Эволюционер из трущоб. Том 2 - Антон Панарин

— Не научится, — покачал я головой.

— Я тоже так думаю, но мало ли, — пожал плечами Иван Викторович.

— Вообще-то я всё слышу, — буркнул Прохоров.

— И это радует, иначе пришлось бы тебя отправить в лазарет для проверки слуха, — сказал Углов и протянул мне ключ. — Теперь это твоё. По крайней мере до тех пор, пока ты удерживаешь пальму первенства.

Я вскочил с кровати и рванул обживать новое жилище. Все нужные вещи я носил с собой. Да и было-то их с гулькин нос. Камешек, подаренный бабулей, Слеза, да клок шерсти, ставший уже бесполезным.

— Наглый ублюдок, я тебя… — прошипел Прохоров, когда я пробегал мимо.

— Извини! Ключи от моей новой комнаты так звенят, что я совелшенно не слышу твоего лая! — выкрикнул я и побежал дальше.

Вставив в замочную скважину ключ, я дважды провернул его, услышал щелчок и открыл дверь, а там… Крошечная подсобка. Плесени нет, но краска на стенах облупилась и свисала белёсыми кудрями. С потолка свисает одинокая лампочка. Зато есть окно с видом на двор. А самое главное, что здесь я в полном уединении!

Прыгнув на кровать, я удивился, что матрас сухой. Видать, Прохоров в попыхах собирал вещи, и Углов проследил, чтобы Артём не успел напоследок нагадить новому хозяину комнаты. Я привалился спиной к стене и достал из кармана гальку, подаренную бабушкой.

С виду дурацкий камешек с лицом. Если поискать по свету то точно таких же можно найти тысячи. Но был нюанс. Это не просто камешек. Это ГАЛ! Големостроительный артефакт линейный или сокращённо ГАЛ.

Подобные заготовки делали и в моём мире для обучения будущего поколения магов. ГАЛ развивается по направлению, выбранному хозяином. К примеру, есть големы, для развития которых требуется гранит. ГАЛ поглощает камни и при заполнении внутреннего накопителя, маг может улучшить голема. К примеру, укрепить его броню или же увеличить его скорость.

ГАЛы вполне универсальны и могут стать грозным оружием. Правда порой их развитие обходится слишком дорого. Ну да ладно. Мне досталась одна из таких заготовок. Уж не знаю, где бабуля её откопала, но ГАЛ как новенький, да ещё и неактивированный, что радовало. Если бы маг уже привязал к себе голема, то я бы не смог с ним взаимодействовать.

Я положил камень на ногу, достал из кармана слезу и поместил её на отверстие, которое было ртом голема. Вы всё правильно поняли. Чтобы активировать голема его нужно запитать маной. Но не только. Поднеся большой палец ко рту, я со всей силы впился в него зубами и прокусил до крови. На кончике пальца стала скапливаться кровь и я капнул одну каплю в левый глаз ГАЛа и ещё одну в правый.

Левый глаз отвечал за активацию подобия души голема, а правый за создание связи между нашими душами. Похожую связь я использовал для контроля над Мимо, хотя она и работала немного по другим правилам. Минуту ничего не происходило, а после капли крови впитались в камень. Галька открыла рот и заглотила Слезу мироздания.

— Давай, булыжник, лаботай, — прошептал я, ожидая активации, и результат превзошел все мои ожидания.

Камень открыл глаза, осмотрел комнату, сфокусировал свои карие зрачки на мне и… что было сил заорал тонким девчачьим голосом:

— Галя галактически голадна! Галя готова глотать гранит! Гальке голодно!

— Да заткнись ты! Тебя услышат! — прошипел я и попытался заткнуть ей рот.

— Галя горюет! Господин грубый! Гале грустно! Галя-я-я! — ещё громче заорал камень.

Я услышал в коридоре шаги и спрятал камень под матрас. Звук стал немного потише, но если прислушаться то голема всё равно можно было услышать. Дверь распахнулась и в комнату заглянула тренер по плаванию Юлия Ильинична.

— Михаил, ты чего разорался? Успех голову вскружил?

— Гля-ка! Гля-ка, какая у меня комната! Не ну ты только гля! Плосто востолг!

Дебильно улыбаясь, я стал показывать на обшарпанные стены, окно, лампочку и при этом бесконечно повторял Гля-ка, чтобы по звучанию подойти под вопль ГАЛа. Юлия Ильинична лишь покачала головой, улыбнулась и ушла. Видать решила, что я от радости умом тронулся. Ну лучше так, чем если бы она обнаружила у меня под матрасом дефективного голема.

Я метнулся к двери и на всякий случай запер её. Прислушался, в коридоре тихо. А значит, можно вернуться к голему. Как он там себя назвал? Галина? Ха-ха. Впервые вижу, чтобы голем идентифицировал себя по половому признаку. Видать, придётся ей подарить набор косметики, чтобы успокоилась и перестала орать. Но есть способ и понадёжнее. Из-под матраса до сих пор раздавались приглушенные вопли:

— Галя глубокомысленно глядит горящими глазами, где горизонт громыхает, губя галактики! — Голем нёс полнейший бред и упивался своим словарным запасом, ограничивающимся словами на букву Г.

Эх, похоже, зря я радовался. ГАЛ повреждён и не может держать язык за зубами. А может, его специально таким создали? Если да, то какое свойство заложили в этот булыжник? Я сел на кровать и погрузился в чертоги разума. На стене проявлялся силуэт Галины, почему-то её рот был обведён красным. Как будто это была помада. Впервые такое вижу. Ну да ладно.

Я подождал немного и, когда рисунок был завершен, вернулся в реальность. А Галина всё бухтела.

— Гадалка гадает горилле… Георгий гладит галошу… Генерация гальванической грязи…

В её речах зачастую не было никакого смысла. Разве что в самом начале взаимодействия сказала что-то осмысленное насчёт голода. Если подобрать нужный минерал и скормить его ГАЛу, то голем самостоятельно восстановит повреждённые узлы. Вот только нужно понять, какой минерал предпочитает Галина…

Я мысленно потянулся к Гальке и отдал ей приказ замолчать. Моментально наступила тишина. Ну наконец-то. Когда в комнату вошла Юлия Ильинична, я не мог заткнуть вышедшего из-под контроля голема, так как синхронизация ещё была не завершена. Но теперь совсем другое дело.

Я достал из-под матраса голема и посмотрел на него. Камень, широко распахнув глаза, осматривал помещение, а через пару секунд принялся изучать моё лицо. Когда вся визуальная информация была собрана, голем сжал губы, будто всеми силами сдерживался, чтобы что-то не ляпнуть. Вздохнув я разрешил ему говорить.

— Гадюшник, — коротко сказала Галина и снова замолчала.

— Ха-ха. Согласен с тобой. Но ты не видела балака. Там ещё хуже. Ладно, посмотлим, что