По ту сторону дороги - Екатерина Андреева

Бэн как-то жалостливо смотрел на меня, пока я пыталась снова собраться с мыслями.

— Да, я знаю Закон, — вдруг произнёс изгнанник. — Живёте, как в зоопарке...

— А лучше что ли жить в Пустоши?

— Да, лучше, — он сказал это так просто и уверенно, без каких-либо колебаний, что я растеряла весь свой боевой пыл и даже немного испугалась.

— В Городе есть всё, что нам нужно. Здесь никто не умирает от нужды...

— Ты так уверена в этом?

— Хватит! Я больше не хочу тебя слушать! Ты должен убраться из нашего дома, хоть даже в свои заросли!

— Не беспокойся. Поцелуй был лишь прощанием. Сегодня ночью меня заберут свои люди.

— Свои люди?

— Да-да, изгнанники из зарослей.

Я скорчила недовольную гримасу.

— Целая толпа дикарей завалится в наш дом? — я хотела уколоть его побольнее, его спокойствие раздражало меня.

— Вы даже не заметите. Они умеют вести себя тихо. Не зря же вы прозвали нас Тенями.

— Но ночью может ещё стоять Туман, — задумалась я. — И как ты свяжешься со своими людьми?

— У нас свои способы. А Туман, ну и что с того?

— Ты не в курсе, что он делает с людьми? — язвительно спросила я.

— Мы со многим научились жить, — довольно пространный ответ, но мне не хотелось в это углубляться.

Правильно сказала ша, иногда ответы лучше и не знать. Главное, сегодня ночью весь этот кошмар закончится, я больше не в силах была его выносить.

— Хорошо, но ты весь день просидишь здесь...

— Как неожиданно.

— Помолчи! И Сэм к тебе больше не зайдёт!

— Да что я ей сделаю?

— Лучше мне даже не знать!

Я вышла, громко хлопнув дверью и как всегда задвинув засов. И стоило только спуститься на второй этаж, как на меня налетела сестра:

— Лиса, ничего серьёзного! Он просто, просто... Он неплохой человек!

И ещё она мне говорила о предательстве!

— Что бы он тебе не наговорил...

— Лиса, я и без тебя всё прекрасно знаю! Ты что решила, что я собираюсь сбежать в Пустошь, что ли? Просто... он просто заставил меня задуматься о некоторых вещах...

— Вот! Вот так оно и начинается! Он скажет тебе одно, другое, а потом запудрит тебе мозги словами о Законе, и ты и не заметишь, как станешь и сама таким как он!

— У тебя мозги что ли совсем от жары оплавились?! — воскликнула она. — Я не собиралась поддерживать изгнанников! Просто некоторые вещи...

— Нет! Не продолжай! — я вскинула руки. — Ты хоть слышишь себя со стороны? Мы и без того влипли, а если он тебя ещё настроит против..., — я испуганно сглотнула и продолжила шёпотом, — против Закона... считай, что нас уже повесили!

— И это говоришь мне ты?! — со злобой прошептала Сэм. — Которая и привела его к нам в дом!

— Знаю, и сегодня, наконец, всё закончится. Но до этого момента может произойти всё, что угодно, поэтому...

Во мне откуда-то появились огромные силы, и я дотащила упирающуюся Сэм до её комнаты и, затолкав сестру туда, заперла дверь с наружной стороны, благо ша когда-то сделала засовы на наших спальнях для воспитательных мер. Сэм лишь пару раз что-то злобно крикнула и пару раз ударила в дверь. Было противно так поступать, но меня охватила такая паника, что я ничего не могла с собой поделать. Всё, что с нами происходит — неправильно, такого просто не должно быть!

Глава 8

«Времена Чистки, времена Охоты принесли нам высшую из благостей — мы, наконец, избавились от гнусных предателей и преступников, мы, наконец, установили мир в Объединениях. Теперь и поныне три пунктирные линии — это метка позора, который никогда не может быть прощён» — из речи Дэвида Руквеля, первого советника.

Уже была середина дня, а Туман всё ещё не возвращался. Хороший знак, может, он таки не придёт? Ша разрешила мне посидеть на пороге дома. Она не спрашивала про Сэм, она вообще ничего не спрашивала. В воздухе пахло травой и одновременно гарью, что всегда бывает после Тумана. Солнце жгло лицо, и хотелось бы подставить его ветру, но стоял настоящий штиль. А это уже плохой знак — перед Туманом никогда не бывает ветра.

Тишину неожиданно прервал настойчивый гудящий звук. Я прислушалась и смогла узнать его прежде, чем его обладатель повернул из-за угла. Мотоцикл. Это был мотоцикл Троя. Я вскочила на ноги, как же давно мы не виделись! Трой затормозил резко, неожиданно, словно бы он чуть не проехал наш дом. Я не стала дожидаться, пока он слезет со своей металлической зверюги, и понеслась к нему навстречу, чтобы задушить в дружеских объятиях. Трой терпеть не мог таких нежностей, но разве кто его спрашивает?

— Ну всё, слезь, — пробубнил он, хотя и через шлем можно было понять, что друг улыбается.

— Не ожидала, что ты приедешь.

— Я тоже.

— Вдруг Туман вернётся?

— Что ж, тогда у вас останусь, хотя, конечно, лучше бы успеть, — он задумался, — отец хочет, чтобы я мотался поблизости. У них какая-то неприятность на работе.

Я понимающе кивнула и пригласила Троя в дом. Ша как всегда при виде его расцвела и готовилась достать всё самое вкусное, что только у нас могло быть (а этого было крайне немного), но Трой вежливо отказался (ещё бы, дома-то он получше ест), и мы поднялись в мою комнату.

— Ты приехал ведь не просто так, правда? В это время никто не решается ехать в такую даль.

— Я беспокоился.

— Почему? — я искренне удивилась.

— После того вечера ты так и не перезвонила. Я знаю, сам замотался, но всё-таки ты обещала.

Я смутно припомнила наш последний разговор, но о чём мы вообще болтали? Как всегда, наверное, о всякой чепухе.

— Да? Ну, наверное, просто забыла, — я пожала плечами. — Извини.

— Ты теперь в порядке?

— Почему ты спрашиваешь?

— Потому что, судя по твоему голосу тогда, ты едва в обморок не упала, я хотел приехать, но не смог выбраться. Ты же знаешь нашу охрану.

Я потеряла нить разговора и окончательно запуталась. Чуть не упала в обморок? Что за глупость! Он точно мне