Налле Лапсон и Тяпка - Йоста Кнутссон

— Пять крон в день, — ответил мужчина. — Плюс возможные чаевые.

Все это происходило в первой половине дня.

А во второй его половине посыльным Налле Лапсон больше не работал.

Что объяснялось целым рядом обстоятельств.

Тем, например, что пастору доставили пакет с пудрой и духами.

Строгому директору Свенсону — комплект одежды для новорожденных.

Большую коробку сигар Налле Лапсон притащил пожилой почтенной фрекен фон Страускранц — ярой противнице курения и прочего подобного безобразия.

А бургомистру он принес свой собственный замасленный пакет с бутербродами вместо заказанного свода законов.

В общем и целом — затея не удалась. Налле Лапсон и пяти крон не заработал.

Хуже того — чаевых ему тоже не досталось ни единого эре. При том что он не ленился повсюду про них напоминать!

Глава девятнадцатая. Надо написать Лотте

— Есть и другие способы заработать, — сказал Налле Лапсон.

— Очень надеюсь, — сказал Тяпка. — Иначе никто на свете ничего бы не заработал. А уж ты-то точно.

— Лучше бы тебе не болтать почем зря, — заметил Налле Лапсон. — Но я полагаю, что продавать вещи гораздо выгоднее, чем их доставлять.

— Что, решил открыть свой магазин? — предположил Тяпка.

— Не совсем, — ответил Налле Лапсон. — Я думаю ходить по домам и торговать. Бритвами.

— Почему вдруг бритвами? — удивился Тяпка.

— Ну, чем-то надо торговать, — сказал Налле Лапсон. — А бритвы — они маленькие, удобные, их носить не тяжело.

— А где ты их возьмешь, бритвы? — спросил Тяпка.

— Куплю в скобяной лавке, — сказал Налле Лапсон. — А потом продам.

— Вообще-то странно, — сказал Тяпка. — Если ты сперва что-то купишь, а потом продашь, то с тем же успехом можно не делать ни того ни другого. На мой непросвещенный взгляд.

— Сразу видно, что ты ничего не смыслишь в коммерции, — снисходительно усмехнулся Налле Лапсон. — Понимаешь, я стану покупать их дороже, чем продавать, или что я говорю, я буду продавать их дешевле, чем… Нет, опять не то.

Налле Лапсон задумался.

— Мне кажется, я понял, что ты имеешь в виду, — сказал Тяпка. — Ну что, пошли в скобяную лавку?

Сказано — сделано.

— Прошу прощения за беспокойство, — начал Налле Лапсон в скобяной лавке. — Но вот моя визитка. А это визитка моего товарища.

— Очень приятно, — сказала лавочница.

— Я бы тоже так сказал, — сказал Налле Лапсон. — Хотелось бы теперь узнать, почем стоят бритвенные лезвия.

— Товар у нас качественный, — сказала лавочница. — По двадцать эре штука, или одна крона за пачку.

— А в каждой пачке их по три, как я понимаю, — сказал Налле Лапсон.

— Вообще-то по пять, — заметила лавочница.

— Вот как, — сказал Налле Лапсон, усмехаясь. — Ну да, ну да, ясно же, что по пять. Посмотрим, сколько у меня с собой денежек.

Денег было ровно пять крон.

— Дайте мне тогда лезвий на все, — попросил Налле Лапсон.

— Благодарю вас, — ответила лавочница.

Тяпка пихнул Налле Лапсона в бок.

— Не стоит тратить все деньги сразу, — шепнул он.

— Это уж я сам разберусь, — шепнул в ответ Налле Лапсон.

И забрал все пять пачек бритвенных лезвий. По пять штук в каждой.

Настроение у него было прекрасное.

— Надо написать Лотте и рассказать об этом, — сказал он.

После чего с большим старанием вывел на листке:

ДАРАГАЯ ЛОТА!

КАК ТЫ МЫ АТЛИЧНА. ЗАРАБАТЫВОЕМ ДЕНГИ НА ПРАДАЖЫ БРИТОВ. СКОРО БУДИМ ДОМА.

ТВАИ ТЯПКА И НАЛЛЕ ЛАПСОН

— У тебя почтовая марка есть? — спросил он Тяпку.

— Нет, — ответил Тяпка. — А у тебя?

На то, чтобы купить марку, денег уже не осталось.

— Тогда погодим опускать письмо в ящик, пока не заработаем на бритвах, — сказал Налле Лапсон. — За этим дело не станет!

Глава двадцатая. Куда они подевались?

Но бритвенная коммерция не задалась.

Сперва