нечестивых деяний, и взял себе советников, которые влекут его к погибели. Поэтому мы опасаемся за его бессмертную душу, ибо горячо любим его за его предыдущие добрые дела.

Поэтому, возлюбленная дочь, мы умоляем вас тщательно следить [за своим мужем] и отвратить его сердце от дурных советов, чтобы он перестал возбуждать против себя гнев Божий. Помни слова апостола о том, что «неверующий муж освящается женою верующею». Упрекайте, умоляйте, порицайте, чтобы [король] восстановил архиепископа на его престоле и позволил ему действовать и проповедовать так, как того требует сан, а также вернул церкви своему Господу, чтобы Господь не отнял у него то, что Он дал. В противном случае мы больше не сможем выносить этого, не подвергнув его и его советников, а также тех, кто неправедно завладевает церквями от его имени, вечной анафеме. Если же он повинуется, то получит помощь Всемогущего Бога и Апостольского Престола против всех своих врагов и благодаря свободе церквей по милости Божией обретет защиту в своем королевстве14.

Письмо 15

Матильда Шотландская Ансельму, архиепископу Кентерберийскому

Своему благочестивому отцу и благоговейно почитаемому господину архиепископу Ансельму, Матильда, милостью Божией королева англичан, смиреннейшая служанка его святейшества, шлет вечный привет во Христе.

Я выражаю бесконечную благодарность вашей неизменной доброте, в которой вы не забыли обо мне, но соизволили предстать передо мной в вашем письме, как наяву, невзирая на свое отсутствие. Облака печали, что окутали меня, рассеялись, поток ваших слов прорвался ко мне, подобно лучу нового света. Я обнимаю пергамент, который вы прислали мне как отец, подношу его к груди и прижимаю как можно ближе к сердцу, я перечитываю своими устами слова, льющиеся из сладостного источника вашей доброты, перебираю эти слова в уме, обдумываю их сердцем снова и снова, чтобы затем поместить их в святилище своей души.

Там, где все достойно похвалы, я удивляюсь лишь тому, как острота вашего суждения содействовала [судьбе] вашего племянника.

Что касается меня, то я не провожу различий между вашим и моим; это, разумеется, означает, что все ваше так или иначе является моим. Ведь то, что принадлежит вам по праву родства, принадлежит мне по праву усыновления и любви. Воистину, утешение, которое содержат ваши письма, укрепляет мое терпение, дает мне надежду и хранит ее, поднимает меня на ноги, когда я падаю, поддерживает меня, когда я оступаюсь, дарит мне радость, когда я скорблю, смягчает мой гнев и успокаивает мои рыдания. Неоднократно и украдкой ваши благоразумные письма убеждают меня, что отец вернется к дочери, господин – к служанке, а пастырь – к своим овцам.

Мое доверие к молитвам добрых людей и великодушие, которое после старательных поисков мне удалось разглядеть в сердце моего господина, придают мне уверенности. Потому что он более доброжелательно расположен к вам, чем думает большинство людей. С Божьей помощью и моими советами, насколько это в моих силах, он может проявить к вам больше дружелюбия и готовности к компромиссу. В будущем он изменит свои распоряжения касаемо ваших доходов, проявив больше щедрости и обустроив все в наилучшем виде, если вы попросите об этом должным образом и в должное время. Хотя он считает себя более чем справедливым судьей, тем не менее я умоляю вас в избытке проявить вашу сердечную доброту, чтобы, отринув затаенную обиду, которой обычно в вас нет, вы не отказали ему в сладости вашей любви. Лучше явите себя перед Богом преданным ходатаем за него и меня, а также за нашего ребенка и королевство. Пусть всегда благоденствует ваше святейшество15.

Письмо 16

Ансельм, архиепископ Кентерберийский, Матильде Шотландской

Его достопочтенной госпоже, дражайшей дочери Матильде, милостью Божией королеве англичан, Ансельм, архиепископ Кентерберийский, предлагает верную службу, шлет молитвы и благословение Божье и собственное, если оно чего-нибудь стоит.

Я выражаю своей любовью и молитвами безграничную благодарность Вашему Высочеству за меру вашей христианской любви к моей скромной персоне, которую я почувствовал в вашем письме. Вы ясно дали понять, с какой нежностью любите меня, описав, как получили мой пергамент и как обращались с ним после. Ваше величие возвысило мой дух, заявив, что то, в чем мне отказывает природа, дарует ваша милость и что те, кто принадлежат мне по праву родства, принадлежат вам по праву усыновления и любви.

Желая моего возвращения, вы пытаетесь смягчить сердце моего господина короля по отношению ко мне, но я вижу, что вы делаете то, что подобает вам и полезно ему. Если он ожесточен сердцем по отношению ко мне, то не думаю, что когда-либо заслуживал этого, насколько могу судить. Если когда-либо мне довелось оказать ему услугу, он знает об этом и, полагаю, не предаст это забвению. Если я чем-то не нравлюсь ему без причины, ему было бы полезно отогнать от себя злобу, чтобы не согрешить перед Богом.

Вы обещаете мне, что король в будущем предоставит мне легкий и щедрый доступ к моим доходам, из которых в настоящее время он выделяет лишь малую сумму. Мне не следует проявлять неблагодарность к вашему великодушию, потому что вы делаете все, что в ваших силах, по своей доброй воле. Однако нет нужды давать мне такие обещания, потому что никакое изъятие или уменьшение моих доходов не может происходить без моего согласия. Тот, кто посоветовал королю присвоить что-либо из этих доходов, ввел короля в грех, который нельзя назвать мелким и с которым нельзя мириться. Ибо тот, кто лишает епископа его имущества, никоим образом не сможет примириться с Богом, пока не вернет все имущество в целости и сохранности. Вы должны знать, что лишить меня даже малой части этих благ – значит лишить меня всего. Я говорю это не из любви к деньгам, а из любви к Божьей справедливости.

Ваша доброта молит меня не лишать короля моей любви, но ходатайствовать за него, вас, вашего отпрыска и королевство. Я делал это до сих пор. Но что касается будущего, я вверяю себя