Темный янтарь-2 - Юрий Павлович Валин

Две недели «бронетранспортеры» с литерой «Л» сопровождали генерала армии Черняховского во всех переездах. Случилось несколько тонких, относительно опасных моментов, к примеру, 18 февраля попали под случайный обстрел[10], никто особо не пострадал, только крепко тряхнуло и побило осколками бронетранспортер, слегка контузило водителя, да капитан Васюк стукнулся о борт и сдуру сломал зуб. Ну, зуб починил штабной стоматолог-виртуоз, а вскоре сняли саперов с охраны, вернулись бронетранспортеры и бойцы в отряд.

Началась весна, вызвали капитана Васюка в Москву на совещание. Мероприятие было важным – ставились задачи на ближайшее будущее, обрисовывались контуры операции по стратегической нейтрализации «Кукушки», но это было служебное, вполне привычное. Серега не сомневался, что он, автогруппа, да и все остальные специалисты с задачами справятся. И волновался по другому поводу.

Квартира новая, не то чтобы необъятная, но вся своя, «в едином подчинении». Девушка, которая не в подчинении, но тоже своя, вот только с этой девушкой, по сути, наедине никогда и не оставался. Это вам не квартал с фаустниками чистить, тут душа в пятки уйдет.

Конечно, совладал с нервами гвардии капитан. Поскольку неловкость очной встречи была разве что секундной, да и то, наверное, короче. Восторженный визг Дайны и Анны живо всё на места поставил, а еще больше улыбка Аниты подействовала.

Переночевал командировочный капитан единственную ночь, отбыл обратно в Действующую. На сей раз двигатели самолета ревели иным тоном, да и совсем не болтало пассажиров, кажется.

—Э? Как? – уточнил встречавший Янис, когда «виллис» выкатил с аэродрома.

— Видимо, ты не про генерала и совещание спрашиваешь, – усмехнулся Серега, поднимая воротник, и щурясь на привычно холодящий ветер с Балтики.

— Про генерала тоже интересно, но во вторую очередь.

— А «в первую» я тебе ничего рассказывать не буду. Поскольку, во-первых, советские офицеры о таких вещах не болтают, а во-вторых, мы без всяких глупостей, просто всю ночь разговаривали.

— Ха, а то я вас не знаю. Понятно, глупостями вы потом займетесь, и уж как займетесь, так «педаль газа в пол до упора, и с детонацией всех боекомплектов». Я про другое спрашиваю.

— Про другое.… Про другое просто – домой я съездил. Во всех смыслах этого слова…

Живо заговорил Серега о сестрицах и тетях Эльзе и Ире, передававших приветы, поскольку чувствовал, что малость умалчивает. Но некоторые чувства и обстоятельства внятно объяснить, пусть даже близкому другу, весьма сложно. Да и нужно ли? Янис умный, и так всё понимает, пусть и без подробностей.

Продолжались бои в Пруссии. 18 марта взяли город-порт Кольберг. «Линда» наступала вторым эшелоном, выбрасывая вперед штурмовые группы «по заявкам сверху», имелся строгий приказ не ввязываться в плотные долгие бои всей автогруппой. На завершающем этапе прикрывали действия двух оперативных групп «СМЕРШа». Иной раз взятые «целевые» пленные оказывались просто-таки удивительными персонажами, даже привычные ко всему штурмовые саперы удивлялись.

Позже, на марше к Данцигу, угодила «Линда» в крайне неприятный своей внезапностью бой – на шоссе выскочили танки окруженных фрицев. Боевых подразделений на тыловой дороге, понятно, было маловато, только единственная отставшая, самостоятельно починившаяся самоходка и оказалась. Загорелись грузовики, запаниковали снабженцы... Но СУ-100 не сплоховала, автогруппа тем более – пожгли и побили немцев. Но бой был свирепым – на удивление дурными оказались фрицы – «упоротыми», как имел привычку говорить переводчик Земляков. Имелись в отряде потери, а ведь до главного дела еще не доехали.

Отработала «Линда» задания у мыса Кальхольцер. И опять метались группы «СМЕРША», пытались взять всех намеченных гадов, загрести из документов всё нужное, и еще чуть-чуть. Всё уже слегка перепуталось: бегали саперы за переодетыми фрицами, старались целенькими взять, а уполномоченные контрразведки иной раз оказывались за пулеметами, а то и удвоенные заряды подрывали. Что было, конечно, откровенным бардаком и безобразием, но вот такие суетные дни тогда шли.

Продолжались бои, но тут автогруппу внезапно отвели на перебазирование и отдых. Капитану Васюку уже было ясно, к чему дело идет, да и кому не ясно-то. Готовился большой Штурм, изучались в саперных подразделениях планы города-крепости, на диво качественно отпечатанные, да еще изрядным тиражом, прямо хоть на память заранее разбирай. Наверняка на долгую память и разойдутся те планы, но пока на них рисовали стрелки и рабочие пометки, заучивали бойцы и командиры сложноватые названия немецко-прусских улиц и площадей, соображали, куда течет река Прегель, и как там с мостами – распечатанные фотографии ключевых городских пунктов тоже пришли из штаба, но упоминалось, что город здорово разбомблен, многое изменилось. Шла инженерная и боевая подготовка, Серега ее усиливал, но в целом за это направление был спокоен. Вот отыскать толковую книжку про здешнюю историю и про Канта, осознать, чем тот философ ценен, почему «Критика разума» не очень критична, ярко и доходчиво донести до личного состава мысль о том, что город не только вражье гнездо, набитое фортами и пулеметными гнездами, но и определенная культурная ценность – это уж вы, Сергей Аркадьевич, будьте любезны лично воплотить. Впрочем, такие подходы капитан Васюк любил, они вроде отдыха и разгрузки головы, занятой вечными отрядными делами.

Апрель уже утвердился в календаре, чувствовалось что вот-вот, считанные дни остаются. И тут грянуло, откуда не ждали.

…— Да там с ума сошли, что ли? – начальник штаба «Линды» схватился за голову.

— Не-не, это новые подходы к подготовке и организации, – Серега еще раз перечитал шифровку. – Щас мы охренеем, но, возможно, дело того стоит. Дежурный – команду на построение всех подразделений!

«Тридцать процентов» личного состава – это изрядно. Гвардии капитан Васюк озвучил стоящую задачу перед строем саперов, его прервал изумленный ропот и хохот.

— Тихо! Товарищи, это же серьезное дело. Да, тыловое, не очень штурмовое, но чрезвычайно ответственное. Тут «Линда» обязана показать себя на высоте. У нас же явные проблемы намечаются. Вот у тебя, Хохлов, к примеру. Это шаровары или деталь водолазного костюма, трижды пропитанная мазутом и селедочной ворванью? Вот ты точно в столицу поедешь, наглядно посмотришь, что нормальные военнослужащие в столице под термином «военно-полевые штаны» подразумевают, и устыдишься своих заблуждений. Отставить смешки! Так, взводам разобраться и подать списки самостоятельно. С полным учетом текущих обстоятельств и ответственности поездки. Москва, она слезам и