Злоборцы - Алексей Лишний

– Проще поймать их сейчас и зажарить… – высказался Мамс. Этим его бунт и закончился.

***

С утра зайцы выглядели уверенно, даже нагловато. Строгим гуськом вели подопечных через лес, гать, поля и луга, пока не остановились перед городскими стенами. Не говорили ни слова, продолжая изображать бездумных зверушек.

Казион, Мамс и Кир переглянулись. Стена выглядела внушительно: высотой в десять раз превышала человеческий рост, сделана из камня, без единого намёка на возможность вскарабкаться. Такого солидного укрепления ещё не приходилось видеть.

– Город зайцев? – пришло на ум Киру.

– Страна великанов? – усомнился Казион.

– Надо бы ворота найти, – трезво оценил ситуацию Мамс.

Лютозайцы всё поняли и поскакали вдоль стены. Послушно следуя за проводниками, злоборцы добрались до башни, под которой располагались массивные ворота.

Мамс постучал в надежде, что сможет быстренько придумать предлог, пока Кир снова не сморозит глупость.

Затвор маленького окошка приподнялся. Глаза смотрели на них сквозь забрало.

– Цель визита? – раздался грубый голос.

– Посетить ваш прекрасный город, – рискнул пустить в ход лесть Мамс.

– Место отбытия?

– Фермы к северу отсюда, – для достоверности Мамс даже махнул рукой куда-то в сторону.

– Вы горите?

– Что? Простите, не понял.

– У вас одежда дымится.

– А, вы про это… Нет, всё в порядке.

Калитка в одной из створок медленно отворилась. Двое стражников, держа наготове пики, кивком указали гостям проходить внутрь.

– Сдать оружие и магические принадлежности! Заплатите пошлину, получите пропуск. Добро пожаловать в Новодомск. Гостите, сколько пожелаете.

– Мантию тоже сдать? – насупился Казион.

– Необязательно, – без тени иронии ответил суровый стражник. – И гореть прекращайте. Здесь не принято.

– С нами зайцы… – начал Кир, но стражник перебил:

– Новодомск – город ремесла, искусства и науки. Всю живность оставить за воротами.

Только комментарий был излишним, так как, обернувшись, Кир не увидел зайцев. Испарились. Ускакали. Кинули.

– Город – ловушка, – тотчас поделился он наблюдением с друзьями. – Нам никогда отсюда не выбраться. Зайцы и нас провели, сволочи.

Друзья уже выходили из будки стражников, покончив с формальностями.

Город поразил воображение. Длинные улицы с домами, похожими на замки, уходящие в небо на десятки этажей; толпы людей, словно в столице, суетливо спешили, держа в руках толстенные сумки или книги. А главное: всё выглядело блестящим, как только что вымытым и отполированным: ни мусора, ни опавших листьев, ни бродячих животных, ни сена и навоза на дорогах, ни помоев под окнами, ни хитрых гоблинов с гармошками.

Люди проходили мимо, не обращая на странную троицу внимания. Погружённые в себя, прохожие, как вода, текли по знакомому руслу.

– Куда мы попали? – восторженно спросил Кир, сильно загнувший голову, чтобы увидеть, есть ли печная труба на крыше высоченного дома.

– Вы в Новодомске, достопочтимый господин, – сказал пробегавший мимо прохожий и снял шляпу.

– Постойте-постойте, – Мамс схватил его за манжету, заставив остановиться.

– Простите, я тороплюсь…

– Мы тоже. У нас важное дело.

– Хорошо, уделю минутку. Только прошу: не тратьте время напрасно, выклянчивая мелочь, – презрительно фыркнул добропорядочный гражданин.

– Вовсе и не напрасная трата времени. Мой папашка считает это семейным промыслом, – пробубнил с сарказмом Мамс, вспоминая бедолагу-отца. – Однако нам нужна иная помощь.

– Вы не пробовали отсюда сбежать? – с места в карьер рванул Кир. Гражданин осмотрелся: люди сновали туда-сюда и, в случае чего, могли помочь.

– Откуда? – решил он вернуть беседу в приличный вид.

– Ну, из Новодомска, – нетерпеливо и почти шёпотом произнёс Кир, подойдя к нему вплотную. Тот шагнул назад, держась на расстоянии от туманных в прямом и переносном смысле личностей.

– Нет, не пробовал. А надо?

– А вам разве не хочется сбежать? – спросил Кир, в очередной раз осматриваясь. Улицу из стоящих вплотную высоких домов вдали пересекала уютная аллея с сочно-зелёными деревьями, справа – живая стена из плюща огораживала живописный парк, налево уходила дорога к необычайно красивому собору с четырьмя куполами разных цветов и величин.

– Не хочется. У меня дом здесь, работа и семья… намечается. – Господин уже сильно жалел, что встрял с вежливостью в разговор странной троицы.

– Хм… – Пожал плечами Кир. – Мы вот ищем людей, которых хитростью заманили сюда зайцы…

Кир и не надеялся на успех мероприятия. Но лицо горожанина вдруг изменилось. Тёплая улыбка озарила его, словно вспомнилось нечто далёкое, родное.

– Зайцы… – прикрыв глаза, выдохнул он. – Не знаю, причём тут хитрость. Спасибо надо им сказать. Многих сюда привели, новую жизнь подарили. А кого именно ищете вы?

– Братьев и сестёр Рикки, – нашёлся Мамс. – Хозяйство у них с матерью в дне пути отсюда на север.

– Мама… – Горожанин прижал шляпу к груди. – Как там она, бедная? Справляется? Всё навестить хочу, да дела не отпускают. Передайте привет от Ингвара.

– И… и всё? – Не поверил ушам и глазам Кир. А Казион задумчиво сравнивал образы, что сам слепил, с оригиналом, пытаясь найти хоть черту сходства.

– Ах, да. Передайте: у нас всё хорошо. Я теперь каменщик, меня всюду приглашают, отбоя нет заказам. Сэмми – художница. Ей даже храм доверили расписывать. Я бы и вырвался на денёк к старушке, но, поверьте, лишней минуты нет, – как бы намёком на скорое прекращение беседы сказал Ингвар.

– Там на плечах женщины и дом, и хозяйство, и пьяница, а вам некогда навестить? – Кир не любил нравоучений, но вынести такое пренебрежение оказалось трудно.

– А меньшие на что? Нас четверо ушло, двое давно вернулись, наверное… Да и дома осталось с пяток…

– Ты с дуба рухнул? – вмешался Мамс, который терпел-терпел, но не вытерпел. С раннего детства в его семье не всё было благополучно, поэтому он с трудом воспринимал, как можно не ценить родных. – Да вы живёте в одном городе! Все до одного! А ты не знаешь! И никто не знает! Потому что дела нет друг до друга. В лесу только мать твоя и братец непросыхающий!

– Рикки… – механически уточнил Ингвар, будто погружаясь в сон. Потом начал бормотать из сна. – Я здесь не встречал братьев и сестёр. Или встречал… Не узнавал. Я… Я не виноват. Мама одна… Что делать? Не могу уехать. Послать бы денег. Вы передадите? Дам хоть золотых, горсть серебра, медяков мешок.

– Ей монетами огород копать? Иль энтов нанять? Вокруг лес глухой! – беспокоился за старушку Мамс, до сих пор так и не отпуская манжеты Ингвара.

– Ну скажите: пусть приезжает! Да, пусть переезжает к нам. Будет жить в моём доме. Ей хорошо будет… Табурет дам в уголке сидеть. Вечерами встречать можно…

Спокойными речами Ингвар словно гипнотизировал Мамса, легонько вытащил манжету из цепких рук и ускользнул