Фронтовой дневник (1942–1945) - Василий Степанович Цымбал

Впрочем, я всегда был слишком доверчив к людям. Век живи, а дураком помрешь. Так и я.

Вчера наши войска взяли Констанцу, сегодня Плоешти, центр нефтяной промышленности Румынии. Войска находятся в 27 км северо-восточнее Бухареста.

1 сентября 1944 г.

Вспоминаю, как иду, в белом костюме, на занятия в педучилище по солнечной стороне улицы в прекрасном настроении. А тут сегодня весь день льет дождь.

Вчера Герман ездил за продуктами и привез баранину. Наш сосед Василий Николаевич принес кабачок, и я сегодня сделал замечательный суп с овсяной крупой и бараниной, на второе – жареная баранина в соусе из жареных кабачков, изумительно белой американской муки и томата.

Все это заправлено настоящим перцем и лавровым листом. Сейчас мы пообедали, курим. Ребята лежат. Герман поет. Кстати, вчера он привез новые песни.

Вот одна из них:

«Пылом, жаром вся пылаю, – говорит она, —

Приходи ко мне, мой милый, я живу одна».

Он приходит прямо на дом… Ночь темна, темна.

Улыбнувшись, сели рядом… Все равно война!

Но сперва она стеснялась, а потом дала…

И всю ночь кровать скрипела… Все равно война!..

Ты лети, родная песня, в дальние края.

Милый, жми на все педали… Все равно война!..

Не жалей, моя родная, отдавай сполна…

Все проступки, всё, что было, спишет нам война!..

Поется на мотив: «Спи, дитя мое родное…» старинной песни эпохи Гражданской войны285.

А вот новый ленинградский вариант песни «Темная ночь»286:

Темная ночь. Тишина пролегла над Невой.

Вот уходит последний трамвай. Звуки радио льются.

Темная ночь. Всех испортила женщин война,

И теперь уж иные слова в этой песни поются.

«Муж далеко. Он не видит. Не будет он знать.

И нельзя от жизни не брать, что возможно.

Танцы. Вино. Маскировкой закрыто окно,

И в квартире военных полно, от сержанта и выше.

Мы меня ждешь, а сама с лейтенантом живешь

И от детской кроватки тайком ты в кино удираешь.

Вот сейчас я в землянке холодной сижу,

А тебя приглашает майор в вихре вальса кружиться.

Ты не ждала. Я случайно попал в Ленинград,

И у детской кроватки тебя не пришлось мне увидеть.

В доме замок. Только стены встречают меня,

И кроватка, где сын мой лежал, опустела навечно.

Годы пройдут. Будет тихая мирная жизнь.

Может, вспомнишь тогда ты меня, но возврата не будет.

Я не вернусь, там, где стены встречали меня.

Никогда, никогда, никогда, чтоб со мной не случилось».

(Это создано в период обороны Ленинграда.)

А вот еще песня:

Ты пишешь письма часто мне, что я забыл тебя.

Но ты пойми, на фронте я, моя любимая!

Как много их, не перечесть, ждут писем от меня:

И в Омске есть, и в Туле есть моя любимая!

Еще ты пишешь: «Есть уж дочь. Похожа на меня».

Ну, что ж, расти. И я не прочь, моя любимая.

«А где отец малютки той?» – кто спросит у тебя.

Скажи, погиб на фронте он, моя любимая.

Хотя тобой всегда горжусь, но ждет меня семья.

К тебя я больше не вернусь, моя любимая.

Вот ответ на эту песню:

Письмо твое, любимый мой, получено вчера.

Пишу сегодня я ответ, чтоб ты забыл меня.

Я без тебя не пропаду, другого полюблю,

Получше друга я найду и дочку прокормлю.

Хоть дочь похожа на тебя, тебе ее не знать.

Есть мать родная у нее и может воспитать.

А если спросят у меня: «Кто дочери отец?»

То я скажу: «На фронте есть один такой подлец».

За правду ты меня прости. Всему виной война.

Не будь ее, тогда бы я не встретила тебя.

Но знаю, много вас таких, но я умнее всех,

Теперь меня не проведешь, потерян ваш успех.

Вчера наши войска взяли столицу Румынии Бухарест.

4 сентября 1944 г.

Давно миновала пора белых ночей. Целую неделю стоит настоящая осенняя погода: дождь, холодный, пронизывающий, как в Новороссийске норд-ост. По вечерам темно, хоть глаз выколи. Сразу обнаружилось, что наша комната не приспособлена к холоду: полы дырявые, двери и окна заменены бумагой, много щелей, в которые дует ветер и свободно разгуливает по комнате. Мы два раза в день топим печь, но это не помогает. Теплота мгновенно выдувается ветром. Кухня находится в другой половине дома. Мне туда приходится ходить через двор. В кухне, правда, теплее, но там нет двери. Когда я стою, вспотевший, у раскаленной плиты, меня из двери обдает порывами холодного ветра. Я здорово «просквозился», у меня ужасно болит крестец и в ноге седалищный нерв. Мне уже трудно ходить.

У соседей-моряков я обнаружил 2 книги Стендаля: «Пармский монастырь» и «Красное и черное». Я коротаю время за чтением. Первую книгу уже прочел. Вторую читаю вслух для своих ребят.

В области международной политики после капитуляции Румынии вновь подняли вопрос о капитуляции Финляндия, предлагая ей отвести до переговоров войска на границы 1940 г. Произошла смена правительства в Болгарии и Венгрии. Красная Армия вышла на болгарскую границу. Чувствуется, что готовится удар по Прибалтике. Войска союзников пересекли итальянскую и бельгийскую границы.

7 сентября 1944 г.

4 сентября в 8:00 Финляндия прекратила военные действия против СССР и начала отвод своих войск на границу 1940 г. Наши войска пошли на границу 5‑го в 8 ч. утра. Делегация Финляндии выехала в Москву для переговоров. Румынская делегация также в Москве.

Советское правительство объявило войну Болгарии. Союзники прошли почти всю Бельгию, вступили в Голландию, взяли Люксембург и вышли к границам Германии.

Сегодня мы с Зубиловым ходили на линию в сторону Суворова, на обратном пути нарвали хороших грибов: боровиков, моховиков, белых. Потом потерялись в лесу. Вышли в Медуницах, в соседней деревне.

Наши войска по территории Румынии вышли на югославскую границу.