Стихи разных лет - Борис Валерьевич Башутин

Венки из крапивы и роз

И в утреннем небе из тонкой бумаги —

Мерцание пепельных гроз

«Безгласен и слеп…»

Безгласен и слеп

Мой каменный лев

Среди потускневшего льда

На древних морщинах

Задумчивый снег

Остыл в ожидание зла

Горячие веки ушедших ночей

Крошатся

Как сломанный мел

Мой каменный лев —

Неземная печаль

Огонь умирающих тел

«Чтобы время в слова погрузить…»

Чтобы время в слова погрузить

Я буду всегда невесом

Неприметен

Неуловим

Будто солнечный ветер

Ослепительно светел

И тих

Чтобы колокол сердца

Скрепить

С очерствевшей рукою

Я буду всегда

Простодушной росою

Я буду мостом и рекою

Я буду печали родник…

«Ночь обнаженных ночей…»

Ночь обнаженных ночей.

Землю приемлет холод.

Цветущая песня огня

Твой утолила голод

Жажду твою унесла

В перьях стрижей

Землистых

Молча тоску расплела

На простынях

Душистых

«Никогда не боялись дети…»

Никогда не боялись дети

Материнской утробы

Любили её глубины

Её чистые воды

Каждый вечер встречали Эдипа —

Царя в пурпурных одеждах

Царя,

Ослепленного страстью

Приглашали

В свои владенья

Он прятал глазницы пустые,

Прикрывал дрожащей рукою,

Говорил полушепотом,

В страхе

Вспоминал о тяжком убийстве

Звал волков и лисиц

Прирученных

Хлебом кормил с ладоней

Гладил по бурой шерсти

Поил прохладным нектаром

И звери у ног ложились

На серые плиты базальта

Грелись в лучах закатных

Под мрамором арок дремали…

Дети внимали Эдипу —

Смотрели в пустые глазницы

Настороженно слушали речи,

Пропитанные отчаяньем

Слова,

Потерявшие злобу

«Крестит детей перед сном…»

Крестит детей перед сном

Кропит святою водою

Ветер стучится в дом

Холод приносит с собою

Ветер приносит тень

Сумрак убитых воинов

В небе горит постель

Сломаны крылья

Больно…

«Нелепый хоровод…»

Нелепый хоровод

Размеренных дождей

Мы укрощали боль

И затихали реки

Мы – близнецы с тобой

Под мантией тугой

Хрустальное стекло

В смертельной неге

«Ты – сама неподвижность…»

Ты – сама неподвижность

В излюбленном царстве

Цветов и пророков

Простота в ожерелье

Из пламенных сот

Опустевшая гавань,

Залитая солнечным светом

Словно влажные губы

Просящий и трепетный рот

«иеродиакону Марку…»

иеродиакону Марку

Теперь твое художество иное —

Веселия огонь

Благоуханный свет

Ни суета разбуженного роя

Ни горькая тоска

Прожитых лет

Не потревожат

Скромного убранства

Простых и бережных

Иисусовых молитв

Теперь лишь послушанья постоянство

В твоих глубинах

Чистоту хранит

«Ведьмы всегда умирают…»

Ведьмы всегда умирают

С разорванным сердцем

Молот Господень

Пронзает гнилые тела

В мутных зрачках

Когти демонов

Тени

В пене синеющих губ

Два зловонных крыла

Остекленевшие руки

На простыне белой —

Ветви сухие,

Что пахнут могильной травой

Ведьмы всегда умирают

Омытые серой

Души распилены

Ржавой

Кривою пилой

«Там, под навесом…»

Там, под навесом

Давят виноград

Три женщины

С горячими губами

Полунагие

Потные тела,

Прикрытые солеными власами

Бежит мускат

По грубым желобам,

Чтоб стать вином

Янтарным и веселым

Приходят корабли

Из дальних стран

И трюмы наполняют

Легким звоном

И день грядет

С отточенным серпом

Внезапный

Быстрокрылый

Ангел света,

Несущий сталь

Под золотым листом

День тлеет

На ладонях злого лета

И грубый холст,

Испачканный травой

И шаль пурпурная

Наброшены на плечи

Слепой лозы

Журчащий полдень

Зной

Пьянеет

От своей тягучей речи

И сотни рук

Приносят виноград

Корзины

Липкий сок

Усталые движенья

В давильне солнце

Сбросило наряд

Зажав в коленях дрожь

От нетерпенья

«Зима…»

Зима

Как испуганный странник

Таится в бесшумной груди

Твоя кровь

Драгоценна во мне

И чиста

Твоя кровь —

Колокольчик на ветвях луны

Наперекор нищете и слезам

На ясных гранях

Бурлящей воды

Проворная кровь

Бежит между скал

Алмазы сжимает в горсти

А зима

Чеканит на солнце круги

Под крышей чужих домов

Как приёмная дочь

Сидит за столом —

Боится взглянуть за порог

Боится внезапного стука в дверь

На погасших дождях ноября

Зима

Оставляет

Свой снежный обед

Свой хлеб

Из хрустящего льда

«Глаза…»

Глаза

Две хрустальных струи

Танец змей

На горячих камнях,

Белым голубем

Старцы глядят с высоты

Медный обруч

На свежих хлебах