Больно только в первый раз - Мария Летова

Он профессиональный спортсмен. И все бои с его участием, которые мне удалось откопать, были им выиграны. Я никогда не увлекалась подобным спортом, но до глубокой ночи не могла заставить себя выключить ноутбук! Мне даже удалось наткнуться на видео тринадцатилетней давности, где Расулу Алиеву двенадцать лет и он участвует в каких-то юношеских соревнованиях… худой и нескладный…

Я до боли закусываю губу, в десятый раз начиная заново плести французскую косу.

По крайней мере, я могу не сомневаться в том, что его личность настоящая. Это делает мое решение не таким дурным! Я бы ни за что… ни за что не ввязалась в эту авантюру, если бы сомневалась в его словах, в его личности.

Даже несмотря на слоноподобных бабочек, которые заполонили мой живот, я бы послала его к черту, но все, что я о нем думала, так или иначе подтвердилось.

Он звонит в девять. Неслыханная наглость. Ровно в девять, ни минутой позже, словно отсчитывал их с телефоном в руках.

Я не упиваюсь своей значимостью!

Номер на дисплее незнакомый, но я не сомневаюсь, кто это звонит, хоть в прошлый раз он писал мне в мессенджер с другого номера.

Глядя на дисплей, я чувствую, как в животе завязывается узел. Это волнение, и оно никак не связано с тем, что я собираюсь нарушить закон.

С этим я как-нибудь справлюсь.

Я бы сказала, что данная махинация — моя попытка понять, как между собой соотносятся закон и справедливость. Кажется, это первый шаг в моей карьере к тому, чтобы повзрослеть, и он тоже волнует. Он чертовски волнительный, вообще-то!

— Доброе утро, — раздается в трубке знакомый низкий голос с легким акцентом.

Я стараюсь унять свое тело, но под кожу словно пустили горячий воск.

— Доброе, — отвечаю я.

— Не разбудил?

— Я бы не ответила, если бы спала, — сообщаю ему запальчиво.

— Ясно, — откашливается он. — Мне в двенадцать нужно быть в полиции. Ты… кхм… что-нибудь решила?

Несмотря на то, что он никаким образом на меня не давит, в трубке воздух словно трещит. Я утыкаюсь взглядом в стену своей комнаты, мысленно считая до пяти, после чего выпаливаю:

— Я согласна, но учти, если ты меня обманул… если ты виноват, я заберу свои показания. И скажу, что ты меня заставил…

— Я тебя не обманул. Готов на чем-нибудь поклясться.

Дура. Дура! Но я верю…

— Можешь на чем угодно клясться, но имей в виду. Если ты меня обманул, скажу, что ты мне угрожал…

— Я все понял. Ответ тот же. Спасибо… Полина. Я твой должник…

Мое сердце трепыхается. Когда кладу трубку и все остальное время, пока в спешке покидаю дом, ни с кем не успев пересечься.

Мы встречаемся в той же самой кафешке, что и вчера. Я и юрист Расула Алиева, а сам он — в полиции.

Его юрист одет в костюм и галстук. У него явно нет возможности весь день на меня потратить, его телефон постоянно вибрирует, но звонки он не принимает, только бросает время от времени взгляд на дисплей…

К этому мужчине я не могу обращаться просто по имени, поэтому все время выкаю, и это неловко, но только для меня, потому что ему без разницы. И он слишком быстро вытесняет из моей головы любые лишние мысли. Вручает мне безликую папку-скоросшиватель, комментируя:

— Прочитай вот это внимательно. Давай прочитаем вместе. Очень важно, чтобы ваши показания дословно совпадали. Мы с Расулом вместе это отработали, проехались по маршруту. Вот из этой точки в эту. Это тот маршрут, который ты подтвердишь… тут все приближено к реальности, как видишь, только небольшие отступления…

Небольшие, но чертовски важные!

— Хорошо, что вы с ним мало друг о друге знаете, — продолжает мужчина. — Будет проще отвечать на вопросы. В основном тебе нужно давать по минимуму информации. Старайся отвечать, что не знаешь. Ни откуда он приехал, ни за чем…

Это и правда легко. Ведь я этого действительно не знаю. Мы и правда случайные незнакомцы…

— Вам лучше пока не общаться, переписку в мессенджере сотри…

Спустя час у меня голова немного взрывается. Я не расстаюсь с этой папкой до вечера. Прячу ее в сумку, когда возвращаюсь домой. Сумку прячу тоже, боясь, что кто-нибудь из близнецов случайно до нее доберется, хотя входить в мою комнату для них табу.

Волнение снова не дает мне спать. Слава богу, сидеть на этих гвоздях долго не приходится. Следователь звонит мне уже на следующий день в обед и приглашает на беседу. На неофициальную. О такой вероятности юрист Расула Алиева меня тоже предупредил.

Глава 17

Полина

Это оказалось и лучше, и хуже, чем я думала, но, совершенно точно, не легко.

Не легко, иначе мои руки не дрожали бы так, словно со мной случилось переохлаждение! Хотя дело может быть и в том, что я посадила свои эмоции под четыре замка, так боялась их показать. И теперь, когда я оставляю здание МВД за спиной и вдыхаю промозглый ноябрьский воздух, они вырываются наружу, и у меня голова кружится…

Меня всю слегка колотит, это еще и от ветра. Он бьет мне в лицо, когда сворачиваю за угол вдоль высокого кованого забора здания. Я собираюсь перейти дорогу и вызвать такси к небольшому скверу. Там парковка, и я почти к ней бегу.

Черт возьми, какой же это адреналин! Но он нездоровый, и я бы предпочла из своего организма его вымыть. Избавиться.

Резкий звук автомобильного сигнала заставляет меня на месте подпрыгнуть. Обернувшись, я вижу в углу парковки знакомую машину. Черный джип «китаец».

Мой и без того частый пульс подскакивает к потолку.

Я быстро меняю направление. Иду к машине, и у меня в груди начинает расцветать предательская радость, позорное волнение. И то и другое моментально схлопывается, когда понимаю, что в салоне только один человек. Это Денис, он за рулем, и он в машине один!

Я забираюсь на переднее пассажирское сиденье под его тяжелым вдумчивым взглядом.

Несмотря на тепло, которое кружит мне голову еще сильнее, я чувствую ком обиды в горле, но упрямо его прогоняю, пока водитель заканчивает свой телефонный разговор.

Мы не договаривались о встрече, но я неожиданно безумно ей рада. Эта поддержка… была мне нужна…

Я стягиваю с рук перчатки, дергая за пальцы. Один за другим. Концентрируюсь на этом занятии,